Перстень без камня - Анна Китаева

Мелькнули под крылом валуны и камни осыпей, свежие обрывы на склонах горы — дракон набирал высоту. Орвель и двое магов устроились у него на шее вполне комфортно. «Я лечу, — повторял себе Дрейк простую мысль. — Я лечу». Мышонок в складке его правого века думал сложнее: «Я мышь, которая смотрит на вулкан сверху вниз». И его трясло от ужаса и гордости.

Шапку в очередной раз заволокло испарениями, а когда пар отнесло в сторону, дракон оказался достаточно близко. Наблюдателям открылось самое средоточие вулкана.

Верхушка горы зияла провалом, и посредине воронки плескалось и бурлило огненное озеро. Его ало-оранжевая поверхность то вскипала пузырями, то на мгновение успокаивалась лишь затем, чтобы заклокотать снова. Исполин полоскал горло.

— Чуть в сторону, пожалуйста, — вежливо сказала дор Зеельмайн, и добавила что-то еще — видимо, достигшее разума дракона, потому что он послушно отвернул.

Вовремя.

Из центра озера выхлестнул фонтан жидкой лавы. Во все стороны разлетелись искры и раскаленные твердые частицы лавы. Впечатленный дракон невольно тоже рыгнул огнем и сконфузился.

Круговая волна разошлась по озеру и тягуче плеснула в борта кратера. В нескольких местах кипящее варево перелилось через край, и по склонам покатились огненные потоки.

Один из трех оставшихся зубцов Короны уже давно кренился вбок — его основание подмывало расплавленной лавой. И вот он не выдержал. Верхняя часть скалы надломилась и рухнула в озеро, подняв брызги. Жидкость в чаше кратера вышла из берегов. Алый расплав хлынул наружу уже не отдельными струями, а сплошными полотнищами. Два последних зубца не устояли под натиском. Они обрушились наружу, и огненные ручьи заструились по ним, срываясь огнепадами. От Короны не осталось ничего.

Лавовые змеи сперва устремлялись вниз по склонам быстро, но постепенно замедляли ход, спины их покрывались багровой коркой, корка растрескивалась, но схватывалась снова — и наконец потоки замирали, а сверху накатывали следующие…

Орвель понял, что смотрит вниз неотрывно, как завороженный. Озеро, выплеснув больше половины содержимого, успокоилось, и кратер вновь затянуло парами — только тогда дор Тарсинг сумел оторвать взгляд от огненной глотки вулкана. Но тотчас странный новый образ опять привлек его внимание. Король замахал лапами, указывая на него южанину и северянке — на связную речь он был не способен.

За клочьями испарений виднелся неясный зубчатый силуэт. Скала, только что рухнувшая в озеро у них на глазах, снова была на месте. Она кренилась, но не падала. Огненная волна настойчиво лизнула зубец, и он треснул вертикально. Часть его откололась и упала наружу. Лавовый ручей потек по склону.

Ветер сорвал пелену вулканических газов, и ошеломленные наблюдатели узрели кратер, полностью лишенный зубцов. Раскаленная лава постепенно заполняла его, но пока еще не дошла до краев.

Маги были потрясены не меньше короля. Люди искали слова, чтобы ими обменяться, но не находили.

— Что это было? — с трудом выговорил Орвель. — Мираж?

— Своего рода мираж, — согласился сосредоточенный, мрачный Мбо Ун Бхе. — Разные возможности развития событий.

— Мне что-то не по себе от этого зрелища, — вздрогнула дор Зеельмайн. — Все кажется таким ненадежным… Начинаешь сомневаться в собственном существовании.

Орвель мысленно согласился с ней. Нечто похожее чувствовал и он.

— Тот источник магической силы, о котором вы говорили, — уточнил король, — это действительно он? Вулкан?

— О да, — хрипло сказала дор Зеельмайн. — Нет сомнений.

— Тогда мы видели довольно, — решил король. — Вниз, сударь Дрейк. Во дворец.

Кто-то — наверное, незримый ветер Трина, — донес до дракона его слова.

* * *

Мабен тряс приятеля за плечо.

— Вставай, просыпайся! Эдак ты всю жизнь проспишь!

Он прикусил язык, потому что в отношении Нисси это нечаянно могло оказаться правдой. Но тот спросонья недослышал.

— А? — Нисси протер кулаком глаза и выпрямился.

Никому из разношерстного народа, волей случая оказавшегося в цитадели Тарсингов, не приходило в голову выяснять точный возраст неуклюжего, нескладного парня лет двадцати. И только Мабен знал, что на самом деле Нисси — его ровесник.

— Есть хочется, — пожаловался Нисси.

Мабен сунул ему в руку кусок хлеба.

— Ешь быстрее, и пошли искать.

— Что искать-то? — зевнул Нисси. — Мы вроде все облазили и ничего не нашли, если не считать паутины. Я пауков не люблю.

— Ты вообще знаешь, что происходит? — прищурился Мабен.

— Не-а, — Нисси помотал головой с набитым ртом. — Я спал. А что происходит?

— А то, что перстень королевский нашли! И камень вынули! А магия действует.

— Ну? — побледнел Нисси. — И что теперь?

— Смерть нам всем, — зловещим тоном сказал Мабен. — Только никто не знает пока. Это я того… подслушал, в общем. А вулкан бушует, ну и все маги вместе с королем отправились на вулкан смотреть, когда он взорвется — уже сейчас или чуть погодя.

— Ох, — скривился Нисси. — Лучше бы ты мне этого не говорил! У меня от переживаний даже в животе забурчало… А чего ты хлеба так мало принес? Я бы еще съел.

— Перебьешься, — фыркнул безжалостный Мабен.

Нисси почесал вдруг раззудевшуюся ладонь.

— Так чего искать-то? Ты говори уже толком!

Маб ухмыльнулся:

— Толком я не могу, потому что сам не знаю. Но вот смотри, древние маги были умнее нынешних, так все говорят. В те давние времена и королевский перстень был сделан, сейчас так не умеют. Неужто они не знали, как быть, если перстень не помог? Знали! И нам должны были передать. Надо искать, ну, такую записку от них.

— Записку? — Нисси сплюнул. — В труху превратилась твоя записка за столько веков!

— Дурак! — рассердился Мабен. — Я же не сказал, что она на бумаге! Это каменная табличка, наверное. Или металлическая. А цитадель во дворце самая древняя — значит, эту штуку надо искать здесь. И я так думаю, в подземелье.

Нисси яростно расчесывал ладонь.

— Очень хорошо, — сердито сказал он. — Всю жизнь мечтал выковыривать каменюки из стен и смотреть, не нацарапал ли кто на них чего-нибудь еще в древности. Так, что ли?

— Почти.

Маб хитро ухмылялся.

— Эта записка — наша единственная надежда на спасение, — с нажимом сказал он. — Ты меня понял? Не найдем — погибнем. А найдем — спасемся… Ты чего ладонь чешешь, а?

— Да вот, чешется, — буркнул Нисси, и вдруг замер с открытым ртом. Он понял.

— Думаешь, она мне подсказать хочет? — шепотом спросил он. — Чтобы меня спасти?

— Ага, — с деланно безразличным видом кивнул Мабен, но глаза его сверкали. — Ты ничего такого не чувствуешь? Тебя ни в каком направлении не тянет? Давай, пошли!