Война без победителя - Руслан Мельников

Блеф? Нет? Глядя в глаза собеседника, Дмитрий все же склонялся к мысли о том, что Метис действительно легко поймает его на явной лжи.

– Ну а теперь рассказывай, Митек. Теперь у нас есть время.

Взгляд Метиса припер его к закрытой тамбурной двери с запотевшим мутным окном. В замкнутом пространстве грязного тамбура Дмитрий почувствовал себя как в клетке. Да еще этот отвратительный запах бомжатины…

– О чем рассказывать-то? – он с тоской посмотрел в окно. За окном были лес и свобода. Ему вдруг жутко захотелось туда.

– Обо всем.

Что ж, следовало признать: Метис выбрал для разговора идеальное, ну, или почти идеальное время и место. Громко стучали колеса. В тамбуре никого, кроме них, не было, и никто не мог помешать беседе. Лещ и Кош, занявшие позиции в соседних тамбурах (Дмитрий почему-то был уверен, что они тоже не стали входить в вагоны), предупредят о любой опасности, так что Метис мог не отвлекаться.

Видимо, Дмитрий молчал слишком долго. Метис поторопил:

– Почему за тобой гнались мертвяки?

Делать вид, что он не понимает, о чем речь, было бы глупо.

– Потому что хотели поймать.

И кто скажет, что это не так?

– Кто ты, Митек? – прозвучал следующий вопрос Метиса.

Феникс… Ответь он так – и дальнейших расспросов, наверное, можно было бы избежать.

Дмитрий ответил иначе.

– Охотник, – осторожно произнес он, прислушиваясь к себе и наблюдая за реакцией собеседника. Он ведь и в самом деле был Охотником на мертвяков. И формально все еще оставался им. Поэтому сейчас он не врал.

– Вольный? – прищурился Метис, всматриваясь в него.

Странный вопрос. Если бы Метис спросил: «Дикий?», Дмитрий подумал бы, что его раскусили и теперь просто издеваются. А так…

– Подневольный, – отозвался он. – Бывший подневольный Охотник на мертвяков.

Памятуя о «правдорубе», Дмитрий остерегался лгать. Он просто не договаривал всей правды.

Метис удовлетворенно кивнул, принимая ответ. Этот тип, похоже, многое знал не только о мертвяках, но и о тех, кто на них охотится. Осведомленные нынче пошли бомжи, ничего не скажешь…

– Какое Братство? – спросил Метис.

Дмитрий засомневался. Стоит ли отвечать честно? А если возможности врать попросту нет? Собеседник опередил его: он вновь продемонстрировал дьявольскую осведомленность:

– «Скорпионы»? Ты служил им?

Показалось или на слове «служил» Метис скривил губы в презрительной гримасе?

– Почему… – Дмитрий сглотнул застрявший в горле ком. – Почему ты так решил?

– Потому что там, откуда ты сбежал, есть «скорпионье» гнездо, – хмыкнул Метис. – Мы за ним наблюдаем.

– Кто «мы»? – Дмитрий попытался перехватить инициативу и перейти в наступление.

Не вышло. Для взаимной откровенности было еще рано. Пока игра шла в одни ворота.

* * *

– Так ты работал на «скорпов»? – проигнорировав его вопрос, Метис снова задал свой.

– Да, – признался Дмитрий. – На Бронского. Это их Магистр.

Что-то подсказывало ему, что он не открыл большой тайны собеседнику, но откровенность была оценена. Метис снова одобрительно кивнул.

– За тобой гнались «скорпы» или те, кто на них напал?

Невероятно!

– Те, кто напал, – машинально ответил Дмитрий. – Но вы-то об этом откуда знаете?

– Когда кого-то скрытно окружают, тот, кто попал в окружение, возни не заметит, – глубокомысленно изрек Метис. – Но это не значит, что сжимающееся кольцо не увидят другие. Я же сказал: мы следим за «скорпионьим» гнездом. К тому же столько боевой магии в одном месте используется нечасто. Может, скажешь, что стало причиной заварушки?

«Я стал причиной», – с тоской подумал Дмитрий. А вслух переспросил:

– ЧТО?

– Да, я спрашиваю, что?

Наверное, если бы Метис спросил: «Кто стал причиной?», выкрутиться было бы сложнее. Чтобы добиться правды, вопросы тоже надо уметь задавать. Правильные вопросы. А так… Вопрос звучал некорректно и оставлял поле для маневра. Даже при допросе под «правдорубом».

– ЧТО-ТО не поделили, – ответил Дмитрий, не объясняя, что именно. Вернее, кого… – У мертвяков часто случаются разногласия.

– Ну, предположим. – Метис, похоже, и не ждал, что Охотник будет посвящен в секреты Мертвого Братства. – Тогда объясни, почему ты сбежал? Почему не дрался за «скорпов» и почему не спасался вместе с ними?

– Да потому что я только сегодня узнал, что служу Братству Скорпиона и что, убивая одних мертвяков, всего лишь выполняю волю другого мертвяцкого Ордена.

Самое интересное, что он опять ни капельки не соврал.

– Узнал и?.. – Метис, склонив голову, с любопытством смотрел на него.

– Мне это не понравилось.

Тоже, кстати, правда чистой воды.

– И? – не отставал Метис.

– И я высказал все, что думаю по этому поводу.

– Дальше? – потребовал собеседник.

– Когда «скорпионы» поняли, что добровольно я на них работать не буду, они решили… решили использовать меня… в своих целях… против моей воли.

И эти тщательно подобранные слова не были ложью.

– Ритуал? – Метис истолковал услышанное на свой лад. – Мертвяки хотели провести над тобой Ритуал?

– Да, – Дмитрий кивнул. Он не стал уточнять, что речь идет вовсе не о Ритуале жертвоприношения, который, вне всякого сомнения, имел в виду лесной бомж. Чтобы подчинить своей воле строптивого Феникса, у Мертвого Братства наверняка тоже есть какие-то особые ритуалы.

– Тебе удалось ускользнуть во время стычки? – предположил Метис.

Правильно, в общем, предположил.

– Почти удалось. За мной прицепился хвост. Ну а потом появились вы.

– Счастливое стечение обстоятельств? – Метис сплюнул на и без того заплеванный пол.

– Счастливое, – не задумываясь, подтвердил Дмитрий.

Разве могут у кого-то возникнуть возражения на этот счет?

Дмитрий легко выдержал еще один испытующий взгляд Метиса.

* * *

Электричка остановилась. Открылись двери. Не те, к которым был прижат Дмитрий, другие. Интересно, случайно так вышло? Или Метис специально втиснул его в ту часть тамбура, под которой не будет посадочных платформ?

В тамбур поднялась какая-то мамаша с худеньким мальчиком лет семи. Женщина бросила тревожный взгляд на бомжеватого Метиса. Покосилась на Дмитрия, стоявшего рядом. Но тут же отвела глаза. Укрыла ребенка рукой, словно защищая, быстренько втолкнула пацана в вагон и скользнула туда же сама, не забыв при этом поплотнее задвинуть вагонную дверь.