Король и спасительница - Кристина Выборнова

…Проснулась я довольно рано, судя по слабому розоватому свету за окном — видимо, солнце только вставало. Его слабые розовые лучи, скрещиваясь с синим светом, испускаемым магическим светильником, создавали экзотическое фиолетовое освещение. При нем довольно хорошо было видно Натку, сладко спящую крестом, выбросив руки и ноги за пределы циновки, и Лида, сидевшего за столом и бодро поскрипывающего пером. Помимо этого, он вроде бы что-то говорил себе под нос. Позевывая, я отбросила накрывающие меня тряпки и села. Король продолжал скрипеть пером и издавать звуки. Вскоре я сообразила, что он не бормочет, а напевает. Заинтересовавшись, я встала и подошла к столу, чтобы послушать, что поет его величество. Величество старательно выводило по кругу одну и ту же фразу:

— Ой, цветет калина в поле у ручья…

— Доброе утро, — прошептала я, давясь смехом.

— Доброе, — согласился Лид. — Ой, цветет… Да почему же я все время это пою? Соня, что такое калина?!

— Ягода такая, наша местная. Песня привязалась, да? У меня тоже так бывает, напеваю и напеваю, никак не отвяжусь… Давай я тебе либо слова этой песни дальше скажу, либо другую напою, тоже привязчивую, например, «Очи черные»?

— Спасибо, Соня, я уже закончил, — король встряхнул исписанными листочками. — Без вашей помощи это пошло несколько быстрее. Теперь мы можем позвать моих простолюдинов.

— Что, прямо сейчас? — удивилась я, когда он прошел мимо меня к двери.

— Почему бы нет?

— Так они же наверняка спят!

— Значит, проснутся, — пожал плечами незаботливый король и вышел. Вздыхая, я растолкала очумелую со сна Натку, мы кое-как убрали постели. И как раз вовремя: в комнату ввалились ровно такие же очумелые со сна Вург, Мад и Литса, подгоняемые бодрым королем.

— Садитесь, — приказал он и занял единственный стул. Варсоты поглядели на циновки, уже занятые мной и Наткой, и остались стоять.

— А чего случилось-то, Ре-ет? — зевая во весь рот, поинтересовалась Литса, высокая сухопарая девица с лицом второгодницы и нечесаными рыжими патлами, торчащими из-под черного платка.

— Угу, — поддержал ее Вург, маленький, чернявый и мрачный мужчина средних лет. Мад, здоровенный детина с грубым лицом и огромными ручищами, ничего не спросил, потому что, кажется, спал стоя. Король смерил их скептическим взглядом, в котором читалось, что ему неохота изощряться во вранье ради каких-то простолюдинов, и небрежно сообщил:

— Несколько дней назад я колол дрова в доме на окраине города и нашел в одном из сараев эту бумагу. Судя по всему, это отрывок древней рукописи, в которой рассказывается, как увеличить свою колдовскую силу.

— И чего? — снова зевнула Литса.

— Я попробовал воспользоваться написанными в ней советами, у меня получилось. Поэтому нужно попробовать научить тому же еще нескольких человек.

— А-а-а… Чему научить-то, Ре-ет? — проснулся Мад.

— Увеличивать колдовскую силу, — терпеливо повторил Лид, вытащил откуда-то из кармана небольшую коробочку и аккуратно выложил из нее маленького жучка местной породы, похожего на долгоносика. Жучок побежал по столу, но небрежный мах королевской руки обратил его в маленькую щепотку пыли. Варсоты вытянули шеи. Литса поскребла ногтем прах, оставшийся от насекомого, и бесхитростно сообщила:

— Да чего его колдовством-то, раздавил бы, да и все.

— Суть не в этом, — ответил король ровным терпеливым тоном. — Я позвал вас не для того, чтобы давить жуков. Жук — это просто пример. То же самое можно сделать с травой и маленькими деревьями. Когда они превратятся в порошок, ваша сила соответственно увеличится, и нам будет легче победить Сьедина.

— А делать чего будем? — снова проснулся Мад.

— Будете обучаться, — ответил Лид безо всякой надежды в голосе.

— Я читать не умею, — пробасил Вург сумрачно. — Ты, Ре-ет, на всякие мудрости лучше Коранта позови, он грамотный, типа тебя…

— Я позвал того, кого счел нужным, — процедил сквозь зубы король. — А грамотного типа меня сейчас найти вообще затруднительно. Садитесь и начнем.

Мы с Наткой сообразили освободить циновки. Варсоты плюхнулись на наши места, без большого пиетета разглядывая короля, который возвышался над ними, помахивая квазистаринными бумажками. Лид, в свою очередь поглядывая на своих простолюдинов с легкой брезгливостью, принялся втолковывать им что-то про то, как держать руки и что напрягать во время колдовства. Мы с Наткой некоторое время мялись возле двери, потом плюнули и ушли вниз. Заглянули к уже проснувшемуся Гефу, позавтракали у него, поднялись по внешней галерее наверх, где помогли двум пожилым женщинам развесить выстиранное белье…

Потом мы занимались еще много чем. Прошло часа три или четыре. К Лиду мы заглядывали за это время раз десять и каждый раз видели одну и ту же картину. То один, то другой из обучаемых стоял возле стола и пыжился, пытаясь изничтожить ползущего по нему жучка. Король сидел по другую сторону, подперев рукой голову, и, когда жук подползал к нему близко, щелчком пальца отправлял его обратно к ученику. В конце концов Натка сказала, что у нее устали ноги, и присела отдохнуть на разрушенную лестницу, а я в очередной раз потащилась смотреть, как у короля дела, хотя надежда моя на благополучный исход эксперимента уже, честно говоря, изрядно подтаяла.

В комнате я появилась в драматический момент: Мад, отчаявшись распылить жучка колдовством, попытался втихую придавить его, за что Лид жестом рассерженной матери хлопнул варсота по руке.

— Ты чего это?! — заорал здоровенный Мад, сжимая кулачищи и явно намереваясь стукнуть Лида. Но что-то в короле остановило его: скорее всего, полное отсутствие страха и брезгливое спокойствие, отражающееся на Лидовом лице.

— Ничего, — помолчав, сказал король. — Значит, обучить можно не всех. Идите.

Мад, Литса и Вург кивнули, попятились и вымелись из комнаты с плохо скрываемым облегчением. Уже за дверью мы ясно расслышали громкое Литсино восклицание:

— С ума он совсем сошел: все утро сидеть жуков давить!

— Как видишь, Соня, ничего не выходит, — взглянув на меня, сообщил король чуть ли не со злорадством в голосе. Его вредное настроение тут же передалось мне, и я с ходу отпарировала:

— Ну конечно, а ты, небось, и рад? Тебе и обучать-то их невыгодно: вдруг они правда обучатся, и ты тогда не сможешь все время говорить, что высокородные во всем лучше простолюдинов!

— Соня, ты намекаешь, что я намеренно плохо обучал их? — возмущенно вскинул голову король.

— А я не намекаю, я так прямо и говорю! — заорала я наполовину по-русски, наполовину по-варсотски. — Ты вообще за это взялся, только чтобы я отвязалась! Или чтобы доказать мне, что, кроме тебя и Сьедина, других таких сокровищ на свете нет!!!

— Какая моя вина в том, что они необучаемы?! — тоже повысил голос Лид. — Да, мне изначально было известно, что набирать силу могут лишь высокородные, но ты просила меня проверить, я тебе не отказал!