Музыка тысячи Антарктид - Ирина Молчанова

Вампиры переглянулись, как если бы оценивали свои силы. А в небе захлопали полчища крыльев. Безглазые черные вороны опустились на деревья вдоль дороги, из-за стволов высунули морды волки и кабаны, устремив пустые зеницы на Анжелику, призвавшую животных для защиты.

— Есть правила, Лайонел, — негромко заметил Ферран.

Лайонел ощутил сильную атакующую волну, вибрацию голоса, используемую для введения в транс, и предупредил:

— Откроешь еще рот — я сделаю из твоей шкуры половик для своей служанки. — Смотреть в глаза Феррану, способному ввести в транс сразу целую толпу, он все же не решился. Противников было больше, каждый обладал способностями, которые мог противопоставить его собственным.

Неожиданно на лице Георгия промелькнуло изумление, взгляды вампиров устремились куда-то вдаль.

Лайонел не обернулся посмотреть, что всех так заинтересовало. Стоило лишь на секунду выпустить из поля зрения противников, как они бы рассредоточились вокруг. Объяснение всеобщему изумлению дала Виктория, истерично выкрикнувшая:

— Оборотень! Тут оборотень!

Йоро, подняв облако ледяной пыли, затормозил возле ноги Лайонела, радостно свесил язык набок и оглядел всех присутствующих.

Анжелика скривила губы и покосилась на Феррана.

— Его оборотень. Он держит его в клетке! Думаю, старейшинам будет интересно это узнать.

Йоро оскалил зубы и зарычал.

Ферран нахмурился.

— Не похоже, чтобы тот был против. В правилах нигде не упоминается по поводу дружбы вампиров и оборотней.

— Ты оглох, он держит его в клетке! — сердито повторила Анжелика.

— Не вижу клетки, — огрызнулся Ферран.

Вперед выступила Виктория, возмущенно указавшая на Анжелику:

— Она не сказала, зачем нас собирает!

Анастасия судорожно кивая подтвердила:

— Мы ничего не знали!

Лайонел жестом указал сестрам подойти и встать рядом. Девушки беспрекословно подчинились и перешли на его сторону.

Бриан Джонсон, покусывая толстые губы, приподнялся на цыпочки и сказал что-то на ухо Анчику. Затем оба последовали примеру сестер Кондратьевых.

Когда Анжелика наградила Бриана презрительным взглядом, тот пожал плечами и объявил:

— Дорогуша, Лайонел волен спать с кем хочет. Мы-то тут при чем? Твоего Даймонда жаль, но не настолько, чтобы подставляться самим.

Друг за другом вампиры перешли на сторону своего повелителя, с Анжеликой остался лишь Георгий и Ферран.

— Все свободны, — обратился Лайонел к покаявшимся вампирам.

Прекрасное лицо бывшей любовницы точно окаменело. Кажется, она впервые была по-настоящему напугана. Птицы и звери безмолвно ждали ее приказа.

Ферран грустно посмотрел на девушку и отступил.

— Прости, это не моя война. — Он кивнул Лайонелу. — Мне не следовало приезжать, надеюсь, между нами останется все по-прежнему.

— Вряд ли, — не глядя на него, обронил Лайонел и перевел взгляд на Георгия. Друг глаз не отвел, даже не шелохнулся. Он, как и остальные, принял решение, только другое.

Вскоре посреди шоссе они остались вчетвером. Йоро вытянулся на асфальте, положив голову на лапы.

— Ну что, Лайонел! — прозвенел в тиши голос Анжелики, от которого все существа, вызванные ею, встрепенулись. — Убьешь и меня? — Она шагнула вперед и развела руки в стороны, точно приглашала его.

Молодой человек усмехнулся и, не сводя взгляда с Георгия, произнес:

— Дарю, друг! — И, развернувшись, зашагал к своей машине.

Оборотень побежал рядом, озабоченно заглядывая ему в глаза.

— Знаешь, как говорят у Волоф? — спросил мальчик, резво вскакивая с четверенек.

Лайонел невесело засмеялся.

— Не знаю, Йоро… но уверен — у любого народа есть название тому, кто за семь лет не понял, что лучший друг камнем на сердце носит любовь к его женщине. Анжелика-Анжелика-Анжелика — ее имя не сходило с его уст. А я так верил в его преданность!..

— Он тебя не предавал, — возразил мальчик.

— Нет, — согласился Лайонел, — просто выбрал не меня. Предпочел любовь нашей дружбе.

— А ты?

— Без раздумий выбрал бы его.

— Но ты не выбрал, — пробормотал Йоро.

— Глупости, — разозлился Лайонел, — встань у меня выбор — Анжелика или…

— Нет, не Анжелика, — упрямо мотнул головой оборотень. — Катя и Вильям. Любовь твоего брата, самого дорогого тебе существа во всей Вселенной.

— Вильям ее не любил!

Мальчик пожал худенькими плечами и, помолчав, спросил:

— Лайонел, а ты в этом точно уверен?

Молодой человек отвел глаза и ничего не ответил.