Мама для трех лисят - Светлана Рыжехвост

Я не решилась испытывать судьбу и не стала возвращаться на кухню. Лисята и без меня со снедью справятся. Тем более, что крохотные искорки продолжали кружится вокруг меня. И если раньше меня это только забавляло, то теперь… Теперь я не полностью владею своим пламенем и отучилась радоваться проявлению силы.

Вдох-выдох, дыхание на счет. Шаг ровный, плавный. Покой. Магия, идущая зыбью, затихает.

Этому меня когда-то учила Ликорис. Правда, совсем по другому поводу.

Искорки замедлились, начали затухать, а после, ярко вспыхнув, бросились ко мне и к… Поводку?!

На кратчайшее мгновение пламя впилось в нечто, идущее от моей шеи куда-то в сторону!

Это длилось всего ничего, но зато я получила подтверждение тому, что узнала из статьи. Чем сильнее укорачивают поводок, тем проще его выявить — плотность магии начинает зашкаливать.

«Правда, разорвать его будет трудней», промелькнуло у меня в голове.

Но, с другой стороны, раньше я и не видела, что рвать. А в магии, увы, все невидимое или неощущаемое — неуничтожимо. Ты не можешь спалить то, не знаю что, там, не знаю где. Очень раздражающе, да.

Поднимаясь в кабинет, я издалека услышала шорох.

Ш-шурх! Ш-ш-шурх! Бам!

Что за?

Медленно приоткрыв дверь, я увидела Кнопу. Выставив пушистый зад и распушив хвост, она атаковала бумажные комочки. А комочки, будь они неладны, разлетались от сосредоточенного лисенка в разные стороны. Из-за чего ее крепкий лоб то и дело встречался с мебелью.

Что ничуть не охлаждало ее охотничий пыл.

— Тебе нельзя радоваться жизни, — проворчала я, присаживаясь на пол и подхватывая скомканную бумагу.

— Фр-ря?

— Угу, — я подбросила бумажку и Кнопа, воинственно потявкивая, бросилась ее ловить.

Посмеиваясь, я напитывала бумажные комки силой и заставляла их убегать от восторженной лисички. И только минут через пятнадцать я вспомнила, что, вообще-то, ребенку надо поесть. А я, на минуточку, смертельно-опасная Пылающая, чья сила пошла в разнос.

— Надо идти на кухню, милая. Там свежие булочки, — проворчала я, думая, как бы так хитро поймать лисичку и отнести к братьям.

— Фыр-ря? — она совсем по-человечьи вздохнула и, пройдя мимо меня, выскользнула в коридор.

Она меня поняла! Ох, это хорошо или плохо?

Так ничего и не придумав, я села за стол и взялась за последнюю часть статьи. И она, на удивление, пошла очень легко.

«А с другой стороны, я за эти пару дней перелопатила столько информации, сколько в академии за год не проходила», мысленно проворчала я.

И, если убрать термины и прочую шелуху, то получалось, что мне необходимо найти «якорь». И оный «якорь» может быть только в доме. Раньше я думала, что герцог управляет поводком из замка. Но сейчас… Сейчас все приобрело совершенно иной вид.

Ссыпавшись по лестнице, я фурией влетела в кухню:

— Что, старик, пытался втереться мне в доверие, а сам поводок укорачивал?

Он отвел взгляд.

— Где «якорь»?! — вспылила я.

Он начал было улетучиваться с картины, но я уже давно придумала, как остановить мерзавца. Если потребуется, разумеется.

Одна искра и рука старика чуть оплавлена:

— Ты забываешь, что я все-таки Пылающая, старик.

— Ты не понимаешь…

— Не надо мне рассказывать про благо рода, — усмехнулась я. — Не надо. Сыта по горло этими рассказами.

Маго-лента, подчиняясь мне, заклеила старику глаза и рот. И только после этого я обратила внимание, что дети все еще на кухне.

— При старом мерзавце — ни слова, — сурово произнесла я. — Надеюсь, мне удалось его задержать, но… Вряд ли надолго. Такие портреты залечивают сами себя. И даже восстанавливают из пепла.

— Ясно, — кивнули мальчишки и даже Кнопа утвердительно что-то профырчала.

— Все, не буду мешать, — улыбнулась я, и, прихватив со стола булочку, вышла.

В кабинете, обложившись старыми выпусками журналов, я вновь перечитывала статью Ликорис. После всех этих мук, после гор перелопаченной информации, после всего этого — я видела. Видела красоту и стройность задумки. И ясно осознавала — наставница знает, что я жива. И знает, какими путами я скована.

Могла ли я задаться эгоистичным вопросом, отчего она сама не пришла ко мне? Отчего не пришел ее супруг?