Белое пламя - Анна Тьма

– М-м-м, как все весело, – протянул Альтис.

– Да уж, – вздохнула Создатель. – Тебе пора, Ал. И, судя по тому, что я вижу, – девочка ткнула острым грифелем в постоянно меняющиеся строки тетради, – пробуждение тебя ждет не из приятных. Но прежде… Альтис, помирись с Арохом.

– Да мы и не ссорились, – удивленно покосился на нее демон.

Девочка поморщилась:

– Тогда почему вы избегаете друг друга? Помирись с братом, демон. Иначе это может плохо закончиться.

Альтис почувствовал, как мир вокруг тает.

– Насколько плохо? – успел спросить он.

– Гибелью Волка, – услышал ответ…

…Почти мгновенно истошный девичий визг поднял на ноги весь лагерь. Альтис вскочил, не успев открыть глаза, и в несколько гигантских прыжков оказался возле кричащей принцессы. Увидев причину ее визга, демон спрятал в ножны клинок и прижал к себе девочку, закрывая руками ее лицо.

– Тихо, тихо, малыш… все хорошо, – шептал он на ухо принцессе, гладя ее вздрагивающие от сдавленных рыданий плечи.

Один из телохранителей советника лежал на земле. Вылезшие из орбит побелевшие глаза и розовая пена, до сих пор медленно сочащаяся из широко раскрытого рта, заливая лицо и шею, говорили сами за себя. Мужчина был мертв. Альтис со стыдом признался себе, что так и не удосужился за всю дорогу узнать его имя.

– Дерьмо Кошмарово! – зло высказался увидевший мертвого Дартург.

Альтис передал принцессу подскочившей Василисе и опустился на колени рядом с трупом. Он почти сразу нашел причину смерти телохранителя – длинная царапина на локте. Демон продемонстрировал свою находку Дартургу. Магистр был просто в ярости.

– Отойдите подальше и ни в коем случае не прикасайтесь! – строго предупредил Альтис успевших столпиться вокруг мертвеца людей. – Вирус очень заразный!

– Ему стоило всего лишь подойти ко мне! – ярился старик. – Я бы выжег эту заразу! Да и когда его задело?!

– Отойди, Дартург, – хмуро посоветовал демон, поднимаясь с колен.

Старик отошел в сторону. Направив раскрытые ладони на мертвого, Альтис хотел было по привычке шепнуть заклятие, но, передумав, просто обратился к своей силе. Ослепительное пламя в несколько мгновений не оставило от зараженного трупа даже пепла. Это заставило демона глубоко задуматься…

Дартург, гневно сверкая красными от недосыпа глазами, устроил всем, кроме колдунов и Ароха с Альтисом, досмотр – не поцарапали ли кого еще? И на всякий случай всех заставил принять противовирусную сыворотку.

Проблему с лошадьми для некромантов решили, отдав запасных и коня мертвого телохранителя, после чего отряд двинулся дальше.

Передвигались по-прежнему в ускоренном темпе и на ночлег остановились, когда уже стемнело.

Альтис, мучимый беспощадной головной болью, так и не смог уснуть всю ночь. Сидя на берегу, он наблюдал, как светлеет небо на востоке, и слушал тихий шепот прибоя.

Волк, тоже ворочавшийся с боку на бок в тщетной попытке уснуть, решил прогуляться к морю. Увидев друга на берегу, эльф сразу понял, что тот сегодня вообще не спал.

– И что ты здесь мерзнешь в такую рань? – проворчал Арох, остановившись за спиной демона.

Альтис обернулся, глянув на бога, и вернул взгляд горизонту.

– Да вот, сижу, думаю… – Маг ненадолго умолк. – Думаю о том, как же мне подойти к тебе и сказать, что я был неправ… Как объяснить, что другого выхода у меня просто не было, но я все равно был неправ… Короче, прости меня, – тяжело вздохнул Альтис. За пять тысяч лет он так и не научился просить прощения и извиняться. Каждый такой поступок становился для демона серьезным подвигом. – Я правда очень сожалею… что заставил тебя убить меня.

Волк помолчал, потом сел рядом и хмыкнул:

– Обалдуй крылатый.

Альтис вскинул голову и встретился с Арохом взглядом. Этот взгляд стоил многих сотен слов.

«Не держи на меня зла…»

«А когда это я на тебя подолгу держал зло?»

«Да было дело!»

«Что, правда? Врешь, наверное? Я такого не помню!»

«Ты вообще еще много чего не помнишь».

«А раз не помню, значит, не было!»

«Как был балбес, так и не меняешься».

«Да я даже в старости таким буду, ха!»

«У тебя не будет старости, ты же бог!»

«Не бог я, Ал… Я только тень бога…»

«Ну и кто из нас дурак? Я был тенью, пока не вернул суть. Твою суть мы скоро отыщем!»

«Если меня не убьют раньше…»

«Для того чтобы сдохнуть, есть я. Так я прощен?»

«Да пошел ты…»

Таков был поверхностный смысл молчаливого разговора. В действительности же братья признались друг другу, что, если один умрет, другой себе этого никогда не простит. Как оба не смогли простить себе смерть старших братьев-демонов. И была непроизнесенная клятва, что один никогда не убьет другого… Если будет другой выход.

– Сам обалдуй лохматый.

…Через четверть часа неугомонный дуэт вихрем пронесся по лагерю, швыряясь друг в друга попадавшимися под руку «снарядами».

Феникс и Нангерат, ночевавшие у костра и проснувшиеся от звонкого хохота, по-разному взирали на устроивших баталию бессмертных. Некромант глядел на это с абсолютным непониманием.

– Они неисправимы, – снисходительно хмыкнул Феникс. – Мальчишки, что с них взять? И что, что бессмертные? Все одно – юнцы безусые. Так что привыкай, рыцарь! – хохотнул старый маршал. – Эти двое всегда так…

За оставшиеся четыре дня ничего интересного не произошло. Разве что Дантэ долго не желал мириться с присутствием некромантов в отряде, но его убедили.

К ближайшему к Исгарду селу, носившему гордое название Каменнолистник, отряд подъехал уже в сумерках.

Первый попавшийся постоялый двор преподнес Альтису приятный сюрприз.

Уставший, голодный и жаждущий лишь трех в мире вещей – хорошей еды, удобной постели и покоя, демон первым переступил порог трактира «Летучая рыба» и был сбит с ног вопящим от радости смерчем.

– Малышка! – радостно воскликнул маг, прижав к себе пятилетнюю девчушку. – Яночка, девочка моя, как же ты здесь вперед меня оказалась?!

– Я тебя тут уже три дня жду! – ответила девочка. – Мама уже не думала тебя живым увидеть!

– Ничего не понимаю… – Пламенный тряхнул головой и взглядом обвел зал.

К нему уже спешили Карина и Лисенок. Яков приветливо махнул рукой, сидя за дальним столиком.

– Да как же вы вперед меня сюда попали?! – ошалело поинтересовался волшебник, обнимая вцепившуюся в него мертвой хваткой мать.

– Моя заслуга, – сияя, как начищенная серебряная бляха, ответил Леня. – Я открыл «серую тропу».