Одиннадцатый легион - Денис Юрин

– Ты не прав, – вступился за девушку Дарк, – представь, что завтра тебе пришлось бы драться против гномов!

– Исключено, – лаконично констатировал Румбиро, но, заметив непонимание в глазах собеседников, решил открыть тайну сложной гномьей души: – Это у вас, у людей, все так запутано: сегодня за этих дерусь, завтра за тех, а мы – кучей держимся, к чьей стороне пристали, значит, пристали, притом все! – Толстый указательный палец крепыша взмыл вверх, как будто ставя восклицательный знак в конце мысли. – Для нас прежде всего – важно держаться вместе, а на людские разборки и тонкости нам плевать… Хватит, прошли те времена, когда эльфы с людьми нас друг против друга настраивали. Гном на гнома топор никогда не подымет!

Дарк чувствовал, что пришло время активных действий, об этом говорила логика и кричало внутреннее «я». Кроме крайней необходимости вызволить из плена Гаврия, он понимал, что амазонки участвуют в какой-то странной игре: они пешки, но пешки на стороне противника. Он должен ударить первым, лишить врага возможности собрать силы, нарушить его план, но без союзников действовать нельзя.

– Ильза… – Голос Дарка дрожал и не был уверенным. – Я не прошу тебя драться с теми, с кем ты еще недавно делила кров и хлеб, мы с гномами Румбиро все сделаем сами, но нам нужно знать место тайной стоянки. Ты сможешь показать его нам?

Ильза кивнула головой, печальная улыбка на ее губах свидетельствовала о сложной внутренней борьбе, раздирающей душу девушки. Примирив Ильзу с ее совестью, Дарк облегченно вздохнул, но тут возникло новое осложнение.

– Минуточку! – разорвал тишину бас Румбиро. – Может, кто-нибудь объяснит, при чем здесь я и мои ребята? Пауль просил проводить тебя – я проводил, помочь – я помог, но амазонок бить – увольте, такого приказа не было!

– Альто, ты же прекрасно знаешь, что отряд вот-вот уйдет со стоянки, и где его потом искать?!

– Ничего не знаю, приказа не было, – упорствовал гном.

– Пауля в городе нет, так ты за главного остался, какие приказы тебе нужны?

– Ты мне тут воду не мути! – закричал гном, отстаивая свою позицию. – Мое дело – конвой охранять, а не за девицами по лесам гоняться! Сообщи Диверто, пускай он и решает, а я – пас, в ваши людские игры не играю!

Гном твердо стоял на своем и не поддавался на уговоры, которые его только злили. В то же время помощь его подручных была необходима, даже если Ильза и изменила бы решение не поднимать оружие на своих бывших соплеменниц, то вдвоем одолеть отряд амазонок шансов не было. Чувствуя, что единственная возможность переубедить товарищей будет вот-вот упущена, Дарк решился на весьма рискованный метод добиться своего.

– Хорошо, будь по-вашему, сообщим Диверто и забудем. Ильза переедет ко мне, тем более что Пауль приглашал. Там и отсидимся пару дней, пока отряд амазонок не уйдет. Нам-то что, нам за убитых товарищей мстить не надо!

Стрела упрека попала точно в цель, лицо Альто налилось краской, а глаза яростно засверкали. Сильно сжимая от злости кулаки, гном долго молчал, пытаясь унять бушевавшие в нем эмоции.

– Нечестно играешь, – процедил он, стараясь сохранить спокойствие в голосе, отчего его речь походила на шипение змеи, – и я это тебе припомню, но в одном ты прав – за своих надо мстить! Через час жду вас обоих у городских ворот.

