Рунный след - Инна Живетьева

— А тут ждали не нас, — отметил Славка. Он один смотрел в сторону, туда, где пленка-купол смыкалась с краем гнезда.

Аля заметила, что даже в мертвых лесах мальчик держится так, словно сию минуту готов достать меч. Толкнуло раздражение: тут-то зачем? Мало вымерших драконов, еще кого-нибудь убить тянет? Она была разочарована — так идти, и узнать о какой-то опасности для этого мира, а вовсе не о дороге к дриду. Алька попыталась одернуть себя: «Слушай, давай!»

— «Вы видели небо, которое было когда-то — небо, по которому летали драконы», — читал Талем. — «Я сделал осознанный выбор: ящеры умны и эмоциональны. И мой выбор погубил их. Вы уже должны были понять — я отвел на них равнодушие. Не все, сколько смог, но и это отсрочило конец. А драконы вымерли. Одно утешает меня — мы, дриды, скоро так же вымрем».

Талем остановился, провел рукой по волосам. Аля уже не отвлекалась — предчувствие чего-то страшного заставляло ловить каждое слово.

— «Я ищу другие пути спасения — и хочу верить, что они есть. Но если не получится, то вы возьмите карту и найдите лабораторию в Межанских лесах. Там стоит механизм. Попробуйте, может быть, вы еще и оттянете агонию, — агонию, которую никто в этом мире не заметит. Должен предупредить вас — сквозь пленку, которую вы сейчас видите, пройдет только тот, кто не стремится использовать полученное знание корысти ради или для покорения мира». Все. Подписано — Орон.

Все молчали, пытаясь осознать услышанное.

— Талем, ты думаешь — это правда? — Рик недоверчиво заглянул ведуну в лицо. — Наш мир умирает?

Ведун решительно свернул пергамент в трубку:

— Не знаю. Но давайте подумаем об этом после, сначала нужно выйти отсюда. Славка, отойди!

Мальчишка только дернул плечом и легко вспрыгнул на широкий ствол. Чуть протянуть руку — и коснется пленки.

— Отойди, я сказал! — в голосе ведуна зазвенел металл.

— Ну что вы кричите? — недовольно повернулся Славка. — Я не собираюсь править вашим миром. А из корыстных желаний у меня разве что найти Орона.

Ругаясь под нос, Талем полез наверх.

От пленки веяло прохладой и пахло мятой. Аля опасливо ухватилось за торчавшую ветку. Черт его знает, как эта дридова ловушка работает!

— Ну? — раздраженно спросил Славка. — Мне можно идти?

— Куда торопиться, — отмахнулся Талем. Присел на корточки, ведя рукой в том месте, где пленка входила в дерево.

Дайарена заметила:

— Орону нет нужды лгать.

Она шагнула сквозь мыльный пузырь легко, словно и не было никакой преграды. Следом, отстав на полшага, прыгнули ее воины. Женщина оглянулась через плечо:

— Или ты, ведун, корысть имеешь? А может ты, внук-дайар, к власти рвешься?

Рик вспыхнул и шагнул к пленке прежде, чем Талем ухватил его за плечо. Остановился рядом с дайареной, глянул с вызовом:

— Я ваш внук только по крови. Вы маму бросили.

Дальше ведун уже никого не сдерживал. Аля уцепилась за протянутую снаружи Алешкину руку, зажмурилась и прыгнула. На мгновение укололо холодом, и девочка оказалась по ту сторону преграды.

В гнезде остался один проводник. Риктор покачивался с пятки на носок, заложив руки за широкий пояс. Аля оглянулась с досадой: ну что он медлит?

— Вы уверены, что другого пути нет? — спросил тот у Талема.

Ведун вместо ответа широко развел руками: смотри сам. Риктор плюнул сквозь зубы:

— Никогда мне не нравились эти ящеры, — сказал с нервной усмешкой.

— Думаю, им наплевать на ваши симпатии, — успокоил ведун.

— Как знать. Ну, выноси святой Кинт! — выкрикнул Риктор и бросился вперед, словно собираясь штурмовать стену.

Аля увидела, как ударила в тонкую, еле заметную пленку ладонь. Ударила и прилипла. Риктор закричал — низко, на одной ноте. Его пальцы побелели, словно покрытые изморозью. Талем рванулся к границе, но Рик вцепился в учителя, и ведун никак не мог стряхнуть мальчишку. Хлестнуло морозом так, что стянуло кожу на лице. Руки проводника стали белыми уже по локоть, и пальцы казались не живыми — а точно вырезанными изо льда искусным скульптором. Риктор взвыл еще громче, и руки начали осыпаться ледяным крошевом. Алю затошнило, и в это момент Алешкина ладонь легла ей на глаза, закрывая происходящее.

Крик смолк. Аля осторожно вывернула голову из-под руки. Пленки-купола не было. А на широком стволе таяло ледяное крошево.