Приглашение на казнь - Жанна Штиль

Прислужник едва поспевал наполнять кубки. В воздухе чувствовалось нарастающее напряжение.

В этот раз девушка заметила, что итальянки больше к своим кубкам не прикасаются. Она поздно спохватилась. Её ёмкость только что опустела. Участившееся сердцебиение и нарастающее возбуждение подтвердило догадку. В последний кувшин с вином было добавлено зелье. Ловко! Наверное, Дониза в кухне подловила момент. Сначала интриганки притупили бдительность и лишь потом нанесли удар. Или зелья хватило только на объём одного кувшина?

В очередной раз проследив за перекрёстным обстрелом глаз между графом и Мисуллой, пфальцграфиня хлопнула ладонью по столу:

— Vsyo, nadoelo! — встала из-за стола. Игра стала походить на реальность. — Pora i chestʼ znatʼ.

Отец Готтолд, очнувшись, взмахнул рукой, оглядываясь по сторонам.

— Что она сказала? — подпрыгнула графиня-мать.

— На каком это языке? — поддакнула дочь.

Юфрозина выпрямилась, на всякий случай, меряя расстояние до возмутительницы спокойствия.

Разговоры смолкли. Господин напрягся. Гости были не в курсе, на что способна русинка в подпитии. Когда мужчина слышал из её уст слова на непонятном языке, стоило на это обратить внимание.

— Я сказала, — она в упор смотрела на итальянку, — что когда вы находитесь в компании людей, не понимающих вашу речь, вы должны либо говорить на языке, понятном для всех, либо затк… молчать!

— Это она мне указывает? — Мисулла заработала веером, нагнетая на себя воздух. Выбившиеся из-под сетки пряди волос пришли в движение.

— Вам, — Наташа усмехнулась. — Это же вы корчите здесь воспитанную и культурную аристократку. И доченька ваша такая же… mymra!

— Госпожа Вэлэри! — загремел голос с конца стола.

Упомянутая госпожа, сделав ладонь козырьком, приставила её ко лбу, словно закрываясь от солнца, высматривала подавшего голос:

— Ох, сиятельный, в глазах померкло от вашей грозности, — подняла кубок, заглядывая в него. Облизала губы, ставя назад. Добавки ей, точно, не видать. Ах, да, и не нужно!

Герард, кивнув брату, поспешил встать, направляясь к скандалистке.

Не успела Наташа оглянуться, как вокруг опустело. Ирмгард, задержавшись в дверях, медлил выходить. Одного взора отца стало достаточно, чтобы и он откланялся.

— Что ты вытворяешь, — оказавшийся рядом его сиятельство сжал локоть девицы, приближая к ней своё лицо.

— А что я такого сделала? — она пыталась разжать пальцы мужчины, пощипывая их подушечки.

— Мало того, что ты показала, насколько тебе ненавистен хозяин, но и… Чёрт! — отдёрнул руку, поглаживая.

— Так и есть! — вошла в роль подопечная, подогретая винными парами. — А что, по-вашему, я должна испытывать при виде, как мой жених, бывший, разумеется, ещё не остывший от моих поцелуев и объятий, не спускает похотливого взгляда с другой? Изменник! — Хлопнула ладонью по его груди.

— Таша!..

— Ничего не знаю! В последнем кувшине было зелье. Поздравляю! Ваша самоуверенность будет стоить вам… — не могла подобрать подходящего слова. Перед глазами маячило его перемигивание с графиней. Теперь это не выглядело, как игра. — Очень дорого! И не приближайтесь ко мне больше никогда! — Топнула ногой, выскакивая из зала. Обернулась: — Я всё поняла! Вы меня использовали!

— Да, использовал, — его ледяной взор был направлен за её спину. — Графиня ди Терзи удвоила приданое своей дочери.

Наташа рванулась от него, налетая на графинек, выбравших именно этот тёмный коридор в качестве пешеходной дорожки для прогулки.

— Подслушиваете! — гаркнула в их лица. — А ещё благородные! Suchki!

На повороте наткнулась на совершенно невидимого араба. Шарахнулась от него в сторону, ударившись плечом о стену. Застонала:

— И этот туда же со своими… Прости Господи! Член… общества «Призрачных ниндзя»!

Что-то она разошлась не к добру. Утирала выступившие на глазах слёзы.

Заскочив в свою комнату, шмыгнула в умывальню, схватила полотенце и уже привычно закрутила его вокруг дверных ручек:

— Ya vam bolshe ne nuzhna?.. Рozhaluysta… — упала ничком в кровать.

Никак не могла понять, что же произошло на самом деле? Что было игрой со стороны господина, а что истиной? Своё поведение не оправдывала, но и угрызений совести не испытывала. Унижать и оскорблять себя она не позволит. Хватит уже смотреть в рот мужчине, который не считает нужным поделиться своими планами. Если они у него есть. Последняя фраза Герарда, что он её использовал, можно расценить, как продолжение игры, а может означать правду.

Минувшая бессонная ночь дала о себе знать.

Непомерное напряжение в течение дня выбило из колеи.

Кто такое выдержит?

Сон, словно обрадовавшись ценной добыче, сразу захватил в плен…