* * *

Люди считают гномов весьма неуравновешенными созданиями, которые вспыхивают, как факел, от одного лишь оскорбительного, по их мнению, слова, но тут же отходят и прощают обиды. Исходя из этого описания, Румбиро был гномом только наполовину: обиделся быстро, а вот с прощением дело обстояло хуже…

Когда через час Дарк с Ильзой появились в назначенном месте у городских ворот, то их уже ждали знакомые Дарку телеги, на которых сидело не более двадцати гномов, маскирующихся, как обычно, под мирных пахарей. Подойдя к Альто, Дарк пытался как можно осторожнее и деликатнее намекнуть, что для успешного завершения операции было бы неплохо хотя бы удвоить численность отряда, на что в ответ получил лишь невнятное бурчание: «…и этого на пару десятков девиц хватит…» Ни извиняться, ни вступать в долгие объяснения с гномом не хотелось, Дарк пожал плечами, молча занял место на телеге, и группа тронулась в путь.

Унылый пейзаж покрытых утренним туманом полей, скрипучее дребезжание повозок и ворчание не совсем проснувшихся гномов создавали неприятную атмосферу обреченности. Дарк чувствовал, что некоторые из тех, с кем он вместе трясется в повозке, едут навстречу своей смерти, но даже не подозревают об этом. Еще час назад, уговаривая Румбиро совершить налет, он хотел только одного – во что бы то ни стало достичь цели, уничтожить отряд амазонок, угрожающих лично ему и жизни близких людей, теперь же пришло необъяснимое чувство вины. Он знал, что в результате его настойчивости несколько гномов обречено на гибель. Никогда еще никто не рисковал жизнью ради его интересов. Командуя в армии эскадроном, он не принимал решение, наступать на позиции противника или не ввязываться в бой, он был лишь низшим передаточным звеном в огромной цепочке управления войсками, получал задачу и исполнял ее, стараясь свести потери к минимуму. Потом, после судьбоносного поражения, он рисковал только своей собственной жизнью, и вот теперь на нем повисла обременяющая совесть ответственность.

«О боже, как я не хочу этого…» – думал он, даже боясь представить, сколько еще раз повторятся подобные мучения совести, если то, что сказал Гентар, действительно правда. От тягостных раздумий его отвлекла Ильза, положившая голову ему на плечо.

– Ты обиделся на меня? – тихо спросила она, поглаживая нежными пальцами его руку.

– Нет, наоборот… – так же тихо ответил Дарк, отрицательно покачав головой, – можешь считать меня глупым, самодовольным мужланом, не признающим равноправия, но мне хотелось бы запереть тебя в гостинице и никуда не отпускать, пока все не закончится.

Ильза отпрянула от него и пристально посмотрела в глаза.

– Если ты мужлан, то я клуша-домоседка, – ни с того ни с сего заявила она, – мне тоже не хочется, чтобы мы рисковали жизнью.

Трогательное объяснение было грубо прервано криком возниц, телеги остановились, и гномы повыскакивали на землю, суетливо откидывая сено с повозок и доставая обмундирование. Сборы продлились не больше минуты: мирные пахари превратились в отряд закованных в тяжелую броню пехотинцев. К ним подошел Румбиро и, стараясь не смотреть в глаза Дарку, на которого еще злился, пояснил, что дальше придется пойти пешком.

До стоянки амазонок оставалось не более двух миль, и, следовательно, передвигаться остаток пути по дороге означало бы непременно привлечь внимание выставленных дозоров. Отряд быстро достиг опушки леса, и Ильза ушла на несколько десятков шагов вперед, играя роль проводника и скаута одновременно. Дело было не только в том, что девушка точно знала местонахождение стоянки, но, и как более привыкшей к лесной жизни, ей было проще обнаружить установленные ловушки и устроенные врагом засады. Примерно с полчаса шли молча, стараясь не бренчать оружием и вслушиваться в каждый звук. Неожиданно в тишине призрачного передвижения раздался громкий, отчетливый хруст – молодой, неопытный гном случайно наступил на сухой сук, за что и получил по звонкой оплеухе от каждого проходящего мимо товарища. Наверное, Дарк был единственным, кто не приложился к его рыжей кучерявой макушке.