Культ Порока. Адепт - Влад Вегашин

И рассыпался осколками льда.

Спустя минуту от Воинства Хлада не осталось ничего, только мельчайшие льдинки, усыпавшие площадь и прилегающие улицы.

Люди начали осторожно выходить из ратуши, женщины искали мужей, мужчины — жен, дети — родителей, братья — сестер… Кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то ругался в голос, не останавливаясь.

Вэнь'нъяр медленно опустился на ледяное крошево, лег на спину, широко открыл глаза, ловя теплые солнечные лучи. Из покрывавших все его тело и лицо небольших порезов, оставленных Венневейром, не переставая, сочилась кровь, но ему было все равно. Он выполнил свой долг, а теперь, возможно, еще и выживет. Хорошо бы, чтобы удалось выжить, слишком много еще несделанного… Надо возродить прежний, прекрасный Aen'giddealle, заново научить людей жить бок о бок с представителями других рас, оплакать отца и всех, кто погиб сегодня… Но сейчас хорошо бы просто поспать. Дел еще много, но это все завтра, завтра, а сейчас хорошо бы просто поспать…

— Империя охвачена пожарами и восстаниями, на дорогах в открытую грабят и убивают, выйти из дома — опасно, остаться за закрытыми дверями — опасно вдвойне, — говорил немолодой менестрель, протягивая закоченевшие руки к огню. — Император Лаарен III убит в далеком Номикане, на престол взошел его сын, бывший кронпринц Кенлет, ныне — император Кенлет IV. Мальчишке пятнадцать лет, и он совершенно неспособен управлять страной, он любитель книг, музыки, и историй, но не военного дела и политики. За его спиной много места, и за это место грызутся все, у кого хватает остроты зубов и когтей, а также папок с компроматом и наемных убийц на поводке. В департаментах творится черт-те что, почти все главы столов убиты, арестованы, пропали без вести, или же сбежали. Император публично объявил о существовании Тринадцатого департамента, а также о его уничтожении, смерти его главы, и об объявлении вне закона всех, кто имеет отношение к этому департаменту. Империя погрузилась в хаос…

Утром менестрель ушел, влившись в колонну беженцев, следующих на Север. А путники направились обратной дорогой — вниз с гор, в ближайший городок. Вечером того же дня они сидели в небольшой таверне, где их обслуживал перепуганный хозяин, то и дело нервно косившийся в сторону двери.

— Что мы будем делать дальше? — Альвариэ не выдержала первой.

— Я отправляюсь искать носителей Грани, — пожал плечами Анжей. — Война, мятеж, переворот — они никак не влияют на мою миссию. Будет сложнее, но тем не менее, я продолжаю искать Грани.

— Мы с тобой, — одновременно произнесли Ла Церреты, а Вейн пояснил: — В связи с изменившейся политической обстановкой в Империи, мое назначение в имперское посольство в Северном Княжестве становится несколько… неактуальным. Более того, наша семья всегда поддерживала императора Лаарена, так что… ну, сами понимаете. Хуже нам уже не будет.

— Вы как хотите, а с меня хватит, — неожиданно резко и грубо отрезал Велен. — Спасибо, я и так достаточно наприключался, больше не хочется. Обещания департамента, как и его угрозы, больше не имеют значения, как и сам департамент, так что бояться мне нечего, и работать не за что. Найду себе занятие поприбыльнее и попривлекательнее, чем таскаться с группой сумасшедший Ярлиг знает за чем! — он резко поднялся. — Прощайте, надеюсь вас больше не увидеть! — и вышел, хлопнув дверью.

Оставшиеся обменялись удивленными взглядами.

— Что за муха его укусила? — пробормотала Альвариэ, а в следующее мгновение поняла, что все выжидающе смотрят на нее. — И что вы на меня так уставились? То, что я с ним спала, ровным счетом ничего не значит. Я остаюсь.

— Почему? — с ноткой любопытства в голосе поинтересовался Тэйнар.

— Потому, что не привыкла бросать друзей в беде, — слегка обиженно ответила северянка.

— Спасибо, — тихо вымолвил Анжей, благодарно улыбнувшись.

— Я надеюсь, во мне никто сомневаться не станет? — несмело спросила Лэрта, обведя всех слегка настороженным взглядом.

Никто и не сомневался. Никто — из оставшихся. Альвариэ еще после того разговора во время ночного дежурства решила, что пойдет за Адептом до конца, что бы не ждало ее на этом пути. Ла Церреты… кроме озвученных, у них были куда более веские причины не оставлять Анжея, и в силу этих причин их решение определилось гораздо раньше, чем оказалось нужным. Лэрта же просто привязалась и к суровой, желчной северянке, что была гораздо вернее, честнее, и надежнее любой из «подруг» в монастыре, и к болезненному, но сильному духом юному магу, и даже к вечно отчужденному, холодному Тэйнару. Да и не забыла девушка о просьбе Веги де Вайла, следователя департамента, которого больше не существовало… как, возможно, и самого Веги. Но об этом Лэрта думать не хотела отчаянно, все еще сжимая порой в ладони мертвенно-холодный шар лима.

О плетущем же и вовсе говорить не приходится — он не оставил бы того, кого мысленно называл не иначе, как брат, ни при каких обстоятельствах.

Сам Анжей, медленно перебиравший бусины подаренных Шами-ни четок, думал о всех о них, о тех, кого мог назвать… ну, может еще не друзьями, но людьми настолько близкими, насколько раньше он не мог и представить. И с одной стороны, полуэльф был бесконечно счастлив, что все эти люди, за время путешествия на север ставшие такими родными, продолжат следовать с ним по одному пути. С другой — он был бы рад, если бы все они, кроме Тэйнара, бежали как можно дальше от него. Слишком многое в последние дни стало ясно, слишком многое определилось, будущее пугало юношу куда сильнее, чем даже в те дни, когда он решил умереть, или же когда начала пробуждаться и проявлять себя Грань.

И все же они решили сами. Это был их выбор, и они имели на него право. Пусть не зная, что ждет впереди, пусть не осознавая, через что придется пройти и что сделать — но они выбрали. Выбрали, понимая неопределенность и неизвестность, что страшат порой куда сильнее даже самой жуткой, но все же понятной судьбы. Ему же оставалось только с благодарностью принять их выбор, и оказаться достойным оказанного доверия.

— Спасибо вам всем, — повторил Анжей. — Спасибо, что не бросаете. Помните, что сказала Шами-ни? Если мы будем настоящими, у нас все получится.

— Вообще-то она сказала это непосредственно тебе, — заметила Лэрта.

— Я уверен, что это относится абсолютно к любому из нас. Спасибо вам.

— Ты еще не спросил, иду ли с тобой я, — хмыкнул плетущий. И тут же был награжден пятью недоумевающими взглядами. — Шучу. Ну что ж, куда мы теперь?

— Искать носителя той Грани, что была у Аэллирэата, — тяжело проговорил Анжей. — И заодно — изыскивать способ извлечь Грань, не убивая ее носителя.

— Ты уже понял? — тихо спросил Тэйнар, внимательно глядя на юношу. Тот кивнул. — Держись. Мы что-нибудь придумаем.

Шесть пар рук сплелись на выщербленной поверхности стола.

Отряд, пусть и в измененном составе, готовился выступать против культа, против Грани, против Порока и против желавшего власти культа Адепта.