Принцы и нищая, или Золушка на двоих - Лидия Миленина

А еще спустя пару секунд серебряный дракон так же держал в лапе Вериану.

Нет… Ева и на этот раз не превратила свою бывшую подругу в месиво из крови и костей. Но эти мгновения стали для Верианы страшнейшими в жизни (ведь серебряная драконица держала ее до конца всего «представления» и отпустила, лишь когда Вериане был вынесен приговор).

В головах всех присутствующих прозвучал густой драконий голос. Некоторые правда смогли признать в нем голос принца Грайнора, просто очень уж возмужал этот принц…

«Спокойствие. Остальным нечего бояться, если вы не совершите глупостей подобных тем, что совершили они…».

Живущие замерли, в немом изумлении внимая тому, что дальше говорил дракон у них в головах.

И, конечно, все желали стать драконом таким «дешевым» способом. Ради этого были согласны на все! И признать новое государство — страну драконов. И признать Грайнора ее правителем. И даже согласиться на то, что «отбирать в драконы» будут лично Грайнор, Бормиас, Ева и назначенный ими распорядитель — какой-то герцог Гуадор.

Марету тут же присоединили к Андиору.

Вериана была лишена всех титулов и разжалована в служанки. Еще одной карой для нее было выбрано то, что она не получит возможности стать драконом.

Но принцесса, стоя на коленях, прямо тут в амфитеатре, умоляла дать ей шанс исправиться.

И, конечно, серебряная драконица не устояла… Драконья ипостась не сделала ее менее доброй и прощающей… Она призвала смягчить наказание, назначив срок в пятнадцать лет. Если через пятнадцать лет ментальная проверка драконов установит, что принцесса Вериана стала благонадежной, то и она получит шанс на обращение.

Старый Фрайгир прослезился, вышел в амфитеатр, махнул рукой бордовому дракону — мол, приземляйся. И тут же отрекся от престола в пользу старшего сына.

В общем, мир изменился за какой-то час, и нельзя сказать, что было много недовольных.

Конечно, некоторые думали, что слишком уж много власти теперь дано Черному Грайнору. Но против силы не пойдешь… Драконы пока не использовали ее всерьез. И никто не хотел, чтобы использовали! Все хотели другого — стать частью этой силы.

Но еще до «спектакля» Грайнор с Евой решили, что наиболее властолюбивых и амбициозных в драконов будут превращать в последнюю очередь.

— Еще совсем недавно ты бы сказала, что я — один из них! — рассмеялся тогда Грайнор.

— Да, — лукаво улыбнулась Ева. — Но ты уже доказал, какой ты на самом деле, какие сокровища прячутся в тебе.

— И какие же? Но еще интереснее, какие прячутся в тебе, любовь моя… Ева, проклятье! Как же мы прежде не почувствовали?!

Грайнор со странной, глупой улыбкой уставился на нее и вдруг положил руку на ее живот.

— Ты правда не чувствуешь? Вот тут прячется наше главное сокровище. Новый дракон.

Ева изумленно застыла и прислушалась к ощущениям под ее рукой.

Да, это было так. Сияние новой жизни разгоралось все сильнее внутри нее. Новый дракон спешил прийти в этот мир.

— О Боже! Уже… Это… такое счастье! — прошептала она ошарашенно и накрыла руку мужа своей.

Так они и стояли несколько минут. Сияющий крошечный малыш, а над ним — любящие руки родителей.

— Тогда, значит, полетим на Совет Королей втроем… Без тебя, — задумчиво произнес Грайнор.

— Что?! — тут же взвилась его жена.

— Не думаю, что лететь туда хорошо для беременной женщины…

— Нет, я полечу! Ты хочешь, чтоб я пропустила самое главное?! Да-да, полечу! И не смей спорить с беременной драконицей!

Грайнор вздохнул. Она все равно полетит. А значит, пусть лучше всегда будет рядом с ним.

А спорить с беременной драконицей действительно может быть опасно.