Счастливые Земли - Юрий Погуляй

– Смерть фурмагарца впускает в мир еще одно проклятие. Судя по всему, Свирейн-Дарг и пираты стали жертвой новой беды, объявившейся после гибели Стража.

– Это долго рассказывать...

– Чего мне ждать, Гезеш? – вкрадчиво поинтересовался Фарш. – Найди время, поведай, а!

– В Умрале, на севере, был форт – Свирейн-Дарг. Он, говорят, опустел так же. Но про часовых, со стен прыгающих, не рассказывали...

– Мы его проходили, – понял церковник. – Ясно. Пару трупов мои ребята находили. Значит, вот оно как вышло!

– Если надо, я один пойду! – устало заявил Гезеш.

– О да, великий Лесоруб один положит все Колонны, возьмет штурмом город и спасет мир! – с сарказмом заметил Фарш.

– Ворота будут открыты, – глухо сообщил Искатель.

Страшные слова. Их он говорил Бартелу? Кстати, раз желание выполнить свое предназначение отпирает ворота, значит, Фамуш врал? Соратник по проклятию тоже не хотел играть по правилам Лика?!

«Именно так, – отозвался голос в голове. – Не хотел. Ни ты, ни он. Да ты и сейчас не хочешь!»

«Хочу!» – мысленно рявкнул Лесоруб.

«Ерунда! Не верю!»

«Да мне плевать на твою веру! Ты только скажи – что сделать надо!»

«Еще не время, – посерьезнел голос. – Мне не надо, чтобы ты о ней задумался. Мне надо – чтобы ты ее исполнил!»

«Зачем?»

«Катарсис».

«А какое тебе дело до этого?! Исполню, не исполню! Тебе-то что?»

Лик замолчал, проигнорировав Искателя.

– Ау! – Фарш хлопнул Гезеша по спине. – Очнись!

– Да?

– Что «да»? Я говорю – не боишься, что рыцари нас перестреляют, пока мы сквозь крепость идем? – поморщился Ларс. Шрамы на его лице сплясали жуткий танец. Интересно, что так изуродовало южанина?

– Если они воюют, как ты, – то боюсь, – фыркнул Лесоруб. Из головы не шли слова Лика. Что хотел сказать творец Безумия?! Какой его интерес? Почему он то помогает, как с Духами Паладинов, то мешает, уничтожив Проклятых?

– Ладно. Закуем тебя в броню так, чтобы баллиста не пробила. – Церковник задумчиво поджал губы. – Не нравится мне это. Ох, нервы...

– А что делать? – пожал плечами Гезеш.

Утром, армия направилась к Темной Крепости.

С тягучим стоном распахнулись ворота рыцарской цитадели, на стенах замерли напряженные стрелки Дундэйла. Стальная змея ползла ко входу. Солдаты Безумца с подозрением косились наверх, готовые в любой момент закрыться щитами от смертоносного ливня. Грохотали по мосту подкованные сапоги, покрикивали командиры, одергивая зазевавшихся бойцов.

Головные отряды вошли в Крепость, и их поприветствовал скрип следующих ворот. Лорд Лейн не обманул. Атаковать войска Прорыва рыцари не стали.

Гезеш с трудом удерживался в седле, стали на него нацепили раза в два больше, чем весил он сам. Ларс душу вложил в защиту Искателя. Только кольчуг на бывшего алебардиста натянули три штуки.

Коня вел под уздцы один из Кадавров, облегчая участь Лесоруба. Тому оставалось лишь хмуро оглядывать бастион Дундэйла сквозь узкие щели массивного шлема.

Темную Крепость нельзя назвать большой, изысканной, величественной. Грубая простота, практичное сооружение, предназначенное для эффективной обороны. Последний оплот рыцарства содержал в себе несколько твердынь поменьше.

Если враг брал штурмом ворота, то оказывался на большой, огороженной куртинами площади, под непрерывным огнем сразу трех стрелковых башен, каждую из которых пришлось бы брать отдельно.

Если противнику удавалось захватить одну из башен или участок стены, механизмы в соседних укреплениях рушили мосты меж павшей твердыней и еще сопротивляющейся, заставляя осаждающих идти на следующий кровавый приступ.

Взять форт без жутких потерь немыслимо. Самый оптимистичный расчет: один павший дундэйлец к десяти солдатам Гезеша. Лесоруб окончательно убедился в том, что удавшиеся переговоры – самая большая победа в этой бессмысленной и жестокой войне.

Выкатившись из Темной Крепости, армия двинулась по огромному мосту через Восточную Коррейну, с опаской глядя на замершие у берега мертвые суда Хозяев. Печально смотрели на идущих воинов пустые глаза прежде хищных ростр. Сейчас носовые украшения казались жалкими. Никто и никогда не взойдет на борт брошенных ладей, не будут они рассекать речные дороги. Пиратов больше нет.

Первым делом, оказавшись на том берегу Коррейны, Ларс перегруппировал войска. Подтянулись уверенные в себе храмовники-истребители. Легкая кавалерия, последние дни заготавливающая стрелы для войны с Колонной. Быстрая, неуловимая, смертоносная на расстоянии и оказавшаяся абсолютно бесполезной против закованных в броню дундэйлцев. Сейчас у них был шанс реабилитироваться. И они его жаждали!

В лесу шумел ветер, голосили птицы, и никто бы не сказал, что под сводами крон затаились ужасающие Дороги Смерти. Дороги, из-за которых выросла Крепость Дундэйла. Дороги, по которым обречены ходить проклятые солдаты.

Джаззи как-то рассказал Гезешу, что один раз Король-Отец отдал приказ разрушить мост через реку, чтобы таким образом остановить постоянные атаки Колонн. Но когда Проклятые отряды неожиданно стали возникать во всех южных провинциях Дундэйла, переправу восстановили. Лучше знать, откуда придет враг, чем ловить безумных солдат по стране.

Злая воля гнала бойцов Дорог прямо на крепостные ворота.

Первыми на тропу должны были выйти ларсовцы-истребители. Им выпала участь разведчиков, доля авангарда, роль первопроходцев по проклятым землям. Следом за ними шла тяжелая пехота. Панцирники, набранные из многих отрядов, гвардейцы Стургода, пешие воины-Церковники.

И только за ними арбалетчики и пикинеры. На дорогах баталии бесполезны. Они хороши в поле. Последними тащились телеги с провиантом. Ларс, да и Гезеш, на вереницу повозок смотрели с недовольством. Слишком уязвимы, обуза, несмотря на ее необходимость. Лидер храмовников рассказал, что во время пути по Дундэйлу обозы атаковали чаще отрядов. И сколько охраны полегло, по словам Ларса-единобожца, известно только Господу.

На дорогу армия вступила, провожаемая со стен сотнями глаз. Рыцари смотрели на исчезающее под кронами деревьев войско со смесью презрения и грусти. Каждый дундэйлец понимал, что ждет уходящих в лес солдат.

Лишь гибель. От Колонны или на стенах Крепости, если Безумие заберет к себе Диких.

Дороги Смерти не зря получили столь зловещее название. Под сапогами бойцов скрипели кости павших здесь воинов. Погибших ли от ранений? Рабов Колонны, оказавшихся слабее прочих?

Гезеша мутило. Путь к Фурмагару лежал по трупам. В прямом и переносном смысле.

С первыми безумцами они встретились к вечеру. Спереди донесся приглушенный расстоянием крик: