Ключ от всех дверей - Яна Смородина

Сколько суток человек может прожить без сна? Трое? Пять? Десять? Моё сознание пребывало где-то между сном и явью, путанно плавая между здравыми и полубредовыми мыслями и рассуждениями. Долго я так не протяну. Надеюсь, мы уже скоро приедем, и мне помогут.

Федька потёр шишку на лбу, которую получил, когда Ян резко остановил машину. Удивительно, но я не пострадала. Самое интересное, что Федька проснулся от толчка, я продолжала сладко спать, несмотря на то, что брякнулась с сидения на пол. Пристегиваться мы посчитали лишним.

—Ладно, поехали,— нарушил тишину голос Яна. Он поднялся и протянул руку, чтобы помочь мне встать.— Осталось не больше двух часов. Спать больше никто не будет.

Мы с Федькой виновато кивнули. Тяжело вздохнув, я залезла в машину и закрыла дверь. Федька плюхнулся на сидение рядом со мной и спросил:

—Ты точно в порядке?

—Точно.

Скоро мы выехали за пределы леса, и теперешний пейзаж за окном практически не менялся — дорога петляла в поросшем немногочисленной растительностью предгорье. Я занималась тем, что старательно таращила глаза, чтобы они не закрывались, а Федька, плюясь из-за плохого соединения, что-то искал в Интернете. Меня совершенно не интересовало, что он там пытался найти. Совсем. И вообще, меня больше ничего не волновало.

—Заяц! Не спи!

Я распахнула глаза. В ухе до сих пор звенело от Федькиного крика. Как сделать так, чтобы я не засыпала? Я посмотрела в окно — мы заехали в какое-то горное селение. На город оно не тянуло, судя по одноэтажным небогатым, но словно сошедшим с открытки, домишкам — деревня.

—Ян! Мы что, уже приехали?— метнулась я к нему в проём между передними сидениями и тут же отпрянула, мельком увидев своё отражение в зеркале заднего вида.

—Почти,— он бросил на меня извиняющийся взгляд.

Через несколько минут Ян остановил машину возле одного из домов с черепичной крышей, окруженного персиковыми деревьями в цвету.

—Посидите пока в машине, я сейчас,— коротко сказал он и вышел, хлопнув дверью.

Через некоторое время Ян выглянул на крыльцо и жестом поманил нас с Федькой. Мы порывисто подхватились со своих мест и через считанные секунды уже вошли в дом.

В доме ничего особенно колоритного, помимо ярких цветастых салфеток, вышитых гладью, не было. Зато они захватили все горизонтальные поверхности: лежали, висели на столе, стульях, комоде. Забавное зрелище, весёленько так. Остальное же, как в обычной небогатой квартире, деревянный пол, обычная мебель, телевизор, опять же. Хозяйкой оказалась пожилая женщина с морщинистым загорелым лицом и живыми тёмными глазами. Мы с Федькой нервно поздоровались с ней. Ян сказал ей что-то, видимо, по-венгерски и показал на меня рукой. Она тепло мне улыбнулась и что-то ответила. Я перевела взгляд на Яна.

—Это Виорика, она, как и ты, Навич. Я ей вкратце рассказал о проблеме. И она знает, что с тобой. Говорит, тот, кто сделал это, хотел для тебя великой силы. Но она не дается просто так. Это была сделка с Марой.

—Сделка? Но я не заключала никаких сделок! Меня никто не спрашивал!

—Этого и не нужно было. Говоря нашими словами — это публичная оферта. Условия сделки известны, хочешь заключить её — совершаешь определенный ритуал — всё, договор заключён.

—Но… я сама ведь этого не хотела! Ярослав за меня решил. И потом, ритуал не был закончен.

—Так или иначе — сделка состоялась. Он открыл тебя Нижнему миру. Сделал для тебя персональную дверь в ад. Отдал Маре. Тебе определенные возможности, а ей за это ты должна приносить жертву — кровь. Не твою, чужую. Иначе… Сирин не оставит тебя в покое,— он опустил глаза и крепко сжал кулаки.

Я потрясённо смотрела на Виорику.

—Но он сказал дверь в Навь… И я же хожу в Навь и без этого, зачем мне дверь?— удивилась я.

—Ты права. Это тоже Навь, но она не ограничивается сновидениями. Там, где сны — Верхний мир, в Среднем — обитают призраки, фантомы умерших, а Нижний мир — это самая страшная часть Нави. Туда для тебя нужна дверь — там источник навьей силы. В своем уме в Нижний мир никто не ходит. Да и не умеет, кроме волков, разумеется. Я всегда так думал. Оказывается, я ошибался,— Ян с отчаяньем в глазах смотрел на меня.

—Что это значит: приносить жертву?— наивно задала вопрос я, прекрасно зная ответ на него, но всё же надеясь на чудо.

—Ты должна будешь её пить. Не сможешь без этого жить.

Меня немедленно затошнило. Я прижала ладони ко рту. Добровольно пить кровь…

—Но я не могу! Я не хочу быть «кровавой»!— прошелестела я.

—У тебя нет выбора.

Виорика опять что-то горячо заговорила Яну. Он с каждым её словом мрачнел всё больше. Наконец, она замолчала и ласково посмотрела на меня.

—Что она сказала?

—Говорит, что надо закончить ритуал как можно быстрее. Пока не поздно.

—И всё? Она больше говорила,— я недоверчиво перевела взгляд на Виорику и обратно на Яна. Выражение его лица оставалось мрачно-бесстрастным. Что же она ему сказала?

—Это всё.

Мысли хаотично запрыгали в голове, как аборигены нетронутых цивилизацией островов перед священным огнём. Среди остальных громче всех стучала одна: я стану «кровавой», и мы с Яном не сможем быть вместе! Нам нельзя будет быть вместе… Мне стало так больно только от того, что я подумала об этом. Лучше я умру.

—Ян, я не буду пить кровь!

—Будешь,— твёрдо сказал он. И вышло даже как-то жестоко.

Я прижала ладони к лицу, силясь не зарыдать.

Но я не могу! Как мне объяснить ему, чего я боюсь больше всего на свете? Отняв мои руки от лица, он стал покрывать пальцы поцелуями, а потом, прижав меня к себе, зашептал мне в ухо:

—Мы справимся с этим, не бойся. Делай всё, что угодно — только живи!

Я перестала дышать, а в горле встал ком. Он не бросит меня из-за всего этого! Как я могла в нём сомневаться?

—Я люблю тебя,— шепнула я ему.— И боюсь потерять.

Он отстранился, обхватил ладонями моё лицо и посмотрел в глаза.

—Ты не потеряешь. Что бы ни случилось, я буду с тобой.

—Обещаешь?

—Обещаю.

* * *

Ритуал решено было провести сразу, как только Виорика подготовит всё необходимое. Она с Яном были чем-то заняты в соседней комнате, а мы с Федькой молча сидели за столом, который гостеприимно накрыла хозяйка дома. Друг задумчиво жевал бутерброд, а я была поглощена собственными мыслями, в основном о ритуале и его последствиях. Кусок не лез мне в горло, несмотря на мой хороший аппетит в последнее время. Честно говоря, мне даже не хотелось знать, как будет проходить это действо. Было очевидно одно — я стану «кровавой». Это перевернёт всю мою относительно спокойную, размеренную до недавнего времени жизнь. Надеюсь, я не стану при этом чокнутой, как мой папаша. Урод! Зачем он так поступил со мной? Успокаивало только, что Ян будет со мной. Это придавало мне силы.