Смерть наудачу - Владимир Михальчук

– Вы, случайно, не задумывались, дорогой Дамнтудэс, почему Баглентайт так стремился подарить вам статуэтку?

– Нет.

– Ах да, вы же не знаете всех наших приключений.

Я рассказал, какие неприятности наряду с постоянными покушениями на жизнь дра’Амора мне пришлось испытать, чтобы вернуть поделку. Упомянул и о том, что Зарилия отдельно мне заплатила за поиски янтарной статуэтки, и о неестественном пьянстве посла, и о прочих странностях.

– И что все это значит? – полюбопытствовал хват-майор. То есть теперь уже хват-подполковник. Поймал прищуренный взгляд Мэра и стушевался.

– Это значит вот что! – я кое-как поднялся, потер ушибленную грудь и сел на свободный стул. – Мне удалось узнать, что янтарная статуэтка через определенный промежуток времени перестает приносить удачу. Наоборот – вещичка забирает везение у своего владельца.

– Вот как?.. – пробормотал Мэр.

– Именно! Баглентайт вез ее в Валибур только с одной целью – сунуть проклятый артефакт в ваши руки. И продержи вы янтарь двенадцать часов, он начал бы приносить вам сплошные несчастья. Ваши же проблемы означают беду для целого города! Несчастье правителя моментально бы отразилось на жизни всего Валибура.

– И это означало бы поражение в войне с Княжеством, – понял Дамнтудэс.

– Точно! Мне кажется, что на самом деле Астурское графство не собиралось сотрудничать с нами. Нет! Позорные графья плясали под дудку Хаоса и Дальних кругов. Они специально подсунули вам безделушку под видом великодушного подарка. И знаете что?..

– Пока не знаю, – в глазах Дамнтудэса горело такое пламя, какому позавидовал бы и городской крематорий. – Слушаю вас, детектив.

Я кратко пересказал разговор Аркшона с покупательницей и заявил:

– Услышав этот диалог, я распутал преступный клубок предательства и покушений. Тогда я посчитал, что Зарилия харр Зубарева не знает о личности посла и собирается убить его по приказу Князя. Но это не так!

С самого первого дня, нанимая Люэна телохранителем, Лейлилея четко видела изысканный план. Прибывал посол заморского государства. Якобы для того, чтобы подписать договор о сотрудничестве. Но на самом деле он вез вам магобомбу замедленного действия!

Зарилия исчезла десять лет назад. Примерно тогда, подозреваю, в лапы демонов попала статуэтка. Они специально снарядили диверсионный отряд – чтобы завербовать предателя среди оборотней. Агент Хаоса должен был усыпить вашу бдительность, сделать вас более доверчивым…

– Хватит! – приказал Мэр.

Я кивнул.

– Словом, общение мужчины с женщиной всегда заканчивается тем, что мужчина становится податливым и мягким…

Дамнтудэс проскрипел зубами.

– Так вот, – продолжил я, – истинной целью всех преступлений была передача статуэтки в ваши правительственные длани.

Из рядов сыщиков, обладающих умениями для защиты своего клиента, выбрали самих распоследних неудачников (слова дались мне с трудом – но для дела не жалко). На них, якобы с целью убить посла, натравили ничего не понимающих преступников-оборотней. Чтобы все выглядело естественно и не вызывало подозрения – если кто не понял.

Оборотни постоянно атаковали детектива, то бишь меня, отвлекая от анализа фактов. Если бы не покушения, мне кажется, я мог бы догадаться о предназначении статуэтки. Благо, когда взял ее в руки – понял все прелести Настоящих Неудач.

В правильное русло, однако, я все же направился. И толчком стало нападение преступников на торговца ворованными вещами на острове Солнц. Я еще подумал тогда, откуда убийцы прознали про старьевщика? А ответ на самом деле прост.

Баглентайт!

Он усомнился, что мне удастся самолично найти статуэтку. Когда я прогуливался по парому, граф подозвал своих сообщников и приказал напасть на него. В первую очередь, чтобы проверить мои бойцовские навыки. Видимо, во время драки он посчитал меня не слишком крутым и впоследствии распорядился, чтобы двое заговорщиков следили за нами. Думаю, их руками он хотел вернуть поделку, а потом что-то наврать мне о ее неожиданном возвращении.

Кстати говоря, когда я победил девушку-убийцу на пароме и собирался ее допросить, Баглентайт неожиданно убил ее. И сказал мне, дураку, что действовал со злости. Знали бы его сообщники об этом!

Впрочем, я отвлекаюсь от главной темы.

Мне таки удалось вернуть похищенную статуэтку. Граф остался доволен, но понял, что я могу догадаться о его преступных мотивах. Потому последняя убийца стреляла в меня в домике старьевщика (убегая, кстати, она миновала упившегося до бесчувственности Баглентайта; и почему-то его не убила). Затем для отвода глаз по нам стрельнули перед входом на Конвент.

Убийцы тормошили меня, словно дворнягу старой перчаткой. Водили за нос и не позволяли приблизиться к сути.

Вот только одно мне непонятно. Зачем убили Баглентайта? Неужели, зная своего сообщника в лицо, девушка-овца осмелилась отстрелить ему голову. Как-то не вяжется…

– А мне непонятно другое, – вслух подумал Дамнтудэс. – Почему мой помощник, обладающий сверхъестественным чутьем на магию, в том числе на божественную, не смог разглядеть подвоха в статуэтке?

– Все очень просто, – улыбнулся я. – Вспомните пьянчугу-графа. Он вливал в себя такое неимоверное количество амброзиума, что спокойно мог в нем утонуть. Так вот, подозреваю, что изрядно набравшийся оборотень или демон просто не ощущает действия статуэтки. Знаете поговорки: «пьяному – Бей-Буян по пояс» или «пьяному счастье»? Потому Баглентайт очень удивился, что ему попался телохранитель-трезвенник. Непьющий оборотень мог ощутить неблаготворное влияние поделки Аркшона. Вот такая прелесть от пьянства…

Кстати, теперь у меня появилось еще одно объяснение. Мне все думалось, откуда на бутылках самодельного магарбалета отпечатки моей ауры? А вот сейчас прояснилось. Ведь я же носил дра’Амору бутылку за бутылкой! Ему ничего не стоило передать несколько стекляшек «заместителю» Зарилии. Или просто оставить их на своем месте, когда поднимался на сцену, – а девица подобрала.

– Ясно, – Дамнтудэс встал. Обратился к полицейским: – Сейчас же уничтожьте статуэтку!

– Погодите! – я протестующе поднял руки. – Последней безделушку брала Треллинь. Я не позволю, пусть даже с малой вероятностью, чтобы статуэтка распознала в замечательной феечке свою владелицу. К тому же любой, кто прикоснется к работе Аркшона, рискует на ближайшее десятилетие заработать кучу шишек на лбу.

– Отнесите статуэтку в БоЛаМЭ, – решил Мэр. – Пускай ученые разбираются.

– Правильное решение, – заметил я.

– Нет, неправильное! – пророкотал оглушительный бас. Казалось, он исходил отовсюду.

Северная стена зала треснула, как тонкая ореховая скорлупа. Посыпались увесистые глыбы колдетона, зубья арматуры и крошево извести. Сквозь трещину пробралось безголовое тело, покрытое коркой запекшейся крови и мозгов.