Государственная Девственница - Надежда Первухина

Экзотика южных краев - это на любителя!

Робинзон Крузо

Из рукописи С. Водоглазова «Русский в джунглях»:

«- А чего тебе еще надо, белокожий господин?- надменно осведомился у меня Тонтон Макут.

Тонтон Макут - маргинальный тип. Надменный до треска в шейных позвонках, хитрый, как целый турецкий базар, и непредсказуемый, как курс гривны. К тому же Тонтон является главным колдуном племени, а это, поверьте, сильно напрягает, когда с ним общаешься в режиме реального созерцания его коричневой физиономии в миллиметре от твоего собственного лица. От него все время пахнет, как от комбината по утилизации товаров бытовой химии. Но попробуй этим возмутиться! Ему, Тонтону, тебя в жабу превратить и потом на этой жабе сделать свою фирменную настойку - просто как два пальца об лиану разбить. И кстати, Тонтон Макут - единственный в племени, кто относится ко мне без должного почтения. Вообще без почтения! А ведь я как-никак исполняющий обязанности здешнего царя!

Однако предвижу ваш недоуменный вопрос!

Кто я такой и как меня угораздило здесь оказаться?

Ну, я из этого секретов не делаю. Хотя мои записки я пишу вовсе не для того, чтоб потом какой-нибудь предприимчивый парнишка с синдромом хронического менеджера на основании моих скромных трудов наваял учебничек типа «Как добиться успеха, когда кругом сплошные дикари». Во-первых, вибути - не дикари, а во-вторых…

Но все по порядку. Как говорит жрец Окойи, «сначала сплети сеть, а потом хвались уловом».

Зовут меня Степан Водоглазов. По национальности москвич. По характеру… тоже москвич. Возраст и внешность особой актуальности не имеют, потому как я не брачное объявление стряпаю, а суровую повесть собственной экзотической жизни. До того, как оказаться в государстве-племени Вибути, я вел смиренное столичное существование, подвизаясь на разных поприщах. Одним из последних поприщ было создание новых версий переводов к знаменитым голливудским киношедеврам. Несолидная работенка, но зато и без лишней нервотрепки. Но когда заварилась вся эта вермишель с Викентием…

Предвижу и то, что вам имя Викентий Вересаев незнакомо. Как, знакомо? А, это совсем не тот Викентий Вересаев. Тот, про которого думаете вы,- классик русской литературы с креном в критический реализм. А тот, про кого говорю я, к литературе не имеет ни малейшего отношения. Он мой друг и дипломированный маг. Точнее, это я придумал, чтобы Кешаня стал дипломированным магом, потому как жить на зарплату врача районной поликлиники - себя не уважать и друга раздражать. Открыл Кешаня магический салон, стал будущее предсказывать, венцы безбрачия снимать, порчу ликвидировать, кармы чистить, купоны стричь… И, надо сказать, у него неплохо получалось. До того момента, как к нему явилась та брутальная деваха Надежда Абрикосова.

Искусством пудрить мужикам мозги Надежда Абрикосова владела в совершенстве, и Викентий пал первой жертвой ее высококлассной стервозности. Я, можно сказать, тоже пал. Потому и в Африке оказался…

Так вот. У Надежды была коварная программа-минимум: при помощи моего деликатного друга расправиться с Царем Непопираемой земли Алулу Оа Вамбонга и самолично в этой земле прописаться со всеми удобствами. Но я ли не герой! Я ли не борец со злом во всех его самых симпатичных проявлениях! Я встал на черном пути Надежды Абрикосовой, как Тула на пути танков Гудериана! Викентий тоже, конечно, приложил руку к освобождению мира от вселенского зла, сосредоточенного в коварной Наденьке, но мне, без ложной скромности скажу, выпала более ответственная роль. Я спасал Его Царское Величество Алулу Оа Вамбонга, дабы не свершились коварные замыслы подлой мадам Абрикосовой,- спасал за счет собственной молодости и здоровья! Но Алулу - благородный Царь, с хорошо развитым чувством благодарности. Потому мне, как своему персональному спасителю, Алулу предложил заманчивое путешествие на его родину. И из технократической Москвы я перебрался на жительство в самые глухие африканские джунгли. Можно сказать, на пальму влез и завис в приятном обществе фиников, бананов и прочих сладких калорийных удовольствий…

Хотя вообще-то я сильно сомневаюсь в том, что упомянутые мной джунгли - именно африканские. Вопрос вам на сообразительность, дорогие знатоки: водятся ли в Африке огнеперые фениксы? Огнеперый феникс - это такая, с позволения сказать, птица, у которой вместо перьев… Правильно, огонь. Вблизи такая пташка напоминает шаровую молнию, которой сделали химическую завивку. Я, когда в первый раз феникса увидел, думал - скончаюсь от разрыва сердца, а потом ничего - пообвыкся. Тем более что огонь фениксов никого не обжигает… Да, так вот! Повторяю вопрос: водятся ли в Африке фениксы? Нормальный ответ: фениксов вообще не бывает. Правильный ответ: бывает, и еще как! Но только не в Африке!

Потом в здешних местах еще имеются глубоководные бегемоты… Тоже, доложу вам, преоригинальные монстры! Живут на дне самых глубоких озер, выходят на охоту только по ночам, добычу убивают, посылая мощные электрические разряды! Каково?

А сухопутный крокодил-плакальщик?! Это такая нудная скотина: привяжется к тебе, будет путаться под ногами, жаловаться на жизнь и рыдать, хлюпая вечно мокрым носом. Единственный способ успокоить крокодила-плакальщика и заодно отвязаться от него - подарить ему корзинку или хотя бы пакет полиэтиленовый. Тогда крокодил сразу принимается набивать эту тару всякой лабудой, которую подберет с земли… Зачем ему это - совершенно неясно, хотя я подозреваю, что повинен в том обычный безусловный рефлекс. Или динамический стереотип. Когда наши русские бобры строят хатки - это ведь стереотип? Ну а здешний крокодил предпочитает таскаться с корзинкой. Но ведь на всех крокодилов корзинок не напасешься! Да и выслушивать крокодильи бессвязные жалобы - на это даже у Николая Николаича Дроздова терпения не хватило бы!