Лучшая защита - Вячеслав Шалыгин

Штурм-крейсер «Адмирал Макаров» дрейфовал на стационарной орбите, методично обстреливая промышленные кварталы столицы Айрин города Браво. Каждый залп тяжелых орудий корабля вызывал в атмосфере явления, похожие на мешанину из молний, полярного сияния и облачных вихрей. Примерно полчаса после каждого залпа город было невозможно рассмотреть из-за клубов дыма и сконденсированных плазменными зарядами облаков. Правда, наведению орудий это не мешало. В боевом охранении штурм-крейсера стояли восемь малых рейдеров и два десятка перехватчиков, но все они бездельничали. Орбитальные заслоны айринцев - дюжина челноков с лазерным оружием, небольшой отряд истребителей и два устаревших фрегата - ушли на ночную сторону планеты и сели в джунглях малого южного континента. Примерное место их посадки отследили контролирующие темное полушарие штурм-крейсеры «Орегон» и «Прага», но штаб флота пока не отдал приказа бомбить, и «ночная» группировка просто держала карликовые космические силы Айрин под прицелом. Из прочих оборонительных систем на орбите осталось полтора десятка спутников и боевая станция «Аллюр», но орудия на спутниках были разряжены, а станция захвачена десантом с абордажного корабля «Майкоп». Еще двенадцать штурм-крейсеров землян и сопровождение из полутора сотен кораблей меньшего класса заняли позиции над планетой, перекрыв все возможные зоны подлета и старта с ее поверхности. Флот Наций контролировал ближний космос и воздушное пространство Айрин целиком и полностью.

Впрочем, без нескольких мелких инцидентов все-таки не обошлось. Один из кораблей-авиаматок, войдя в стратосферу для сброса истребителей, отклонился от курса и пролетел в опасной близости от зоны орбитальной бомбардировки. Вследствие этого два самолета погибли под огнем своих: радиопомехи во взбудораженной плазменными зарядами атмосфере расстроили системы навигации, и самолеты столкнулись. Другое происшествие случилось в космосе. Какой-то неопознанный гражданский челнок опасно приблизился к малому рейдеру «Скользящий» и взорвался. Судя по силе взрыва и полученным рейдером повреждениям, челнок был под завязку набит взрывчаткой и металлическими болванками. Сразу после этого командующий флотом отдал приказ сбивать любые подозрительные суда и корабли, но больше ни одного камикадзе в окрестностях Айрин не появилось, и приказ остался невыполненным.

Последний, третий, мелкий сбой отлаженной программы захвата произошел на поверхности планеты. Едва с плацдарма, обеспеченного спецназом и десантниками, маршем на Браво отправилась первая танковая колонна, в роте капитана Сведеборга обнаружился ренегат. Как выяснила позже военная полиция, командир одного из танков был уроженцем Айрин, потерявшим во время первой войны всех родственников. Как ему удалось записаться в армию и дослужиться до лейтенанта, еще предстояло разобраться армейской прокуратуре. Предатель застрелил водителя и наводчика, сел за рычаги и благополучно умчался в густые леса предгорий кряжа Сен-Гош. Поиски дезертира заняли почти двенадцать часов. Когда вертолетное звено обнаружило танк, он бесстрашно вступил в неравную схватку и даже сбил одну из винтокрылых машин, прежде чем был уничтожен. Спецназ, обследовавший обгорелый остов танка, не нашел в нем трупа переметнувшегося лейтенанта, но больше искать его не стали. Обстановка требовала сосредоточения всех сил на главном направлении.

В Курьи, втором по величине городе планеты, внезапно завязались серьезные бои. Генерал Свенсен был вынужден разбить силы группировки на два фронта и осадить Курьи. Впрочем, ненадолго. К исходу первых суток операции город полностью перешел под контроль оккупантов, и армия двинулась дальше - на столицу - снова в полном составе, хотя и с приличным разрывом между первой, не участвовавшей в осаде, и второй, уже «понюхавшей плазмы», войсковыми группировками.

Дальнейшее сопротивление айринцев свелось к мелким стычкам с боевым охранением наступающих земных войск и к редким диверсиям в тылу. Складывалось впечатление, что в задачи аборигенов входит не реальное противодействие захватчикам, а лишь его имитация. С одной стороны, это можно было объяснить тем, что айринцы сознают бесперспективность борьбы с превосходящими силами агрессоров, но с другой - это казалось странным. Почему бы не выбросить в таком случае белый флаг и не решить все проблемы сразу? Зачем нужна эта видимость сопротивления?

Как бы то ни было, армия вторжения была уже в двадцати километрах от центра Браво. Танковая рота ославившегося капитана Сведеборга только что отбила у президентских гвардейцев столичный космопорт.

– Снова этот капитан? - выслушав короткий рапорт адъютанта, проронил Свенсен. - Комбат сначала подал на него дисциплинарный рапорт, а теперь дал шанс реабилитироваться?

– Видимо, так, - согласился адъютант. - Хотя формально Сведеборг ни в чем не виноват. Того лейтенанта прохлопала кадровая служба.

– Пометьте в очередном приказе - взыскание с капитана снять. Что еще?

– Небольшая неприятность. Во время штурма космодрома погиб журналист инфоканала «Сегодня» Майк Карлайл.

– Гибель человека - это большая, огромная неприятность, - назидательно сказал генерал. - Как это произошло?

– Нашей вины в этом нет. Все остальные журналисты целы и невредимы, поскольку соблюдали инструкцию и не высовывались из бронемашин, а этот Карлайл пробрался в оперативный тыл наступающего батальона и запрыгнул на броню. Его сбросило взрывом на горящий остов вражеского танка. Перелом позвоночника и множественные ожоги. До госпиталя он не дотянул.