Охотник на санги - Елена Жаринова

Корабль качало, и мне с непривычки пришлось широко расставить ноги, чтобы удержать равновесие. Да! Вот об этом ощущении я читал в своих детских книжках! Когда моряк покидает твердую землю и чувствует под ногами живую плоть корабля… Я поднял глаза к светлеющему небу и вдруг почувствовал, как внезапным ушатом воды на меня проливается счастье. Оно ударяло в голову. От него щемило в груди, и катились слезы из глаз. Оно сжигало меня светлым, беспощадным огнем. И в этот костер я без сожаления кидал лохмотья прежней жизни, корявые сучья прошлого, свои неказистые мысли и поступки…

– Ну что, господа? – Голос Гиппиус казался совсем молодым. – Вам – счастливого пути, мне – счастливо оставаться. Когда-нибудь возвращайся, Базиль. – Проходя мимо, она коснулась сухими пальцами моей руки и шепнула: – Все к лучшему, Егор.

Трап скрипнул под ее ногой.

– Елочки зеленые! Зинаида Николаевна! – вдруг опомнился я. – А корабль… Бэзил, ты в курсе, как им управлять?

Кот зажмурил зеленые глаза.

– Грег… А как ты думаешь, зачем я тебя-то взял? Будешь у меня грести до седьмого пота… Да шучу, шучу! Ты что, забыл? Надо читать стихи – тогда корабль придет в движение. Будем читать по очереди.

– А ты много стихов наизусть знаешь? – забеспокоился я. – Я в школе знал, а теперь наверняка позабыл…

– Ничего, господа, – вмешалась Гиппиус, – когда вы исчерпаете свою память, вам придется сочинять самим. Только и всего!

– Только и всего! – пожимая плечами, подтвердил кот.

– Все, отчаливайте, – неожиданно строго сказала Гиппиус. – Уже светает, а уходить надо затемно. Тогда это похоже на побег. Не беспокойтесь, я почитаю вам вслед. Мои стихи приманивают очень хороший попутный ветер…

Черные паруса развернулись и заслонили от нас рассвет. Бушприт корабля, словно стрелка компаса, вытянулся к горизонту. Я встал у руля. Куда править? Впереди было только море. Впрочем, что еще нужно бродягам, в предрассветной мгле покидающим берег? Только хороший попутный ветер…

И вот паруса задрожали и напряглись. Мы медленно скользили прочь от причала. А следом неслись слова:

Я знаю, друг, дорога не длинна

И скоро тело бледное устанет.

Но ведаю: любовь, как смерть, сильна.

Люби меня, когда меня не станет.

Мне чудится таинственный обет…

И, ведаю, он сердца не обманет, —

Забвения тебе в разлуке нет!

Иди за мной, когда меня не станет.