Я и мои истинные - Яна Арская

— А мне, значит, выделяться не нужно?

И когда Фауст успел стать таким колючим и большим? Шире меня в плечах. А я ведь еще помнила тот крохотный трогательный комочек, умещавшийся на коленях. Кориандр считал, что это из-за хорошего питания и отсутствия стресса, но я сомневалась — за один цикл от малютки до подростка? Видимо, особенность росомах.

— Смотря ради чего? Ты ведь и так особенный, — постаралась поймать его взгляд. Фауст оскалил немаленькие клыки, с горечью отозвался:

— Ага. Жалкий дельта. Неудачник, которого записали в абканат! Боишься, что я насмерть расшибусь, да, ма? Такой позор для семьи, где сплошные альфы!

— Быть дельтой — нормально. Мой вид вообще не умеет превращаться в зверей, но это не делает нас хуже. И ты не хуже братьев, — невольно повысила тон.

А мальчишка будто того и ждал, чтобы вспыхнуть.

— Чудесно. Может, подкрепишь свои слова действиями? Хоть раз? Я хочу участвовать в состязаниях!

— Это опасно.

— Плевать!

— А мне нет! Какая муха тебя укусила? Зачем бесцельно рисковать своей жизнью?

— Но тебе-то можно, хотя ты — самка!

Ничего себе заявление… Я несколько потерялась, не зная, что на это ответить.

— К чему крики? Что происходит? — Кориандр спустился вниз, неся на руках Лилию. Их сопровождали тявкающие и ластящиеся к ногам белые волчата. Фауст завистливо посмотрел на младших братьев в звериной форме.

— Ничего. Можете обо мне забыть… вам не привыкать, — отрывисто сказал он, пробегая мимо отца. Наверху вызывающе-злобно хлопнула дверь.

— Он хочет скакать по крутящимся бревнам и висеть на указательных пальцах над пропастью вместе с остальными одиночками столицы, — нервно вздохнула я, потирая виски кончиками пальцев. — А я отказала.

Взяла у супруга улыбающуюся дочь. Большая часть скорпионов и тройняшки заворожено следили за тем, как красавица-Лили старательно грызет кусочки зайчатины своими крохотными зубками. Интересно, благоговение к женскому роду у них в подкорке прописано или это все же перенятое поведение?

— Хоть это и не похоже на обычные битвы за титул сильнейшего альраута, но там ведь тоже получают ранения, да? — поинтересовался лекарь обеспокоенно.

— Еще какие! — подхватил Шиан, падая на диван так, чтобы оказаться головой на моих коленях. — Один баран настолько удачно упал с брусьев, что потом еще долго ноги воединосвести не мог. Не то что папуля, он-то всегда падает на все четыре лапы. Да, папуля лучший! — просюсюкал тигр, щекоча дочку пальцем.

— Я с ним поговорю, любимая. Не дело так разговаривать с матерью. И, кстати о травмах… — Кориандр внимательно посмотрел на меня. — Я тут подумал, что давно не практиковал полученные в абканате навыки. За исключением, конечно, семейных мелочей.

— Хочешь выйти на работу? — с первого раза угадала я.

— А можно?

— Не спрашивай. Ты — первый супруг. За тобой последнее слово во многих вопросах, тем более, если это касается твоей самореализации.

Я уж молчу о том, сколько он сидел с детьми, пока мы торчали на севере…

— Хорошо, — лекарь с облегчением улыбнулся и погладил по голове пробегавшего мимо Сурри. — Я рад, что ты не против. Я скучал по работе. А ты когда уходишь?

— Как только Луис освободится.

— Шиан, пойдешь с ней? Мне будет спокойнее, зная, что советник Кассий не позволит себе лишнего.

— Да без проблем, — отозвался тигр. — Интересно, что старому лису от вас нужно? Почему он внезапно пригласил вас на ужин?

Хотела бы и я это знать…