Иные - Олег Волховский

Наш корабль. Сразу после того странного гиперперехода. Нас уже выбросило в этот мир. Тео идет по коридору. Подсобное помещение. Сервент открывает дверь, входит. У противоположной стены, прямо на полу, сидит человек. Рядом стоит шахматная доска. Фигуры застыли в середине партии.

Человек поднимает голову, и я вижу его лицо. Очень красивое лицо с чуть раскосыми глазами. Светлые волосы собраны в хвост.

Тео замирает на месте.

— Кто вы?

«Тео, вы играете в шахматы?»

Незнакомец поддерживает разговор на ментальном уровне.

Сервент садится рядом, недоуменно смотрит на своего собеседника.

«Тео, вы никогда не хотели уйти от своего господина?»

«Зачем? Я очень люблю товаби Рауля».

Незнакомец задумчиво качает головой.

«Да, конечно. Иначе и быть не может».

«Почему? С Денисом такое случалось».

«Знаю. Это несерьезно. Как вам ситуация на доске?»

«Вроде бы равная».

«Выбирайте. Черные или белые?»

Пасси выбирает белые и получает мат в два хода. Человек улыбается, берет руку Тео, открывает имплантат. Сервент не сопротивляется, ни о чем не спрашивает, подчиняется, как во сне.

Изменения в программе. Несколько блоков. Запреты на информацию.

А вот и первое проявление.

Вчерашний вечер. Тео работает в архиве. Анализирует документы о Храме. Отбирает фотографии. Ну, это я видел. Ага! Вот еще одна. Гигантская статуя под сводом Храма. Человек в свободных ниспадающих одеждах. Лица не разобрать. Следующая. Крупный план. Красивое лицо с раскосыми глазами. Нет, ошибки быть не может. То же лицо! Еще несколько фотографий. Фрески на стенах Храма. И на каждой — человек, явившийся Тео на корабле! Или не человек?..

Тео встает из-за стола в библиотеке архива, берет первую фотографию и забывает все остальные.

Я пытаюсь сорвать блоки. Высший ставил. По крайней мере, Высший. На совесть сделано. Путаюсь в лабиринтах программных ловушек, словно падаю в черную воронку. Вот! Снятие блока связано с разрушением участка мозга. Ах ты, сволочь!

«Тим!»

«Да, Рауль».

«Зайди, пожалуйста, мне нужна твоя помощь».

Тим входит, берет еще один стул, садится рядом.

«Что с твоим дери?»

«Очень серьезный блок. Надо снять. Видишь?»

«Вижу. Повреждений не избежать».

«Очень аккуратно. Чтобы по минимуму».

Тим кивнул и взял руку сервента. Тео застонал. Из носа, оставляя красный след на верхней губе, вытекла капелька крови.

Он открыл глаза и резко приподнялся на локте.

«Товаби!»

«Ничего страшного».

«Голова! Как больно!»

Он сжал виски.

Я посмотрел. Нет, ерунда! Несколько десятков погибших клеток. Я думал, что будет хуже.

Тим снял боль.

«Спасибо, товаби Тим. Что это было?»

Тим покачал головой.

«Твой знакомый, с которым вы играли в шахматы, очень напоминает Наместника».

«О, боже! — Тео посмотрел на меня с таким искренним раскаянием, что мне стало жаль его. — Товаби, как я мог забыть!»

«Ты не виноват».

Я вкратце объяснил ему, в чем дело.

«Я не помню, как он смотрел мой имплантат».

Конечно, память о процессе блокировки погибла безвозвратно. Но это уже не имело значения.

Мы с Тимом прогуливались по весеннему институтскому саду, любуясь бурным цветением местной растительности. Корявое деревце справа радовало глаз ослепительно-желтыми цветами. В воздухе витал сладковатый аромат.

«Пойдем-ка отсюда, — поморщился Тим. — Очень Истар напоминает».

Легендарная планета Истар благополучно осталась в прошлом Тимовом воплощении и в памяти имплантата. Новое тело Тимофея Поплавского было телом Высшего с прекрасно работающей функцией биологического контроля. Но все же желтые цветы вызывали неприятные ассоциации.

Мы выбрали деревянную скамью в дальнем углу сада. Напротив росло плакучее дерево, усыпанное мелкими цветами, ниспадающими на землю нежно-голубой волной. И аромат от них был тоньше и свежее.

События последнего месяца требовали спокойного обсуждения. И желательно вдали от посторонних.

За последнее время мы добились немалых успехов в производстве имплантатов, а главное, у нас пошли левые заработки. Появление желающих поставить себе имплантат за деньги нас нисколько не удивило. Взлетающий после операции на недостижимую ранее высоту коэффициент интеллекта служил неплохим подспорьем в карьере и гарантировал успех в бизнесе. Кому из homo naturalis не хочется подсидеть своего начальника или уничтожить конкурента? Мы установили сравнительно невысокие цены, и наши новые дери множились с невообразимой скоростью и планомерно завоевывали мир. Но мы больше не справлялись с заказами. В очередь на операцию записывались уже на три месяца вперед. Тем не менее одного хозяина мелкого провинциального магазинчика у южной границы мы пригласили поставить имплантат совершенно бесплатно и без очереди. Но он не оценил нашего великодушия. Провинциалы консервативны.

Чего нельзя сказать о столичных жителях. На подмогу вызвали Сашу. Он со своими дери захватил военный самолет Директории и благополучно перелетел к нам. Операция была согласована с Бюро. О нашем левом бизнесе официальные власти осведомлены не были, но рос и правительственный заказ. Мотивировать необходимость в дополнительных помощниках не составило труда. Некоторое время ушло на обучение Саши и Иных технологии имплантирования, зато сегодня они трудились не покладая рук, а мы с Тимом имели первый за два месяца выходной.

Впрочем, отвлечься от работы не получилось. Перед нами стоял сложнейший вопрос: «Что делать с деньгами?»

«Может, с пасси посоветуемся? — пошутил Тим. — Они быстренько что-нибудь придумают».

Ага! Они уж придумают!

Собственно, проблема заключалась в том, что такую сумму невозможно скрыть. Если только не потратить на какую-нибудь ерунду. Но тратить на ерунду не хотелось.

Последние сообщения с фронта были тревожными. Наступление завязло, и городок Гринвуд так и остался на вражеской территории. Надо было что-то делать. Мы бы с удовольствием задержались здесь на несколько лет, чтобы довести до конца начатое дело, но хотелось иметь некоторую перспективу, например в виде построенного или отремонтированного корабля.

«Я вчера посмотрел Имперский Уголовный Кодекс, — помыслил Тим. — За деятельность без лицензии и неуплату налогов нам грозит до десяти лет тюрьмы».

Я усмехнулся.

«За решеткой нас, конечно, не удержат, но лабораторию отберут».