Колдунья из Даршивы - Дэвид Эддингс

– Вы что, с луны свалились? Сюда приближается Урвон!

– В самом деле? Я об этом не слыхал.

– Об этом известно всей Даршиве.

– Зандрамас остановит его, – уверенно заявил Шелк.

– Зандрамас здесь нет. – Внезапно толстяк крикнулодному из рабочих: – Осторожнее с этим ящиком! Там бьющиеся предметы!

Шелк подозвал остальных.

– А куда же она делась? Я имею в виду Зандрамас?

– Кто знает? В Даршиве не стало ничего, кроме бед, стех пор как она захватила здесь власть. – Толстяк вытер влажное лицогрязным платком.

– Постарайтесь, чтобы вас не услышали гролимы.

– Гролимы! – фыркнул толстяк. – Они сбежалипервыми! Армия Урвона использует даршивских гролимов, как хозяйка дрова.

– Почему же Зандрамас оставила свою страну во времявторжения?

– Кто знает, почему она делает то или другое? –Толстяк нервно оглянулся и продолжал, понизив голос: – Между нами говоря,приятель, я думаю, что она спятила. В Гемиле Зандрамас устроила целую церемонию– напялила корону на голову какого-то эрцгерцога из Мельсена и заявила, что онтеперь император Маллореи. Бьюсь об заклад, он станет на голову ниже, когдаКаль Закет до него доберется.

– Я тоже готов рискнуть любой суммой, – согласилсяЗакет.

– Потом Зандрамас произнесла речь в гемилском храме,–продолжал толстяк.

– Она сказала, что день грядет. Насколько я помню, тоже самое издавна твердили гролимы всех мастей, хотя каждый имел в видуразличный день. Как бы то ни было, Зандрамас побывала здесь несколько днейназад и сообщила всем нам, что собирается туда, где будет избран новый богАнгарака. А потом она подняла руку и сказала: «Вот знак того, что я одержупобеду». Хотите верьте, хотите нет, но под кожей у нее горели и кружилисьмаленькие огонечки. Сначала я подумал, что тут и впрямь что-то значительное, номой сосед-аптекарь объяснил мне, что Зандрамас – колдунья и может заставитьлюдей видеть то, что ей хочется.

– А она говорила что-нибудь еще? – поинтересовалсяШелк.

– Только то, что этот новый бог появится до конца лета.

– Будем надеяться, что она права, – промолвилШелк. – Это может положить конец всем беспорядкам.

– Сомневаюсь, – мрачно отозвался толстяк. –Думаю, эти беспорядки надолго.

– Она была одна? – спросил Гарион.

– Нет. С ней были фальшивый император и белоглазыйгролим из гемилского храма, который следует за ней, как ручная обезьяна.

– И кто-нибудь еще?

– Только маленький мальчик. Не знаю, где она егоподобрала. Перед уходом Зандрамас сообщила, что приближается армия апостолаУрвона, и велела всему населению преградить ему путь. А потом она удалилась вту сторону. – Он указал на запад. – Мы с друзьями посмотрели друг надруга, а потом все похватали все, что могли унести, и пустились бежать. Нетакие мы дураки, чтобы становиться на пути у армии, кто бы нам это ниприказывал.

– А как случилось, что вы остались? – слюбопытством спросил Шелк.

– Из-за моей лавки, – плаксивым голосом ответилтолстяк. – Я всю жизнь работал, чтобы построить ее, и не собираюсь бежать,чтобы всякие подонки ее разграбили. А теперь, когда все уехали, я могу спокойновывезти все, что можно спасти. Оставлю я только скоропортящиеся товары, так чтоубыток будет небольшой.

– О! – воскликнул Шелк; кончик его острого носазадрожал от жадного интереса. – И чем же вы торгуете, приятель?

– Всем понемногу. – Толстяк недовольно посмотрел нагрузчиков и крикнул: – Сдвиньте ящики поближе! В фургоне еще полно места!

– Так чем же? – настаивал Шелк.

– Хозяйственными принадлежностями, инструментами,тканями, продовольствием и так далее.

Нос Щелка задрожал еще сильнее.

– Возможно, я предложу вам сделку. Моим друзьям и мнепредстоит долгий путь, а наши запасы на исходе. Вы говорили о продовольствии.Что именно у вас имеется?

Торговец прищурился.

– Хлеб, сыр, масло, сухофрукты, окорока. Есть дажесвежий эль. Но предупреждаю, это вам дорого обойдется. В этой части Даршивы спродуктами плохо.

– Не думаю, что они будут стоить очень дорого, –заметил Шелк. – Если, конечно, вы не собираетесь дожидаться здесь Урвона.

Торговец испуганно уставился на него.

– Понимаете, друг мой, – продолжал Шелк, – выдолжны уехать, и думаю, очень скоро. Ваш фургон не может увезти все, что есть увас в лавке, а ваши ребята не из расторопных. С другой стороны, у моих друзей иу меня быстрые лошади, так что мы можем себе позволить задержаться и, когда выуедете, просто взять из вашей лавки все, что нам нужно.

Торговец внезапно побледнел.

– Это грабеж! – завопил он.

– Можно назвать и так, – согласился Шелк. Онпомолчал, давая торговцу время оценить ситуацию, потом печальновздохнул. – К несчастью, у меня слишком чувствительная совесть. Я не могограбить честного человека без крайней необходимости. – Он снял с поясакошелек, открыл его и заглянул внутрь. – У меня здесь восемь – десятьсеребряных полукрон. Хотите получить пять из них за то, что мы с моими друзьямисможем увезти?

– Какая наглость! – возмутился торговец.

Всем своим видом выражая сожаление, Шелк закрыл кошелек исунул его за пояс.

– Следовательно, нам придется ждать. Вы и ваши людидолго провозитесь?

– Вы грабите меня! – взвыл толстяк.

– Вовсе нет. Просто на рынке сложилась ситуация,выгодная для покупателей. Мое предложение – пять серебряных полукрон. Вы можетепринять его или отказаться. Мы будем ожидать вашего решения на другой сторонеулицы. – Он повернул лошадь и направился вместе с Гарионом и Закетом к большомудому на противоположной стороне.

Когда они спешились, Закет с трудом сдержал смех.

– Мы еще не совсем закончили, – пробормоталШелк. – Необходим один маленький штрих. – Подойдя к запертой дверидома, он вынул из-за голенища длинную острую иглу и пошарил ею в замочнойскважине, покуда замок не открылся со щелчком. – Нам понадобятся стол итри стула, – сказал Шелк. – Вынесите их и поставьте перед домом, а япоищу другие вещи, которые нам нужны. – Он вошел в дом.