Рожденная огнем - Карен Мари Монинг

Спустя время, показавшееся мне бесконечностью, оно загремело и зазвенело прочь.

Чириканье гулей затихало по мере того, как они удалялись, и я облегченно вздохнула, радуясь, что снова обрела способность двигаться.

Отсрочка. Не знаю, почему. Неважно.

Я чуть-чуть приоткрыла глаза и тут же, ослепленная ярким холодным светом, быстро закрыла. Повернула голову вправо, до упора, насколько смогла. Именно справа я слышала зловещие звуки и хотела знать, что меня ждет. Я снова открыла глаза.

Убедившись, что нигде в тенях не прячутся призраки, готовые поднять тревогу, как только я подам признаки жизни, я напрягла мышцы, чтобы взглянуть как можно дальше вправо.

Длинный металлический стол.

Потрясающий набор острых блестящих инструментов.

Сцена прямиком из фильма ужасов. Я внезапно с ужасом вспомнила, как пять ночей назад сидела в КСБ, пытаясь достать пули из своего тела, и размышляла, какие жуткие вещи можно со мной проделать, учитывая мои способности к регенерации.

Дыши, сказала я себе. Над столом находился большой прямоугольный экран, на котором висело неясное изображение чего-то серо-черно-белого.

Я прищурилась, фокусируясь на экране. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что я вижу. И то только благодаря тому, что у меня зачесался нос, до которого я, понятное дело, не могла дотянуться, поэтому я сморщилась и запрокинула голову на то крошечное расстояние, что было мне доступно. А изображение на экране двинулось.

Оказывается, это я. Изнутри. А именно – мой череп.

Во всех подробностях: носовые пазухи, зубы, кости, мышцы. Виднелись также символы, отмечающие разные точки на черепе. Я сильно повернула голову и заметила, что справа от большого экрана находятся четыре экрана поменьше.

Над этим пришлось размышлять подольше, но я наконец сообразила, что на каждом показана отдельная часть моего мозга. Там тоже были символы, сосредоточенные в лимбической области моего мозга – если я правильно помню курс биологии, а я, к несчастью, в данный момент могу воспроизвести его с ужасающей точностью.

Я знаю, за что отвечает область лимбической системы. Мы изучали это на курсе психопатологии. Лимбическая система располагается по обе стороны таламуса и отвечает, в частности, за эмоции, поведение, долговременную память. В лимбическую систему входят гипоталамус, миндалевидное тело и гиппокамп. Она тесно связана с центром удовольствия и префронтальной корой головного мозга.

Я так хорошо все это усвоила, потому что, когда проходила курс психопатологии, наш университет участвовал в определенном исследовании и профессор пригласил волонтеров.

Целью исследования было определить, может ли «выключенная» лимбическая система или повреждение мозга в этой области стать надежным маркером психопатии. Профессор рассказывал, что значительное количество доказательств собрано во время исследования преступников, которые находятся в заключении, и корелляцию^[60] действительно обнаружили.

Я помню, как смотрела на своих однокурсников, которые подняли руки, выражая готовность поучаствовать в эксперименте, и думала: ну какой дурак на такое пойдет? Что, если их мозг просканируют и обнаружат, что они психопаты? Кому захочется узнать о себе такое? Более того, нужно ли, чтобы об этом узнали окружающие?

В тот день я засунула руки в карманы поглубже и долго не вынимала их оттуда.

И вот теперь я разглядываю изображение своего мозга и размышляю о последствиях. Мне не хватает знаний, чтобы понять, «выключена» моя лимбическая система или повреждена, но вид инструментов на столе и символов на изображении различных частей мозга намекал – скоро будет.

Чистильщик считает, что мой мозг нуждается в починке. Я нахмурилась.

С моим мозгом все в порядке. Если бы могла, я бы прикрыла голову обеими руками, защищаясь.

Что, если мой череп начнет срастаться еще во время попыток его вскрыть? Будет восстанавливаться, оставляя внутри инструменты? Я не сомневалась: какую бы варварскую операцию это существо ни спланировало, легко она не пройдет. А еще я подумала, что, возможно, присутствие Книги во мне заставило Чистильщика считать меня достаточно сильной, но при этом сломленной и требующей «починки». Проклятая «Синсар Дабх» без устали портила мне жизнь.

Тишину вдруг нарушил голос слева, вначале испугав меня до чертиков, а затем наполнив таким непередаваемым ужасом, которого я сама от себя не ожидала.

– У меня сердце, – прошептала Джейда. – А что он планирует починить в тебе?