Освобожденный - Владимир Поселягин

Я как раз заканчивал рассказывать присутствующим женам, как была обнаружена аномалия и спрятан транспортник, когда мы приблизились к червоточине.

— Переходим? — немного дрогнувшим голосом спросила Жорин.

— Погоди. Я сперва на катере слетаю… Мало ли что. С бароном я мало знаком, кто его знает, какие у него червяки в голове водятся.

Однако проверка показала, что аномалия настоящая и внутри действительно темная система. Вернувшись обратно — с меня семь потов сошло, когда я переходил врата червоточины — дал разрешение на переход.

Отлетев чуть в сторону, я наблюдал, как махина крейсера на малом ходу прошла через километрового размера червоточину. Осмотревшись, последовал за ним.

Еще при первом заходе я с помощью мощного прожектора катера смог рассмотреть обломки антарского крейсера. Видимо, того самого, с помощью которого определили, что червоточина не губительная. Обломки дрейфовали километрах в полутора от входа.

Догнав «Волчонка», я залетел на открытую летную палубу и, передав катер в «руки» Прапора, поспешил в рубку.

— Курс семь ноль шесть. Наша цель за второй планетой, — приказал я.

Жорин включила все одиннадцать прожекторов, и с помощью обзорных камер стала ориентироваться в пространстве аномальной системы. Сканер приказал долго жить, показывая мощные помехи на экране, так что оставалось надеяться только на свои глаза.

Понятное дело, из-за того, что видели максимум километров на пятьдесят, крались мы фактически на ощупь, очень медленно.

— Датчики засекли притяжение, — сообщила Жорин. — Похоже, мы подходим ко второй планете, первая прошла по правому борту.

— Снизить скорость, стабилизировать крейсер в системе. Не будем рисковать своим единственным кораблем, — пояснил я женам. — Проведу ближнюю разведку на катере, он для этого больше всего подходит.

— Хорошо, — согласилась старшая. — Только будь осторожен.

Быстро спустившись вниз, я встретил в кают-компании пилота Эрника Луззера.

— Как дела, кэп? — спросил он.

— Прибыли на место, в данный момент проводится ближняя разведка. Транспорт еще не обнаружен, так что пока отдыхайте.

— Да уж наотдыхались, пока летели, — хмыкнул он, провожая меня взглядом.

Спрятавшись от любопытного пилота в техническом переходе, я поспешил на летную палубу. Быстрая проверка катера — и как только бронеплиты открылись, вылетел наружу.

Связь, чем дальше я отлетал от крейсера, тем была хуже, пока не пропала совсем. К этому времени я отлетел всего на пятьдесят тысяч километров.

Мертвую планету, за которой по информации барона и был спрятал «Болиф», я облетел за полтора часа. Однако транспортник так и не смог обнаружить.

— Фиксирую что-то непонятное прямо по курсу, — сообщил вдруг искин катера.

— Черт! — воскликнул я, когда впереди в луче носового прожектора возник темный корпус грузовоза. Активировав передние маневровые, я стал гасить скорость, однако это не на дороге, где машина может встать как вкопанная. Дав гари нижним передним маневровым, я задрал нос катера и прошел впритирку к борту транспортника.

— Уф! — выдохнул я, когда корабль остался за кормой.

Развернувшись, вернулся обратно и, используя оба прожектора и камеры наружного наблюдения, за двадцать минут облетел всю трехкилометровую тушу огромного грузовика, разглядывая и прикидывая, как его восстанавливать. На первый взгляд «Болиф» был цел, но это только на первый взгляд. Кроме самой большой проблемы — с гипердвигателем — нужно было восстановить несколько энерголиний, подремонтировать два маневровых движка, ну и провести комплексное обслуживание корабля после более чем столетней консервации.

Зафиксировав, где находится корабль — пришлось делать жесткую привязку к выходу из аномальной системы, — направился обратно к «Волчонку».

Как только связь стала доступной, я сообщил женам сквозь шум помех:

— Мы нашли его, — переждав радостный визг, продолжил: — Жорин, лови файл с координатами. Как только я поднимусь на борт, сразу же выдвигайся к нему. Встанешь в километре от транспортника.

— Работы сегодня начнем?

— Нет, вечер, завтра, — сообщил я, однако не учел того азарта, что овладел не только моими женами, но и нашими пассажирами.

В общем, после ужина все техники, включая меня и выведенную из учебного сна Олию, надели скафандры и дружно погрузились в катер. На крейсере остались только Жорин с Милой и пилот со своими операторами вооружения и защиты. Последним, пока все системы «Болифа» не заработают, делать на нем было нечего.

Как только катер пристыковался к ближайшему в жилом модуле шлюзу «Болифа», я вышел из рубки и подошел к шлюзовой, где собрались остальные члены команды и мой дешифратор. Только семейная пара из грузовых техников должна была остаться на катере, чтобы на нем осмотреть груз и составить рапорт.

— Ну что, друзья, приступим к тому, для чего мы сюда прибыли? — спросил я с улыбкой.

— Да-а! — хором ответили мне.

— Значит, так. Люмьер, на вас осмотр двигателей, особое внимание двум передним маневровым, они повреждены. Запчасти в трюме «Волчонка». Регон и Олия — в реакторный отсек. На вас запуск реакторов. Как только они выйдут на десятипроцентную мощность, то запуск системы жизнеобеспечения; баллоны с воздухом в трюме катера, если не хватит, на «Волчонке» еще есть. Броснегам осмотр груза, ну а я в рубку, буду взламывать искины. Напомню, что через два часа мы отбываем обратно на крейсер. На этом все, попрошу пройти в шлюзовую.

Как только воздух был откачан, мы открыли люк и через распахнутую шлюзовую «Болифа» попали на корабль. Через минуту, посвечивая фонарями скафандров, мы разошлись по пока еще мертвому кораблю. В это время от «Волчонка» отходили челнок и бот с инженерными и техническими дроидами. Ими управлял Быков.

* * *

Ночью, когда мы укладывались спать, Мила спросила:

— Так что с грузовиком, я так и не поняла?

— Да все с ним в порядке, — ответил я, укрываясь одеялом. — Все три реактора запустили, и они выходят на полную мощность, дроиды-диагносты работают, собирая и записывая степень повреждений. Быков вскрывает переборки, чтобы извлечь поврежденный гипердвигатель, за сутки справится. Дешифратор уже взломал один из искинов, и тот вполне благополучно работает, сейчас ломает остальные…

— А как тогда завели сюда корабль, если искины не были взломаны? — удивилась Мила.

— Видимо, люди барона использовали своих, тем более шахты были пусты и все пять антарских искинов лежали рядом. Так что, по примерным прикидкам, через пять дней корабль вполне будет на ходу. То есть мощности и ресурсов хватит, чтобы перегнать его к Миринде.

— А груз?

— Груз в порядке. Так, пара царапин на защитных чехлах. Завтра будет полная проверка, а не как сегодня.