Княжич Соколов. Том 1 - Роман Саваровский

Здесь же враг не имел четкого лица и им мог оказаться кто угодно. Одно неосторожное действие и ночью можно не проснуться. Когда замешаны такие деньги, доверять нельзя никому, в том числе собственным подданным и соседним князьям.

Особенно собственным подданным и соседним князьям.

И бездействовать тоже было нельзя, ведь с другой стороны ждала плаха за измену.

В тот год вся российская аристократия знала, что назначение князем Омским это смертный приговор всему роду и выдохнули, когда проклятый титул неожиданно получил капитан разведки, облажавшийся в неудачно для империи завершившимся Персидском конфликте.

Молодой выскочка, судьба которого казалась предрешенной.

Разворошить осиное гнездо и сгинуть вместе со всем своим родом. Наглядно показать молодому императору, что наивная идея очистить от синдикатов далекий от столицы степной регион невыполнима и заставить правителя пересмотреть свою сибирскую политику.

И вот прошло восемь лет. Омское княжество крепко стоит на ногах, его глава князь Сергей Леонтьевич Соколов живее всех живых и казавшиеся непобедимым злом синдикаты и их пособники предпочли найти иные пути для своих товаров.

— Доброго дня, молодой господин, Анна Руслановна, — поприветствовал нас вытянутый седоватый мужичок в смокинге, когда мы добрались до конца коридора.

— Прохор Семенович, — вежливо кивнул я, остановившись перед личным телохранителем князя Соколова.

Несмотря на то, что пятидесятилетний Прохор внешне больше походил на безобидного дворецкого, по силе он не сильно уступал Березникову, будучи единственным в княжестве одаренным седьмой ступени.

Зверева же и взглядом не повела в сторону дворецкого, которого недолюбливала.

Сверившись с часами на цепочке, Прохор Семенович повел рукой и в двух метрах позади нас опустилась массивная перегородка. Едва ощутимые вибрации воздуха оповестили о заработавшей глушилке, блокирующей все сигналы вокруг.

Даже мое «Око сокола» было не способно пробиться через этот защитный кокон. По крайней мере, не в нынешнем его состоянии.

Убедившись, что глушилка заработала, Прохор снял перчатку и приложил свою широкую ладонь к стене, после чего матово-черная дверь за его спиной открылась.

— Прошу, проходите. Князь Сергей Леонтьевич Соколов ожидает вас, — учтиво проговорил Прохор и любезно указал внутрь рукой в полупоклоне.

Вот сейчас старик и правда был совершенно неотличим от типичного дворецкого. Ему это даже шло.

Зверева нетерпеливо нырнула в проход первой и, покачивая бедрами, направилась прямо к отцу, явно намереваясь выступить с докладом раньше меня.

— И почему мой телохранитель она, а не вы, никаких манер, — покачав головой, посетовал я, но соблазнительную походку тигрицы оценил.

— Таково распоряжение господина, — спокойно ответил вечно беспристрастный Прохор, а в сторону Зверевой даже не взглянул.

Похвальная выдержка. Во всем княжестве не сыщется мужчины, способного устоять перед идеальным телом этой бестии. Интересно, меняется ли меланхоличное выражение лица Прохора, когда старик сражается?

Боевую версию дворецкого в Омском княжестве так никто и не видел.

Включая меня.

Одарив Прохора благодарной улыбкой, я шагнул вслед за Зверевой и оказался в просторном кабинете, лишь минимально украшенным в современном стиле из стекла, серебра и металла.

Окна отсутствовали и здесь. Их заменяли ростовые световые панели.

Высокие потолки, обилие пространства и точечные акценты на белый цвет создавали уютную атмосферу в кабинете, у дальней стены которого притаился массивный княжеский стол.

Занимая собой две трети ширины комнаты, он сразу приковывал внимание к себе и широкому креслу позади, отдаленно напоминающему трон.

С головой уткнувшись в кипу потрепанных бумаг, во главе стола сидел темноволосый мужчина с аккуратной бородой. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, а галстук небрежно валялся в стороне.

Такую слабость отец позволял себе только когда не спал больше суток и, судя по тому, что князь Соколов даже с нашим появлением не поднял головы, в ближайшее время он отдыхать и не планирует.

— С возвращением в княжество, Сергей Леонтьевич, — нарушил тишину уверенный громкий голос Зверевой.

Остановившись перед самым столом, девушка уперла в него коленку, обманчиво покорно сложила руки в замок за идеально выпрямленной спиной и, без тени стеснения, устремила взгляд прямо на князя.

Вошла первая и впереди наследного княжича. Заговорила раньше, чем разрешил князь, и это на аудиенции в его же кабинете. При этом вызывающе использовала повышенный голос и ворвалась на самую грань личного пространства.

Еще и встала так, чтобы идеально перекрыть меня своим телом, нагло перехватывая главенство над ситуацией, в которой любой обычный человек ее сословия и в самых смелых мечтах не смог бы позволить себе ничего подобного.

Но Зверева никогда не была обычной.

— Благодарю, — отвлекся князь от бумаг и посмотрел на Анну, которую буквально потряхивало от нетерпения.

В глубоких голубых глазах отца едва заметно мерцал зрачок, а значит его «Сокол» активен, и князь безо всяких отчетов прекрасно знает, что произошло сегодня.

— Рад, что дома все стабильно, — как всегда проигнорировал бесцеремонное поведение Зверевой князь Соколов, поднялся на ноги и, поймав мой взгляд, приветственно кивнул.

От его чутких глаз наверняка не ушел тот факт, что мое «Око сокола» тоже работает.

Девушка несогласно фыркнула на намеки отца, но вслух возражать не стала.

Выждав еще пару секунд и убедившись, что своеобразная фаза приветствий закончилась, князь Соколов сел обратно на трон.

Отец отодвинул стопку бумаг в сторону и, оперев локти на стол, полностью переключил все свое внимание на нас и от его изменившегося внешнего вида холодок пробежал по спине.

За какие-то мгновения доброжелательный отеческий взгляд стал мертвецки серьезным, а воздух в кабинете разом потяжелел.

Многие подданые нашего княжества считали Сергея Леонтьевича Соколова добряком с располагающей улыбкой и забавной сединой на висках. Надо признать, последнее время на людях и со своими поддаными отец так себя и вел.

Однако, когда речь заходила об угрозе безопасности княжества или семьи, то в князе Соколове пробуждался совершенно другой человек.

Бескомпромиссный и безжалостный хищник, готовый разорвать любого ради достижения цели. Таким отец был во времена учебы и полевой службы в разведке. Таким же оставался в самые непростые первые шесть лет княжения в Омске.

Но постепенно княжеские обязанности отдалили Сергея Соколова от привычной полевой работы и надобности в его кровожадной стороне становилось все меньше и меньше.