Сердце сокола - Вера Эн

Если бы конец их препирательствам не положила Виктория.

— Боже, какой пафос, кузен, — и было бы, из-за кого! — высокомерно заметила она и обмахнулась, разгоняя июньскую жару, веером. — Если вы наконец, подобно всем остальным, поняли, что ваша жена не стоит и десятой доли затраченных на нее усипий, скажите об этом прямо, и мы больше не станем докучать вам этой темой. Криста не та женщина, из-за которой теряют голову, и никто не будет укорять вас ошибкой молодости, даже если своей женитьбой вы лишь хотели уесть Рейнардо.

Сантьяго вспыхнул. Кажется, помимо всего прочего он обещал Кристине оградить ее от любых сплетен, способных испортигь ей будущее, а сам делал все, чтобы эти сплетни становились все громче. Уж если инфаига не чуралась ему в лицо говорить о своих подозрениях, стоило ли сомневаться, как перемывали его супруге косточки в иных кругах? И что думал об этом регент?

— Позвольте откланяться! — Сантьяго встал и, не отвечая ни на вызов Виктории, ни на вызов ее брата, покинул столовую. Случайно или нет, но Керриллар второго дня уехал из столицы в желании посетить святые эленсийские места и вернуться должен был только завтра, а значит, у Сантьяго не оставалось ни единой причины отказать Кристине в своем внимании. К сожалению, Алехо нынче сопровождал регента в его поездке и не мог подменить молочного брата на посту, а потому Сантьяго возложил ответственность за королевское благополучие на близнецов Кастро, которым, в отличие от гвардейцев, имел все основания доверять. При малейшем подозрении на покушение им было велено поднимать тревогу, и уже в помощь им Сантьяго расставил по дворцу самых верных солдат, а также отправил нескольких на главные дороги, чтобы в случае появления на них Керриллара с подмогой Сантьяго успел вернуться во дворец и подготовигься к встрече.

Впрочем, существуй такая опасность, Алехо прислал бы ему Либре с известием. Служить посыльным их сокол не слишком любил, но в случае неприятностей никогда не подводил. А раз Сантьяго не видел его, то мог не опасаться и покушения на короля, которое при всех вводных выглядело просто бессмысленным.

Все это были дела хоть и небыстрые, но вполне привычные, а потому они не особо озаботили Сантьяго. Куда сложнее оказалось придумать подарок для именинницы: положа руку на сердце Саытьяго ничего не знал о ее вкусах и желаниях, а потому серьезно рисковал оказаться в глупом положении, не только едва не пропустив ее день рождения, но и вручив совершенно ненужную вещь. Кристина, конечно, не подаст виду: она-то как раз исполняла роль образцовой супруги столь виртуозно, что даже у привередливой Виктории сумела вызвать уважение. Изобразит, что обрадовалась любой безделушке, да еще и благодарить чего доброго примется. А Сантьяго будет чувствовать себя настоящим подлецом, пользующимся ее сложным положением и не способным хоть намного ее побаловать.

Незавидная участь, на самом-то деле. А значит, следовало поднапрячься и припомнить, что ему все-таки известно о Кристине и в каких ее фразах таился хоть малейший намек на неосуществленную мечту. Даже если это казалось почти невыполнимой задачей.

Какого дьявола, спрашивается, они все время говорили о делах? О стране, о ее короле, о происках регента и долге Сантьяго, о сеньоре Альконе и его служении народу? Обо всем, что всегда казалось важным, а теперь выглядело глупым и бесполезным? Кристина так глубоко прониклась заботами Сантьяго, а он бессовестно пользовался ее благородством и не думал о том, чтобы отгтпатить ей взаимностью. Кажется, соларовский эгоизм неискореним, как ни пытайся прикрьпгь его долгом и велением совести. И Сантьяго оставалось разве что вызвать во дворец ювелира и купить у того для жены самое дорогое украшение, да только он отлично понимал, что тем самым нанесет ей куда большее оскорбление, чем если просто проигнорирует ее праздник, сославшись на неосведомленность. Подачка, не способная ни на йоту скрасить ее одиночество. Вот если бы Сантьяго мог избавить ее от этой напасти! Тогда, пожалуй, и совесть не терзала бы его столь сурово в разлуке. Да только способен на такое лишь самый близкий и верный друг. Тот, что не бросит в угоду собственным желаниям и отдаст всего себя ради счастья Кристины. Что будет рядом, что бы ни происходило, находя в том и собственную отраду, потому что иначе Кристина почует фальшь и не пустит к себе в душу. Она гордый человек, не терпящий жалости к себе, зато не жалеющий ее для тех, кто в ней действительно нуждался. Милагрос, Бето, да даже несчастная псина, не оправдавшая ожиданий охотников и оставшаяся в живых только благодаря вмешательству сеньориты Даэрон…

Тут Сантьяго хмыкнул и рассмеялся от собственной недогадливости и накрывшего облегчения. Единственный их разговор, когда они интересовались не другими людьми, а друг другом, когда он поведал Кристине о Либре, а она ему — о своей собаке, которую так любила и с которой ее беспощадно разлучили, — какой еще Сантьяго нужен был ответ на вопрос о подарке? Собака не позволиг Кристине скучать в его поместье, и ей она отдаст всю свою нерастраченную нежность. И уж в этом добре на королевской псарне не было недостатка.

Пожалуй, не существовало ничего проще, чем взять первого попавшегося щенка, не сомневаясь, что Кристина подружится с любым и для любого найдет место в своем большом сердце, но Сантьяго пришла в голову шальная мысль. Он с трудом помнил окрас того пса, которого девять месяцев назад достала из петли сеньорита Даэрон, и был почти уверен в том, что бедолага с тех пор недолго протянул, но все же сделал попытку расспросить о нем главного псаря — и с радостью услышал его ответ.

— А как же, сеньор герцог, тута он! — почему-то виновато заулыбался псарь. — Мне сам его величество приказал собаку не трогать, вот я, значит, и не трогал. Кормил, как приказано, во двор выпускал. Парни еще пару раз пытались ее на охоту взять, а все без толку. Дурная собака — она ведь никогда умной не станет. Умная собака зайца хозяину приносит, а эта — играет с ними, и ничем ее не вразумить. Будь моя воля — давно бы ее отбраковал да новую взял, а тут ведь королевский приказ, против него никак нельзя! А что мне с уродом этим делать? Ему полтора года уже: мы и хороших-то собак так долго не держим, но до них его величеству дела нет. А тута…

— Приведи, я заберу его! — прервал псаря Сантьяго, устав слушать жалобы. Не любил он охоту и не понимал этой жестокости собачьих надсмотрщиков, отводивших своим подопечным по два года жизни. После собака становилась не такой быстрой и ловкой и безжалостно заменялась более молодой. Что ж, если для Кристины он спасет хоть одну безвинную жизнь, это будет отличным подарком ей на день рождения. А дурная или умная собака та, что играет с зайцами, а не душит их в угоду человеческой забаве, не псарю решать. — С его величеством мы этот вопрос решим лично, — добавил Сантьяго, увидев, как на лице псаря отразилось сомнение. Тот еще немного помялся, очевидно желая более существенных гараигий своей безопасности, но спорить с герцогом Веларде ему было не по чину, а потому через несколько минут Сантьяго стал владельцем худого гибкого пса с узкой головой, острым носом, подобранным животом и тонким длинным хвостом. Его короткая, коричневато-серая шерсть оказалась на удивление мягкой, а темные внимательно-настороженные глаза неожиданно напомнили Кристину.