Здесь водятся чудовища - Кристофер Сташеф

— Что поделаешь, — откликнулась Алуэтта. — Должен же кто-нибудь заниматься этим.

— Неужели вы собираетесь туда? — всполошился крестьянин. — Если это так, то умоляю вас, джентльмен и мамзель, не делайте этого!

— Не бойтесь за нас, — сказала, тронутая таким вниманием Алуэтта. — Ведьма, которой удалось истребить тех двух, справится и с третьим.

— Так что, она, стало быть, мчит за нами, эта ведьма? — отшатнулась в ужасе женщина, хватаясь за свою повозку. Эсси с Чоги испуганно оглянулись по сторонам.

— Не бойтесь, — сказала Алуэтта. — Она и сейчас прикрывает ваше отступление.

— Где? — фермер с женой стали испуганно озираться.

Но Эсси и Чоги, видимо, более понятливые, чем их родители, уже уставились на Алуэтту: глаза их были как блюдца, и Эсси показывала на нее дрожащим от страха пальчиком:

— Вот она!

— Даже если так, — подъехал Грегори, хватая Алуэтту за руку, — Эта ведьма едет со мной, так что вам нечего бояться, добрые люди. Я не боюсь огра и вам бояться нечего. — С этими словами он тронул лошадь вперед, не выпуская руки любимой. Алуэтта смущенно улыбнулась напоследок семье, и затем устремила свои мысли тому, что ожидало ее впереди.

Третьего огра они обнаружили, услышав топот гигантских ног по дороге. Грегори успел выкрикнуть:

— Берегись!

Он хлестнул лошадь Алуэтты, которая тут же шарахнулась в сторону, и повернул заодно своего скакуна вправо. Его конь заржал, уловив чуткими ноздрями едкий запах, исходивший от чудовища. Громадная дубина в целый ствол дерева просвистела мимо, задев ногу. Грегори показалось, что хрустнула кость, и он сжал зубы, проглотив крик боли, готовый вырваться у него. В глазах мелькнули красные искры, которые он тут же потушил усилием воли. Огр запнулся и опал, затрепетав и рассыпаясь всей тушей на дороге, превращаясь в бесформенную массу, когда Алуэтта завопила:

— Кайтифф!

Ей понадобилось некоторое время, чтобы объехать на скакуне эту сверзившуюся на них тушу, медленно оседающую, расточаясь в туман.

— Свинья! Змея! Ублюдок ящерицы и коровы! Он ранил моего любимого! Как ты, дорогой? Останься же навек плесенью, чудище! Накладываю на тебя заклятие. Нет, не плесенью ты будешь, а слизью, мерзость болотная!

Гора стала расплываться слизью по дороге. Лошади попятились, брезгливо переставляя копыта. Лужа постепенно испарялась, превращаясь в туман, быстро исчезающую мглу, которую можно увидеть над предрассветным болотом.

— Спокойно, спокойно, дорогая! — воскликнул Грегори, едва не теряя сознание от боли. — Со мной все в порядке!

— Какое там в порядке! Да он тебя изувечил! — Алуэтта бросилась от бывшего огра к нему и осторожно тронула разбитое колено. — Как ты себя чувствуешь? К чему такая безумная отвага — ведь ты знаешь, я могу расправиться с этими существами в считанные минуты. Ты должен был уступить и позволить это сделать мне. Давай я исцелю твою рану.

— С коленом все в порядке, — морщась, отвечал Грегори.

Но она не поверила, продолжая ощупывать, вызывая тем самым мучительную боль.

Грегори только покачал головой, преодолевая слабость в помутившемся сознании.

— Больно?

— Ничуть. Конечно, заехал он по ноге порядочно, наверное ссадина осталась, но не больше того.

— Дай-ка я посмотрю: сдается мне, не все в порядке с твоей ногой, — и она провела рукой по внутренней стороне бедра. Грегори сжал зубы, пытаясь погасить стон.

От нее не укрылась тень, промелькнувшая по его лице — и Алуэтта стала внимательно обследовать пострадавшую конечность, ощупывая ее по спирали. — Больно? А здесь?

Грегори задержал дыхание, помутневшими глазами взирая на происходящее.

Алуэтта укоризненно кивнула и улыбнулась, оставляя наконец его ногу в покое.

— Ну, раз удовольствие ты испытываешь не менее остро, чем боль, значит, повреждений и в самом деле нет. Но я с тобой вовсе не собираюсь заигрывать, так что выбрось все шалости из головы — говорю сразу.

— Да я ничего такого и не подумал, — запротестовал Грегори с видом оскорбленной невинности, — тем более, когда мы направляемся, можно сказать, прямо в пасть чудовищу.

— А что, разве не так? — Алуэтта, хмурясь, посмотрела на расстилавшуюся впереди дорогу. — Ведь это тот же самый туман, из которого появляются огры.

Грегори кивнул.

— Похоже, в самом деле где-то шалят эсперы.

— Шалят?

— Ну да. Шалят воображением. Обычно это впечатлительные существа — они и не такого навоображают;

— Но как может эспер сотворить туман? — хмурясь, спросила Алуэтта — но тут же сама ответила на этот вопрос:

— Ну, конечно же, водные молекулы слипаются с частицами пыли! Это же так просто!

— Так нечестно, ты уже заранее знала ответ.

Глаза Грегори просияли.

— Погоди, это еще не все! — Алуэтта продолжала раздумывать. — Любой, кто хоть что-нибудь понимает в точных науках, мог бы с этим справиться! И потом, туман формируется, когда влажный воздух охлаждается, и молекулы прилипают друг к другу — значит, когда тепло, они должны прилипать к чему-то другому!

— И твой телекинез вполне соответствует задаче.

— Уймись. И кончай пожирать меня глазами!

— Как знаешь, мой друг, — Грегори повернулся спиной к дороге со скрытой усмешкой.

За его спиной Алуэтта позволила себе улыбку: лукавую и довольную. Грегори был одурманен ею почище всякого фантастического тумана. Его ум, дух, тело — всецело принадлежали ей и временами это даже начинало досаждать — до того они были близки и зависимы друг от друга. Когда-нибудь, кто знает, может и они начнут уставать друг от друга, как бывает в супружеской жизни.

Но пока этого не наступило. Алуэтта искоса метнула критический взгляд на любимого и поняла, что с ее обожателем такое наступит еще нескоро. Она еще успеет устать от его восхищения.

Пройдя еще милю по дороге, они встретили сразу несколько семейств, которые шли с целым караваном повозок, беспокойно оглядываясь. Едва завидев скачущих на них всадников, поселяне сочли за лучшее помахать им рукой с криками: «Берегитесь!», «Опасность!»

— В чем дело? — спросил Грегори, натягивая поводья и осаживая скакуна. — Что там впереди? Что-то случилось?

— Стена тумана идет сюда! — воскликнула какая-то женщина, сотрясаясь в истерике.

— И нет сомнения, что тени нападут после захода солнца, — добавил какой-то насмерть перепуганный мужичок.

Алуэтта взирала на это в замешательстве.

— Странно. Ведь огры приходят рано утром.

— Огры? — . — ошарашено посмотрели на нее беженцы. — Что и они тоже пришли на поля?