Каждая мертвая мечта - Роберт М. Вегнер

В Зале Коней Эвикиат и Сухи раскладывали на столах карты, свитки шелестели и отдавали затхлостью. Похоже, княжество давно уже не вело войн на своей территории. При виде Деаны оба слегка поклонились и вернулись к работе.

Коссе Олювер и Вуар Сампоре уже встали на свои места, оба в боевом облачении, будто собирались отправляться в бой прямиком из дворца. Но, по крайней мере, хорошо уже то, что новый аф’гемид Буйволов не притащил в зал заседаний большой щит и десятифутовое копье. Зато у него был короткий прямой меч, кинжал в широких ножнах, ламеллярный доспех до коленей и высокий шишак, который он, к счастью, снял и отложил. Командир Соловьев набросил на кавалерийскую кольчугу желтую якку с вышитым на груди и спине символом Рода Соловьев, был с луком и саблей. Когда Деана вошла, Вуар низко поклонился, скрестив на груди руки, но не отвел взгляда от ее экхаара. Словно пытался прожечь своими синими глазенками в нем дыру.

Зато Олювер ограничился коротким салютом, а на его загоревшем лице блеснула экономная улыбка. Она всегда забывала, насколько командир высок: Буйволы уже многие годы отбирали в свои ахиры парней, которые отличались ростом и силой. Разве только легендарные черные великаны из Уавари Нахс были мощнее их — а впрочем, как она слышала, среди Буйволов находилось немало родственных по крови тому племени. На поле битвы они создавали мощный, неподвижный и жесткий строй. Зато только атака слонов могла сломать их ряды. Хотя, говорили, даже это не всегда помогало.

Деана ответила обоим коротким кивком и спокойно подошла к столу. Широкая мраморная поверхность поддерживалась шестью статуэтками в виде вставших на дыбы коней. У Деаны в голове мелькнуло, что мастер, который вырезал этих животных, стоил своего веса в золоте.

— Где Варала?

— Сейчас придет, госпожа. — Сухи прервал раскладывание карт и склонил голову в жесте театрального уважения.

Она чуть зубами не заскрежетала. Наедине отравитель порой называл ее дикаркой, а порой, когда они ссорились особенно отчаянно, — тупой беременной обезьяной. Зато в обществе других выказывал Деане чрезмерное уважение, подчеркивая ее положение Госпожи Пламени и разыгрывая всю эту комедию. Но нещадно раздражал ее этим. Что еще хуже, его это, похоже, отлично развлекало.

— Что мы знаем?

Оба аф’гемида подошли к столу, позвякивая доспехами. Буйвол склонился над картой, словно железная гора.

— Госпожа Пламени, могу я сказать первым?

— Да.

— Вести пришли поутру. Несколько дней назад — тут информация противоречива, и мы точно не знаем, когда именно, четыре или пять, — армия Северной Гегхии под командованием Хантара Сехравина напала на лагерь Кровавого Кахелле. У них было много магов, и те попытались буквально выкурить рабов с Халесийской возвышенности на равнины к востоку. Огнем.

Деана кивнула. Как меекханцы, так и иссарам ценили магию на поле битвы, но никогда не ставили ее на первое место. Основывать всю тактику на чарах — рисковать: если маги устанут либо погибнут, ты останешься с пустыми руками против разъяренного врага.

Она взглянула на карту. Северная Гегхия не граничила с возвышенностью, а значит… Такое стратегическое мышление, планирование, предвидение реакции вражеской армии — почти как поединок в темной комнате с врагом, чье оружие и любимый стиль боя тебе не известны. И только когда он сделает движение, когда запоют клинки, ты начнешь его узнавать и с каждой атакой — увеличивать свои шансы. Что князь Гегхии хотел сделать, если бы его план удался?