Алтарь Василиска - Вадим Арчер

Подъехав к ведущему в Келангу мосту, Ромбар увидел на северном берегу Тиона длинные ряды воинских палаток, а среди них – бело-голубой шатер правителя Цитиона. Дальше по берегу, под сине-желтым босханским флагом, виднелось еще одно скопление палаток. Ромбар свернул вдоль берега и вскоре оказался в цитионском лагере. Сторожевой патруль, узнав наместника правителя, приветствовал его как военачальника и без расспросов пропустил дальше. Оставив свой отряд на берегу, Ромбар распорядился ставить палатки, а сам поехал через лагерь к шатру Норрена.

Он увидел Норрена издали сидящим за столом у шатра. Правитель занимался подсчетом военных расходов и был так погружен в вычисления, что заметил Ромбара, лишь когда тот, спешившись, подошел вплотную.

– Ромбар! – Забыв про расчеты, Норрен поднялся навстречу брату. – Ты уже вернулся!

– Вернулся. – Глаза Ромбара улыбались, он был рад встрече.

– Мы не ждали тебя так скоро. – Норрен собрал бумаги со стола и пригласил Ромбара в шатер. – Мы думали, что ты будешь дожидаться вестей об исходе войны. Два дня назад, когда войска пришли под Келангу, я послал на Белый алтарь гонца.

– Я встретил его на полпути к Оранжевому алтарю, – сказал Ромбар, усаживаясь в одно из кресел, стоявших в шатре. – А с Белого алтаря я выехал на другой день после того, как ты вышиб уттаков из Бетлинка.

– Как ты узнал об этом? – удивился Норрен.

– Это нетрудно, когда находишься в компании лучших магов острова.

– Ромбар дождался, пока правитель положит бумаги в шкаф, и спросил:

– Ну, теперь и ты убедился, что исход войны решался там, на Белом алтаре?

– Да. – Норрен закрыл шкаф и повернул свое кресло так, чтобы видеть собеседника. – Когда дозорные сообщили, что в уттакском лагере резня, я понял, что ваша с Равенором затея удалась и орден Василиска прекратил существование. Горожане целый день не слезали со стены – еще бы, такое зрелище!

Я тем временем подготовил наступление и, когда резня поутихла, ударил на уттаков. Они были обессилены и не сопротивлялись. Кто успел, те пустились в бегство, а мы за ними. Так мы и прошли по восточному берегу до поворота и дальше, до самого Бетлинка.

– Мы ежедневно следили за ходом войны и знали о всех ваших передвижениях, – сказал Ромбар. – Правда, уехав с алтаря, я потерял эту возможность, поэтому о последних событиях слышал только от гонца.

– Ничего интересного, – заверил его Норрен. – День-другой после взятия Бетлинка мы шарили по окрестностям, затем пошли в Келангу. Что Келанга занята Вальборном, мы узнали еще в осаде от гонца, но было неизвестно, остались ли уттаки на западном берегу Тиона. Посовещавшись, мы решили, что Донкар и тимайцы отправятся домой и по пути очистят западный берег, а я и Десса подождем твоего возвращения. Если окажется, что в районе Белого алтаря много уттаков, придется продолжать войну, хотя она становится разорительной.

– Там нет уттаков, – сообщил Ромбар. – Все силы врага были собраны под Босханом. Если вам удалось уничтожить большую часть уттаков, они не скоро восстановят численность.

– Значит, война окончена, – подытожил это сообщение Норрен. – Можно распускать армию и воз-вращаться к мирным делам.

– А что вы сделали с Госсаром? – вспомнил Ромбар.

– Мы не нашли его. Судя по тому, что творилось в уттакском лагере, он не ушел оттуда живым.

– Возможно, – согласился Ромбар. – А как поживает Вальборн?

– Теперь он – правитель Келанги. – В голосе Норрена промелькнуло что-то вроде восхищения успехами бывшего правителя Бетлинка. – Пока он оставался в Оккаде, туда пришел тирский обоз с оружием. Вальборн вооружил ополченцев и сумел разбить уттакское войско, посланное Каморрой для захвата Зеленого алтаря, после чего пошел на Келангу. Войско келангского наместника, узнав о разгроме уттаков под Оккадой, без боя перешло на сторону Вальборна и провозгласило его правителем. Это естественно, ведь он наследует Берсерену.

– Он изменился?

– Я не знал его близко. Позавчера мы были у него во дворце и обсуждали итоги войны. Вальборн производит хорошее впечатление – не то что Берсерен. Теперь, когда ты вернулся, нам неплохо было бы встретиться с ним.

Бетлинк и Белый алтарь, да и Оранжевый тоже, потребуют средств, а Келанга, несмотря на вторжение, – богатый город, поэтому многое будет зависеть от позиции Вальборна. – Он встал и вынул из шкафа чистый лист бумаги. – Я напишу ему, что ты здесь и что нам есть о чем поговорить.

– Добавь, что со мной будет Равенор. Если речь пойдет об алтарях, нам не помешает присутствие мага.

Норрен написал письмо и отослал с гонцом, а затем продолжил разговор, который, казалось, мог тянуться до поздней ночи. Они с Ромбаром не рассказали друг другу и половины новостей, когда гонец возвратился с ответом от Вальборна. Норрен, остановившись у входа в шатер, распечатал письмо и пробежал глазами строки.

– Вальборн прислал приглашение на ужин, – сообщил он Ромбару. – Мне, тебе и Равенору. Будет также и Десса, он отправил к ней гонца.

– Он приглашает ее с советником?

– Нет. Видимо, не хочет присутствия посторонних. – Норрен хмыкнул, словно вспомнив что-то Забавное. – Кстати, как тебе показался Равенор?

– Своеобразная личность, но можно привыкнуть, – невозмутимо ответил Ромбар. – Доверять ему тоже можно. Во всяком случае, на ужине он не будет посторонним.

Договорившись съехаться у моста, они расстались. Ромбар вернулся на стоянку своего отряда, где отыскал знаменитого мага и передал приглашение.

Тот собрался без промедления и вслед за Ромбаром выехал к мосту, а вскоре там появился и Норрен в сопровождении шестерых воинов. Миновав мост, они проехали сквозь северные ворота и поскакали по улицам города ко дворцу правителя Келанги.

Их ждали. Ворота дворца гостеприимно распахнулись, слуги приняли коней и проводили свиту Норрена в комнаты для дворцовой стражи. Новый правитель Келанги сам вышел навстречу и, дружески приветствовав всех троих, повел их в гостиную. Там он усадил гостей в расставленные для беседы кресла и завел разговор о поездке на Белый алтарь.