Эльмарис. На пути друг к другу - Наташа Загорская

Пришлось рискнуть.

Чуть приоткрыв глаза, Себастьян огляделся, насколько позволял угол обзора и тут же фыркнул. Он находился в камере. Однозначно, этот вот глухой мешок, без каких-либо свидетельств мебели, с каменными стенами, полом и потолком являлся тюремной камерой. Сам лорд Шаэсс висел в кандалах, прикрученных к потолку. Пришлось сжать зубы и попытаться пошевелить пальцами.

Было больно. Но еще хуже было от мыслей о том, что попался, как ребенок. И потому Себастьян продолжал разгонять кровь в затекшем теле, двигал пальцами, насколько мог, попытался было пошевелить плечами, и мысленно застонал, когда от боли перед глазами запрыгали черные точки.

— Нет, это уже никуда не годиться, — шипел главный ассар, пытаясь перехватить цепи, к которым были приделаны широкие металлические браслеты, непослушными пальцами. — Вернусь домой, начну тренировки. До седьмого пота. Нет, до десятого. Круглые сутки. И оболтусов своих тоже заставлю на цепях висеть сутками. А что? Чудное наказание, а то, что я, все полигон и полигон, монстры всякие, нечисть… Северные пределы вот сейчас. Этим уже никого не напугаешь. А так, глядишь, и дисциплина подтянется и вообще… бояться меня еще больше будут. Красота!

Сколько прошло времени с тех пор, как он пришел в себя, Себастьян не знал. Окон в карцере не было, единственным источником света являлся небольшой шарообразный светильник, приделанный к противоположной стене. Сначала лорд Шаэсс пытался почувствовать, что за магия используется для освещения, но не преуспел в этом и разозлился еще больше.

Шагов он не слышал, вероятно, стены карцеры были непроницаемы для звуков, а вот лязг замка, а затем протяжный металлический скрип, заставил Себастьяна напрячься и снова обвиснуть в кандалах. Голова свесилась, длинные темные волосы почти полностью закрыли лицо, дыхание было слабым — лорд Шаэсс успешно имитировал бессознательного узника.

В карцер кто-то вошел, снова заскрипела дверь, грохнула об косяк, закрываясь… лязга замков не послышалось. Это вдохновляло, значит, его не стали запирать с неизвестным пока посетителем и как бы ни сложилась дальнейшее общение, у Себастьяна был шанс. Всего один. Ничто маленький, поскольку как выбраться из кандалов, лорд Шаэсс пока так и не придумал, но все же он был — шанс. И упускать возможность, главный ассар не собирался.

Открывать глаза и смотреть, кто именно почтил его своим присутствием, Себастьян не торопился. Просто слушал, прикидывал, какое расстояние осталось между ним и посетителем. Раздумывал о том, стоит ли сначала послушать, что ему будут говорить, а затем уже нападать.

По всему выходило, что придется вести переговоры — неизвестный посетитель приблизился не настолько, чтобы можно было его достать. Поморщившись от досады, лорд Шаэсс распахнул глаза, приподнял голову и растянул потрескавшиеся губы в ухмылке.

Определенно перед ним стоял херашец. Только странный, совершенно непохожий на тех, что встречались в этом негостеприимном мире Себастьяну до этого. Высокий, наверное, на голову выше самого лорда Шаэсса. А ведь в Дарканской империи рост главного ассара был предметом зависти всех дарканцев. Широкий в плечах, мощный, весь словно состоящий из одних мускулов.

Себастьяну даже пришло в голову, что если этот представитель мира Хераш вдруг замрет на месте без движения, то его вполне можно принять за статую, вытесанную из красного камня. Встречались такие в старых храмах, оставшихся в империи еще с тех времен, когда дарканские лорды только-только сломали грани и перенеслись в новый мир. Но время шло, дарканцы основывались в новом мире, и старые боги оказались забыты. Да и были ли они в чужом мире.

Впрочем, нет, тот мир, в котором Себастьян родился, был для него родным. И для многих поколений его предков тоже.

— Ши-Аэсс, — пророкотал херашец, в свою очередь, разглядывая узника, — наследник проклятой крови. Наконец-то. Я всю свою жизнь ждал встречи с тобой. Старуха оказалась права.

— Однако, — ехидно хмыкнул Себастьян, — я все больше и больше убеждаюсь в том, что Хераш — это мир невоспитанных грубиянов. Любезнейший, не имею чести знать, с кем разговариваю, но…

Хлесткий удар по губам заставил лорд Шаэсса замолчать.

— Я не давал тебе позволения говорить, Ши-Аэсс, — прорычал херашец.

Себастьян сплюнул кровь и поморщился, очень хотелось этим плевков угодить как минимум в рожу самодовольного поганца. Не вышло.

— Теперь порядок будет установлен, — тем временем, херашец отошел от Себастьяна и направился к двери, — проклятая кровь прольется, жертва будет принесена и Хераш снова расцветет. Грани будут подчиняться моему роду, как и прежде.

С этими словами, он распахнул тяжелую металлическую дверь и кротко приказал кому-то:

— Подготовьте Ши-Аэсса к ритуалу. Начнем сразу после того, как солнце скроется за горизонтом.

Херашец вышел, с грохотом захлопнув за собой дверь, а Себастьян зло выдохнул, чуть покачался на цепях, сгибая ноги в коленях. Затем ему это наскучило и он снова обвис. Задумался.

— Странный мир, странный жители, — произнес он в пустоту. — И что-то я совсем не понимаю, почему у всех нормальных народов, наследник крови — это почетно, а эти варваров меня в жертву принести хотят. Нет, я так не согласен, — он мотнул головой, еще раз сплюнул. — Надо выбираться из этого гостеприимного местечка и топать домой. Я не могу в жертву, у меня в империи ученики без присмотра остались, невеста не пристроенная. И вообще… я же только придумал, как отомстить этому поганцу Дереку! А они — в жертву, в жертву. Ну нет, господа. Лорд Шаэсс против, а когда я против, вам лучше согласиться с моим мнением.

Его монолог прервался лязгом замков и грохотом распахнутой двери. Приподняв голову, лорд Шаэсс, прищурившись наблюдал за тем, как в камеру вошло сразу трое херашцев, выглядевших как те воины, с которыми он повстречался в пустыне. У каждого из них в руках было по огромному сундуку.

Неприятный холодок побежал по спине Себастьяна, когда он представил, что может быть в этих сундуках. Сопротивляться он, конечно, будет, но вот вопрос: надолго ли его сил хватит?

А потом стало и совсем интересно. После того, как воины вошли и выстроились вдоль одной из стен, в камере появились еще действующие лица. Себастьян даже не удержался и присвистнул, когда в его апартаменты, вплыли четыре фигуры, с ног до головы, закутанные в красные плащи. По тому, что они отличались невысоким ростом и хрупкостью телосложения, модно было предположить, что это женщины.

— А это становится интересным, — не сдержал язвительно реплики главный ассар, с любопытством разглядывая фигуры в плащах.

Женщины вошли, нерешительно потоптались у входа и дружно, словно по команде, сбросили под ноги свои плащи.

— Дамы! — нарочито издевательски произнес Себастьян, рассматривая четырех красоток (а женщины на самом деле оказались симпатичными и очень похожими на человечек, только чешуйки на скулах выдавали в них принадлежность к народу Хераша). — Раз приветствовать в моих скромных владениях. Проходите, располагайтесь. Не обращайте внимания на то, что я не совсем одет. Это временно, смею вас заметить, — и даже попытался изобразить нечто, напоминающее поклон, но не преуспел.