Долина дракона - Ванда Алхимова

– Как так, он что, не сам женился на ней, что ли? – недоверчиво переспросил Дикий.

– Нет, вместо него был ближайший родственник. В Лугайде есть такая традиция в знатных семьях. В Таумрате, кстати, тоже.

Встряхнув волосами, Дикий расхохотался.

– Ну нет, я бы свою бабу никому не доверил, – воскликнул он. – Уж тут я бы точно без представителей обошелся.

– Брак между высшей знатью – это взаимовыгодный союз, а не то, что ты себе воображаешь, – сухо заметил Красный.

– Ладно, ладно, – отмахнулся Дикий. – Скажи лучше, если не сам Брес ее под омелой провел, это законно?

– Еще как! Король умер, да здравствует королева! Этне – новая правительница Лугайда. Доказательство брачный договор – на руках.

– Раз вы убедились в законности бумаг, то принимаете ли вы предложение мира от королевы Этне? – спросил Куланн. – Или намерены драться?

Дикий и Красный Вороны посмотрели на шеренгу наемников. Все они были свежи и полны сил, с оружием наготове.

– Я с ней ничего не делил, чтоб драться, – проворчал Дикий. – С тобой вроде тоже. Но решающее слово за ним.

Он кивнул на брата.

Расправив плечи, Красный провозгласил:

– Я, Красный Ворон, регент Приморья, наследник Твердыни Воронов, пятый сын Аодха Ворона, муж законной дочери короля Эннобара Роны Таумратской, от имени Серых гор, Таумрата и Приморья принимаю предложение королевы Этне о мире, с тем условием, чтобы войска Лугайда оставили земли перечисленных государств и никогда не пересекали их границы.

– Годится, – кивнул Куланн. – От имени королевы Этне подтверждаю, что мир заключен.

Он протянул руку Красному Ворону.

– А вы-то сами кто? – холодно посмотрел на него тот.

– Я-то? – ухмыльнулся Куланн. – Я – маршал армии Лугайда. Насчет этого тоже документ есть, самой королевой подписанный.

Он достал из сумки еще один свиток и помахал им перед носом Красного. Глядя на это, Дикий фыркнул и расхохотался во весь голос.

С кислой гримасой Красный пожал наемнику руку.

– С Серыми горами нам делить больше нечего, – сказал Куланн, теперь протягивая руку Дикому.

Тот оскалился и пожал ее. Наемник и Ворон внимательно посмотрели друг на друга. Куланн не отвел взгляда, но в его глазах Дикий увидел какую-то темную тень. Прищурившись, Ворон прервал рукопожатие.

– Дело сделано, – подытожил Куланн. – Я бы хотел собрать тела знатных лугайдийцев, подобрать раненых и увести тех, кто остался в живых. И похоронить павших здесь, в долине.

– Мы собираемся заняться тем же, – сказал Дикий. – Хороните своих мертвых, уносите раненых. Но голова Бреса останется у меня.

– Я думаю, вдовствующая королева Этне переживет эту великую утрату, – ответил Куланн, смиренно склоняя голову. – Можете оставить себе сувенир на память.

Глядя в землю, наемник ухмылялся. И выглядела его ухмылка не слишком приятно. Красный развернулся и пошел прочь. Дикий хотел последовать за ним, но вдруг почувствовал на своем плече тяжелую руку.

Ворон обернулся. Куланн наклонился к нему с высоты своего роста и шепнул на ухо:

– Остерегайся Ильди. Она опасна.

Ничего не ответив, Дикий кивнул и двинулся вслед за братом к войску.

Битва была окончена – об этом громкими криками оповещали вороны, слетавшиеся в долину. Услышав их карканье, Куланн вздрогнул и чуть пригнулся, с опаской глядя в небо. Лицо его побелело. Он поспешно зашагал к своим людям, отдавая приказы.

* * *

Воздух густел от свежести наползающего вечера, солнце отяжелело и клонилось все ниже. Живые собирали мертвых. Больше всего потерь пришлось на наемников и Черные отряды.

– Тела, тела, тела… – пробормотал Дикий Ворон.

Он вместе с Красным и Коннлой ходил между павшими, помогая искать своих фениев и горцев. Красный морщился, но молчал. Ему не хотелось смотреть на изуродованные трупы, ему хотелось в шатер – совещаться за бокалом крепкого вина.

– Эй, смотри! – воскликнул Коннла.

Он наклонился и оттащил в сторону труп лугайдийского рыцаря в расколотом панцире. За рыцарем лежали Гордый и Лорелея, нанизанные, словно бабочки на иглу, на одно копье. И, казалось, не сводили друг с друга мертвых глаз.

Дикий подошел так близко, что мыски его сапог касались светлых волос Лорелеи. Лицо его исказилось, он несколько раз стиснул и разжал кулаки. Красный встал рядом. Он не мог оторвать взгляда от тел. Рука его неосознанно нашарила ожерелье под рубашкой и стиснула сквозь ткань.

– Зачем, зачем, – пробормотал Дикий, мотая головой, словно ужаленный змеей конь. – Они были лучшими…

Он опустился на одно колено и прикрыл глаза сначала Гордому, потом Лорелее – у ее лица рука его задержалась на несколько мгновений.

– Дышать тяжело, – чужим голосом сказал Дикий. Еще одного Ворона хоронить… Где Младший?!

– Я его видел, – отозвался Красный. – Он легко ранен, ему делали перевязку.

– Положите их обоих на телегу и везите домой, пусть их похоронят рядом с матерью, на кладбище Оленей, – приказал Дикий, поднимаясь на ноги.

Лицо его сильно побледнело, взгляд затуманился. Его шатнуло. Красный подскочил и поддержал брата. Шепнул на ухо:

– Держись. Главное – мы победили! Брес мертв!

Дикий посмотрел на него каким-то отстраненным взглядом и сказал:

– Одна голова не стоит стольких смертей…

– Не мы это начали, – горячо возразил Красный. – А теперь Таумрат наш. Серые горы в безопасности. Приморье тоже. Все закончилось.

Дикий захромал к обозу, что виднелся на другом краю долины.

– Мне нужно выпить, в горле пересохло, – бормотал он. – Такая горечь во рту…

Красный почти бежал рядом с братом, на ходу придумывая слова утешения, но Дикий не хотел ничего слушать.

Когда он добрался до обоза, то, оттолкнув фениев, которые хотели промыть его раны, потребовал вина и залпом осушил почти полный кувшин. А остатки вылил себе на голову.

Топтавшийся рядом Красный ломал пальцы и кусал губы, глядя на брата.

– Нам надо все обсудить. Пойдем в шатер, – предложил он.

– Где голова этого проклятого урода? – внезапно заорал Дикий, озираясь с безумным видом по сторонам.

Вперед выступил Коннла. Он держал голову короля Лугайда под мышкой, словно тряпичный мяч.

Дикий вырвал у него мертвую голову, швырнул ее на землю и принялся в исступлении пинать ногами, превращая в неузнаваемый кусок мяса. Шестой Ворон выглядел так страшно, что никто долго не решался к нему подступиться. Наконец, переглянувшись, Коннла Волк и Красный подкрались к нему со спины, схватили за руки и потащили прочь.