Магия чувств - Галина Гончарова

Не знаю. Но это лишний повод попробовать.

И не жалеть о сделанном.

Я была там, на морском берегу… и я могу понять Алекса. Может быть, он не полюбит меня так, как любил тот же Мих. И золотистого света не будет.

Это будет совсем другая любовь и другая история.

– Что такое любовь для полудемона, Алекс?

Что она для тебя? Кем буду я для тебя – если смогу? Если мы все же не растопчем то, что может получиться?

– Моя жизнь.

Не отдельное чувство, не костер, который может затухать или разгораться, греть всех и светить всем. Нет.

Жизнь.

С ее радостями и бедами, победами и поражениями, добром и злом. Жизнь, поделенная на двоих. И не каждый человек это выдержит.

Смогу ли я встать вровень с Алексом?

Разделить его жизнь, его ношу и не сломаться? Стать для него не обузой, а второй половинкой? Мих всю жизнь был бы главным, принимал решения, защищал от всего мира, берег… Алекс этого мне не предлагает. Он слишком хорошо видит обратную сторону.

За каменной стеной – в темнице.

Защитить, но и лишить кусочка жизни. Лишить права на ошибки и разочарования, победы и радости. Ведь не будет первых, не будет и вторых.

Алекс предлагает мне совсем другое.

Стать равной ему. По-настоящему равной. Сильной, умной… да, на такое решится не каждый мужчина, но полудемону это не страшно. Потому что для него жизнь – это спина к спине. Против целого мира.

Так стоят и Рамон с Ветаной, так стоит его отец с его матерью, так он хотел встать вместе с Ралиссией…

Равный – с равной.

Не опора при вьюнке, но два дерева, которые переплелись и корнями и кронами и держат друг друга так, что ни одна буря их не осилит.

Смогу ли я?

Я попытаюсь.

Я подняла голову, встречая вопросительный взгляд Алекса – и первой потянулась к его губам. Коснулась, едва-едва…

– Сегодня я послушаюсь тебя. Но помни – у меня есть право выбора.

Алекс улыбнулся мне в ответ.

– Иного и не надо.

И вновь коснулся губами моих губ.

* * *

Утро я встретила на носу корабля.

Обычно женщины на мостик не допускались, но капитан махнул рукой и разрешил. Мол, маг – это не совсем уже и женщина, кто не верит, может уточнить у самого мага.

Я ехала домой. В Раденор.

Алекс лично проводил меня на корабль, лично вручил стопку учебников и даже свиток с записями. Упражнения.

А что – бездельничать, что ли, на обратном пути? Учись, Шани! Расти и развивайся.

Что ж, я была не против.

Я уже прошла большой путь от дочери лесника до Шайны Истарской, и мне предстояла еще более длинная дорога. Длиной в целую жизнь.

* * *

Алекс провожал взглядом корабль, который уносил Шани, пока тот не скрылся за горизонтом. А потом повернулся к Рику.

– Все готово?

Рикард Альдез, капитан его величества гвардии, личной гвардии для особых поручений, улыбнулся.

– Готово, Алекс. Двести человек ждут приказаний.

– Тогда начинаем. Думаю, этой ночью в гавани Риланы случится беда.

– Корабли погорят, – понимающе кивнул Рик. Да, беда…

У Риолона.

Во дворце до сих пор царила суматоха, придворные делили корону, прямых-то наследников не осталось, а дальние…

Кого сам Дарий перевел без излишней родственной приязни, кого в столице не было. Пока доедут, пока корону на голову взгромоздят, пока еще с остальными поссорятся…

Из головы начальника охраны Алекс прекрасно представлял себе расклад.

Месяца два у него было, может, даже больше. За это время ему надо было пройтись по Риолону огнем и мечом, совершить несколько рейдов, запугать всех и предложить новому королю, кем бы тот не оказался, мир на своих условиях.

За кусок земли.

Хороший такой…

Сразу сожрать Риолон будет сложно, а вот отгрызать постепенно…

И ни к чему Шани это видеть.

Грязь, кровь, смерть, боль… в ее жизни это уже было и еще будет. Но если он может защитить от чего-то свою женщину, так тому и быть. Он не станет водить ее, как собаку на сворке, но для самых гадких сторон человеческой натуры Шани еще не выросла.

И не стоит заменять временную, в силу обстоятельств, ожесточенность, на цинизм. Ни к чему марать ее в той грязи, которая называется политикой.

Алекс утвердительно кивнул.

– Маги огня?

– Готовы. Все трое.

– Воздуха?

– Тоже.

– Значит завтра, ближе к полуночи…

Улыбки у мужчин были хищными. Волчьими.

Любовь?

Война! А любовь – потом. В послевоенное время!

* * *

Дом.

Место, где пахнет пирогами и кожей, и почему-то лесом… такой сложносочиненный аромат дома. Для каждого дома он свой, а в нашем уже поселился наш, родной…

Тот, к которому я привыкла.

И пироги были мамины, и Корс вис у меня на шее…

– Шани!

– Папа! Мама!

Я обняла всех – и разревелась в три ручья.

Дома.

Там, где меня любят. Где мои родные и близкие. А где стоит этот дом?

Да хоть бы и на вершине горы, неважно!

Стоило ли ехать куда-то ради этих минут?

И снова – да!

Успокоиться удалось еще не скоро. Родители рассказывали новости.

Они быстро освоились в Раденоре. Отец нашел работу, правда, не лесничего, но чучельник из него тоже хороший, и скорняк, он подрядился шкуры выделывать.

Не на грубую, дубить-то их и подмастерья могут, а вот сделать так, чтобы кожа была мягче масла, а мех можно было через кольцо протащить…

Папа мог.

И неплохо зарабатывал, на семью хватало.

Мама пока сидела дома. Ребенок рос, не по дням, а по часам, и угрожал родиться раньше срока. Она не боялась.

Рожать рядом с магом жизни, это как получить благословение Светлого. А Ветана забегала время от времени и обещала быть рядом.

Корс пропадал то в лечебнице, то в школе, то учился у отца, то учил языки…

Все были на своем месте и при деле.

Дом.

А на следующий день меня ждал его величество.

* * *

– Здравствуй, Шани. Проходи, садись.