Чаепитие с чернокнижником - Александра Дубровская

– Джед, давай откровенно, – тщательно подбирая каждое слово, но твердо заговорил гроу Малдрик. И чернокнижник подобрался: слишком хорошо знал, что сулить этот тон. – Мы все-таки в Андаунне, а не в Городе тысячи огней. Ну не возьмет никто сэнхиси в Управление. Да ещё и чернокнижницу. Одна магическая буря, один несчастный случай, и полетят головы. Кто захочет так рисковать из-за девчонки, будь она хоть трижды прекрасным специалистом.

Джед скрипнул зубами. А то он не знал, почему Риш даже на пороге управления видеть не хотят.

– В Городе бури происходят в десятки раз чаще, но в личном деле Риш нет ни единого случая. Десять лет без срывов, для тебя это не аргумент?

– Нет, – жестко отрезал глава управления, и Джед в очередной раз захотел швырнуть демонов магофон в стену. – Ты забыл о главном. Десять лет в среде, где к таким, как Ришалин, относятся с пониманием. А в Андаунне она – ходячая угроза, и даже если я рискну головой и возьму её в управление, на неё будут постоянно давить. Тут даже гора амулетов это не поможет.

Не поможет. Потому что постоянное моральное давление, даже в виде испуганных взглядов и ядовитых шепотков за спиной, не каждый выдержит.

– И что ты предлагаешь? – с горечью спросил Джед. – Пусть Риш и дальше работает секретаршей у твоих друзей, которые увольняют её, как только узнают, что она – сэнхиси? У тебя друзья скоро кончатся, Малдрик.

Уже кончились. Секретарем в Башне Риш тоже держали недолго. Джед помнил кривую усмешку девушки и её потухший взгляд, когда она вернулась домой в тот день, после нападения чернокнижника. Как равнодушно пожала плечами и сказала, что её в очередной раз уволили. А от помощи только отмахнулась, выпутавшись из объятий чернокнижника и оставшись на ночь у матери. И хотя звонок Эстэна и настоящая, пусть и временная работа немного приободрили Риш, Джед прекрасно понимал, что это ненадолго. Одна была надежда, что вклад девушки в расследование оценят и оставят в управлении, но Малдрик ясно дал понять: этого не будет. Они с Эстэном и так сделали слишком много.

– Джед, ты сам знаешь, что у вас только два выхода, – в голосе главы управления отчетливо звучало сочувствие пополам с укором. – Если ты действительно любишь Ришалин, то либо перестань её мучить и держать рядом с собой в Андаунне, либо уезжай вместе с ней в Город. Где никому не нужен чернокнижник, продающий темные зелья.

Потому что темные заклинания им не нужны в принципе. А идти в стражи… Тьма, даже мать Джеда всегда говорила, что из него страж, как из фурра дракон.

Чернокнижник резко откинулся на спинку стула, задев локтем и опрокинув кружку с остывшим чаем. По цветной скатерти тут же начало расползаться уродливое коричневое пятно.

– Умеешь приободрить, – зло бросил Джед, поднявшись на ноги и забрав со стола магофон. Ещё не хватало и его чаем залить. Переставив аппарат на тумбочку, чернокнижник взял первое попавшееся полотенце и бросил на стол. – Подталкиваешь к мысли, что выход только один? Вы с Эстэном сговорились или как?

– Мы говорим как есть, Джед. Перестань издеваться над лучшим другом. Оба перестаньте друг над другом издеваться.

Разговор зашел в тупик. Говорить больше было не о чем: глава управление четко дал понять, что в управление Риш не возьмут, даже если она сама скрутит чернокнижника, напавшего на архимага.

Джед с остервенением вытирал стол, а в голове бились слова Малдрика.

Тьма, как бы чернокнижник ни убеждал себя, что родные ничего не понимают, долго самообманываться не получалось. Слишком хорошо Джед помнил ту решительную, немного язвительную и неунывающую девушку, которая бросила все дела в Городе и приехала в Андаунну, чтобы помочь Джеду вытащить с Изнанки Эстэна. И осталась, потому что они оба допустили ошибку, а ума, чтобы её исправить, не хватило. Меньше чем за год от Риш осталась только бледная, нервная тень. Не спасали даже амулеты.

– Маме что-то передать? – прервал затянувшееся молчание Малдрик.

Джед оставил в покое полотенце, превратившееся в бурую тряпку, и устало вздохнул:

– Что я её люблю и приеду на следующей неделе.

Давно пора развеяться. За последние дни Андаунна и один неуловимый чернокнижник забирали слишком много душевных сил.

– Надолго?

– В ближайшие дни узнаю, – Джед бросил задумчивый взгляд на часы. От клиента слишком долго не было никаких вестей. И вряд ли будут, срок действия заказанных зелий истек полчаса назад. Теперь они бесполезны. – Но скорее всего да.

– Хорошо, я передам. Да пребудет с тобой милость Демиурга, Джед.

– И тебе того же, Малдрик, – попрощался с отчимом чернокнижник.

Несколько мгновений Джед вслушивался в короткие гудки магофона. После чего положил трубку и, сняв испорченную скатерть, направился в ванную комнату.

В голове не было ни единой дельной мысли, что же им с Риш делать дальше.

Веста ши Онер

У дверей Джеда уверенность начала меня покидать, и если бы Добряк настойчиво не боднул меня под колено, под квартирой соседа я топталась бы долго. Тяжело вздохнув, осторожно постучала. Но в ответ услышала лишь тишину.

– Джед? – позвала соседа, постучав сильнее.

Снова молчание.

Прекрасно. Джед, только не говори, что ты решил куда-то уйти.

Добряк недоуменно урлыкнул и прошел через дверь, скрывшись в квартире. Несколько мгновений, и я услышала глухой щелчок открывающегося замка.

– Ты ещё и такое умеешь? – обескуражено пробормотала я, входя в квартиру.

Чуткий слух тут же уловил шум воды.

«Только дома. В других местах это не работает», – фыркнул демон, потрусив в сторону ванной комнаты.

Тьма, похоже, я выбрала неудачное время для визита.

Оглянулась и с сомнением посмотрела на дверь.

Может, уйти и вернуться чуть позже? Все-таки у Джеда день выдался тяжелее, бой с чернокнижником изрядно его вымотал…

– Добряк, я же приказал тебе за Вестой присматривать. Что ты здесь забыл? – из ванной донесся недовольный голос Джеда, приглушенный шумом воды.

Из-за приоткрытой двери раздалось требовательное фырчание демона, и я услышала обреченный стон соседа:

– Добряк! – следующие слова я не разобрала, но чернокнижник выключил воду и крикнул: – Веста, сделай мне одолжение, изучи трещины на входной двери. Подумываю её заменить, особенно после недавнего визита гроу Алирин…

– Хорошо, – поспешно отозвалась, мгновенно отвернувшись и уставившись на входную дверь. Кстати, не сказала бы, что надо менять, хотя хлопнула ею гроу Алирин от души.

За спиной послышался тихий скрип двери и странный звук удаляющихся шагов. Похоже, в спальню сосед рванул босиком.

Добряк сел рядом со мной и ехидно зафырчал.

– Бессовестный, – с укором щелкнула демона по уху.