Возвращение к истоку - Сергей Зайцев

Да, Сомаха. Отчасти из-за него Кассид и пошел на этот контракт. Никакой особой выгоды он ему не нес, обычная рутина — минимум хлопот, но и минимум прибыли. Что-то вроде небольшого отдыха перед какой-нибудь действительно увлекательной сделкой. В прошлом с общиной Пустоши он вел весьма доходные дела, но это было давно, а сейчас с этой планеты хорошую прибыль содрать невозможно, поэтому и делать на ней нечего.

Кассид шумно вздохнул, прогоняя непрошеные мысли. Прошло и забыто. Свет клином не сошелся на упущенной прибыли. Родственнички из многочисленной торговой семьи «Хэнки и сыновья», к которой Кассид имел сомнительную честь принадлежать, все время старались перебежать ему дорогу, и многие из них успели выслужиться до директоров крупных компаний-филиалов с сотнями кораблей и десятками тысяч персонала. Но, несмотря на махровую конкуренцию с их стороны и разнообразные заподлянки, которые они ему регулярно подкидывали, он все равно процветает. Благодаря Сомахе. Черные губы на синем лице Кассида растянулись в широкой ухмылке, обнажая крепкие ярко-желтые зубы. Не в его характере стремиться к власти и чрезмерной ответственности. Вполне хватает заботы о своих людях. Зато эта забота не была абстрактной, как у больших руководителей крупных коллективов. Ну а на жизнь ему хватало, деловой хватки, как и у любого кассионийца, у него не отнимешь. Поэтому лично его вполне устраивал один-единственный корабль с персоналом из трех человек. Зато его корабль-внешник стоит десятка обычных кораблей иных торгашей как по грузовой вместимости, так по ходовым качествам и вооружению. Последнюю переоснастку он делал как раз два года назад, после событий в системе Рапира, где нечистоплотный клиент пытался взять «Забулдыгу» на абордаж и забрать на халяву весь его товар — груз боевых роботов, доставленных по контракту для «Правопорядка», коммерческой организации, защищавшей планету Двойное Донце. С халявой не вышло тогда, и тем более не выйдет теперь, после перевооружения…

Тьфу ты. Опять отвлекся. Итак, Сомаха. И контракт. Взаимосвязаны они очень просто: планета, болтавшаяся под «Забулдыгой», была та самая. Именно с нее Сомаху выперли несколько лет назад. И он упорно не хотел сюда возвращаться, чтобы хоть как-то изменить прошлое, сгладить его последствия. Непримиримость, однако. Последнее время душевное состояние Сомахи Кассиду ох как не нравилось. Парень здорово изменился по характеру. Циничен. Презрителен. Для него больше нет авторитетов. И куда только подевался тот наивный и добродушный мальчишка, который когда-то ступил на борт «Забулдыги» впервые? Да и изменение внешности, сдается, тоже сыграло роль. Не исключено, что в биокосметических лабораториях с ним перестарались, затронув какие-то глубинные структуры сознания. Теперь он — бикаэлец-полукровка, со всеми вытекающими. Идея принадлежала Зайде. Ох, не нравилось это Кассиду, очень, рэ-эррр, не нравилось. Парень словно вжился в чужой образ, надел несвойственную ему маску. Кассид не знал, в чем, собственно, корень всех зол, но полагал, что без родовых корней любому будет тяжко, он, например, не представлял себя без своей Кассионии и регулярно посещал планету два-три раза в год. Но не бывать на родине семь лет! Это уже ни в какие рамки не укладывается.

Вот только ради этого и стоило взять малоприбыльный заказ.

Может, посещение родины хоть как-то встряхнет парня. Вернет его характер к первоначальному, хотя бы отчасти. Не хотелось бы терять столь ценного спеца в психушке. Реабилитационная коррекция сознания не всегда дает стопроцентную гарантию…

Воспользовавшись тем, что шеф ушел в мысли глубоко и надолго, несуразный стюард все-таки прорвался к плите. И уже лез поварешкой под крышку широкой плоской кастрюли, нарушив тем самым температурный режим приготовления влопа, когда Кассид двумя пальцами схватил экзотика за шею и вздернул в воздух. Тот жалобно пискнул, беспомощно дернув четырьмя конечностями, бусинки-сенсоры на плоской голове отчаянно замигали.

— Клянусь Кошельком Денежного Бога, железная морда, я тебе башку оторву, если сунешься еще раз! — прорычал кассиониец.

Затем грузно протопал к двери и выставил стюарда вон. Его можно и отключить, но… Но Кассиду такие меры не по душе. Единожды включенное, любое механическое создание на его борту имело право на непрерывное существование. Он сам установил такие правила в незапамятные времена. И сам теперь страдал. Поймав себя на этой мысли, Кассид саркастически улыбнулся. Как это показательно — пострадать от собственных причуд…

— Шеф, вынужден побеспокоить, — монотонно заговорил бортовой ИскИн «Альт» через громкоговорители отсека. На время священнодействия на камбузе Кассид намеренно отключил лоцман и максимально полно отрешился от информационной компьютерной суеты внутри своего разума. Но оставил лазейку на случай непредвиденных обстоятельств для ИскИна — в виде исправно работающей внешней связи.

— Чего тебе, рэ-эррр? Покороче.

— Сканеры.

— Не настолько же буквально, Альт! Несколько слов у тебя все же есть.

— Сканеры засекли сильное гравитационное возмущение, расстояние — семь тысяч километров.

По космическим меркам — руку протянуть.

— Ага. И кто пожаловал?

— Неизвестно.

— Ну так проведи идентификацию, все тебя учить, как нужно работать…

— Невозможно.

— Подробнее, Альт, рэ-эррр! Будешь так цедить ответы, проломлю твою электронную башку! Если ты наивно полагаешь, что мне неизвестно ее местоположение на корабле, то ты крупно ошибаешься…

— Не могу засечь объект для идентификации.

— Это что же получается, возмущение массы есть, а объекта нет? Альт, морда ты искусственная, а приборы, вообще, в порядке?

— В норме.

— Проведи дополнительную диагностику систем, я все же не уверен.

— Приборы в норме, — бесстрастно повторил ИскИн.

Несколько озадаченный происходящим, Кассид, не замечая, что делает, вытер коготь, которым цеплял мясо в посудине, о штанину. На девственно-чистой поверхности новенького комбеза, совсем недавно изготовленного по его личного заказу, тут же образовалась жирная безобразная клякса.

Стер-рвовы дела.

Он обесточил термоплитку и бережно переставил посудину с влопом на пластиковую подставку. Блюдо дошло, лишняя температура уже ни к чему…

По мысленной команде лоцман запустился мгновенно — на расстоянии вытянутой руки в воздухе перед глазами развернулась панель виртуалки — виртуальный монитор для общения с операционной системой. Со стороны, конечно, никаких панелей не видно, все это виртуальное пространство, развернувшееся сейчас перед его лицом, — исключительно личное, визуальное отображение поставляется операционкой в зрительные нервы носителя лоцмана. Шустро высыпали контактные окошки программ автозапуска — таймер, планировщик заданий, связь и другая необходимая в быту мелочь. Ага, вот и данные от Альта. Что-то ИскИн тормозит — окошко оставалось черным.

— Альт, давай уже, заливай данные. Не отвлекай меня дольше, чем необходимо.