Око Дьявола - Джек Макдевит

Молитва не поможет, Ормонд. Нужно что-то делать.

Ночной скиталец

Это наверняка был Векслер.

Мы с Алексом переглянулись.

– Похоже, он до сих пор не в духе, – заметил Алекс.

– Ты действительно думаешь, что он хочет нас убить?

– Не знаю. Как еще объяснить ее слова?

Мы направлялись к выходу, когда я услышала чьи-то рыдания. Звуки доносились из толпы перед нами. Возле туннеля, который вел на посадку, собрались мужчины и женщины, а также множество детей. Все обнимали друг друга. Несколько служащих пытались загнать детей в туннель.

Я спросила стоявшую рядом женщину, что происходит.

– Эвакуация, – ответила она. – Отправляют детей на Санктум.

– Без родителей? – спросила я.

– Как правило, да. На каждом корабле, смотря по вместимости, летят две или три матери.

Дети помладше пытались уцепиться за взрослых, и их приходилось отрывать силой. Мы слышали обещания: «Папа и мама скоро с тобой увидятся, лети с этой тетей, Джейн, все будет хорошо». У некоторых началась истерика. Когда мы уходили, борьба все еще продолжалась.

– Что делать с Векслером? – спросила я, радуясь возможности сменить тему. – На нижнем уровне есть офис службы безопасности.

– Не самая удачная мысль.

– Почему?

– Если он за нами следит – а я удивлюсь, если это окажется не так, – он поймет, куда мы пошли. Тогда мы утратим свое преимущество.

– Какое?

– Он не знает, что нас предупредили. Службе безопасности нужно сообщить, но по коммуникатору.

– Хорошо.

– Постарайся выглядеть веселее, Чейз.

Я улыбнулась и начала насвистывать.

– Веселее, а не глупее.

– Ладно. Что дальше?

– Где тут ресторан?

– Прямо впереди – «Сэндстоун».

– Давай зайдем туда. Там все и сделаем.

– Не лучше ли просто сесть на челнок и убраться отсюда?

– Рано или поздно нам все равно придется столкнуться с Векслером. А если удрать, мы так и будем все время бегать от него.

– Ладно. Но мне кажется, это неважная идея – сидеть в «Сэндстоуне». Можно оказаться прямо у него на виду. Почему бы, по крайней мере, не спрятаться?

– Векслер тоже хочет жить. Он намерен прикончить нас, и ему надо успеть долететь в челноке до планеты. А значит, он попытается добраться до нас в каком-нибудь укромном месте.

С этим я, пожалуй, готова была согласиться.

– Думаешь, Крестофф тоже с ним?

Я огляделась, стараясь не вызывать подозрений, что оказалось не так-то просто.

– Лучше предполагать, что да.

Войдя в «Сэндстоун», мы сели за столик в углу – подальше от окон, но не внутри отгороженного пространства, чтобы в случае надобности быстро сорваться с места.

– Скремблер все еще у тебя, Чейз? – спросил Алекс.

Оружие лежало у меня в наплечной сумке.

– Отлично. Давай забронируем отель.

– Придется воспользоваться реальными именами.

Срок действия дополнительного счета уже истек.

– Ничего страшного. Может, даже хорошо, что этим подонкам легче будет нас найти.

Он задумчиво подпер рукой подбородок. Я позвонила в отель. Там имелся свободный люкс.

– Нет, – сказал Алекс. – Два номера.

Он заказал напитки, затем позвонил в службу безопасности. Представившись, он сообщил, что на станции находятся двое разыскиваемых преступников.

– И кто же эти преступники? – скептически спросил женский голос.

– Микель Векслер. – Он проговорил имя по буквам. – И Мария Крестофф.

– Хорошо. Откуда вам известно, что они на станции?

– Я их видел.

– Уверены?

– Да.

– Одну минуту, пожалуйста.

Ресторан был заполнен почти наполовину, но я не видела знакомых лиц ни внутри, ни в вестибюле.

– Да, Векслер… есть такой. Гм… господин Бенедикт, вы лично знакомы с этими людьми?

– Да.

– С обоими?

– Совершенно верно.

– Очень хорошо. Вы остановились на станции?

– Да.

– В отеле?

– Совершенно верно.

– Хорошо, спасибо. Мы проследим за ними. Будьте на связи.

Мы сидели, глядя друг на друга.

– Что думаешь? – спросила я.

– Если на них вдруг наткнутся, то арестуют.

Пока мы пробовали напитки и раздумывали, заказать ли еду, я сообщила службе сервиса, что наши планы изменились и багаж следует доставить в отель.

Примерно через час мы вошли в вестибюль отеля. Именно тогда меня начала бить нервная дрожь. Помню, у меня вдруг возникло ощущение, что Векслер подстерегает нас в лифте или за углом. В коридоре я достала из сумки скремблер. Мы проверили мою комнату с оружием наготове – никто не собирался недооценивать доброго доктора.

Наконец я поставила чемоданы, включила головизор и оставила включенным свет, желая создать впечатление, будто я в номере. Затем мы проделали ту же процедуру в номере Алекса.

Если наша реакция кажется вам слишком острой, прошу учесть, что нам пришлось немало пережить. Так или иначе, Алекс сказал, что нисколько не сомневается в скором приходе гостей.

Он поприветствовал искина по имени Айя. У нее был мягкий женский голос.

– Айя, ты можешь изобразить администратора Килгора? – спросил он.

– Могу ли я воспроизвести его голос?

– Да.

– Конечно. – Она произнесла низким килгоровским баритоном фразу о том, что свобода – благо для каждого, где бы он ни находился.

– Хорошо, – сказал Алекс. – Отлично. Я бы хотел кое о чем тебя попросить.

– Если это в моих силах, сэр.

Комнаты были меньше, чем в отелях того же класса на планете, но выглядели нисколько не хуже – шелк и лаванда.

Был даже балкон, выходивший в главный вестибюль. Сквозь прозрачный потолок открывался великолепный вид на край галактики, освещенный заходящим – или восходящим – солнцем.

Выйдя в стеклянную дверь, я внимательно ее осмотрела. Балконы соединялись узким карнизом: я решила, что даже Крестофф не пройдет по нему. Вернувшись в номер, я закрыла дверь и задернула занавески.

Мы немного поговорили и посмотрели новости об эвакуации. Все оживленно обсуждали помощь от Конфедерации и Собрания. Щит практически не упоминался – разве что как пример безрассудства руководителей планеты.