Эльфийский лорд - Андрэ Нортон

Лорд Вендрелин покачал головой. На лице его было написано отвращение.

— Предки! Нам либо придется выслеживать их по одному…

— И тогда это затянется до бесконечности, даже по нашим меркам, — негромко вступила в разговор Триана.

— ..или выгрести из наших поместий всех надсмотрщиков. Ни то, ни другое практически не осуществимо, — кивнув, закончил мысль Киндрет.

Триана, видя, что никто не спешит ее одернуть, вставила очередное замечание:

— Но разве они не наказывают сейчас себя сами?

Эта реплика тут же привлекла внимание великих лордов.

— Какая любопытная мысль, моя леди! — произнес лорд Арентьеллан. В глазах у него светился живой ум. — Не могли бы вы развить ее?

— У них осталось в лучшем случае по рабу на каждого.

Ну пусть по два. Они не посмеют собираться вместе — разве что по двое-трое. У них нет пристойных жилищ — пристойных в нашем понимании, конечно; думаю, у них даже охотничьих домиков не найдется. Они, видимо, вынуждены сейчас жить в пещерах или каких-нибудь примитивных хижинах. Чтобы добыть пищу, им приходится воровать, охотиться, собирать плоды — самостоятельно или при помощи тех одного-двух рабов, что у них остались. — Триана рассмеялась. Смех получился грудным и чуть хрипловатым. — Вы только представьте себе, как они в этот самый момент сидят где-нибудь в глуши, у костра, едят пригоревшее мясо или дрожат от холода в своих жалких шалашах. — Триана очаровательно улыбнулась. — Лично я не в силах придумать наказания страшнее — жить, словно какой-нибудь дикарь, и знать, что у тебя остался один-единственный способ поправить ситуацию: приползти на брюхе и попросить прощения.

Все пять великих лордов изумленно уставились на Триану. А потом лорд Киндрет разразился хохотом, и остальные присоединились к нему. Гилмор на миг поднял голову, посмотрел на них без особого интереса, потом снова занялся наложницей.

— Клянусь Предками, моя леди, вы совершенно правы! — с восхищением произнес лорд Арентьеллан. — Мой паршивый выродок сейчас наверняка радуется какому-нибудь пригоревшему кролику и воде из ручья!

— А что там с армией, Киндрет? — спросил Вандриен. — Если война окончена, пора ее расформировывать.

К тайной радости Трианы, остальные лорды согласно загудели.

— Ну, это следует решать Совету, — возразил Киндрет. — И к тому же нельзя забывать о волшебниках.

— И то правда… — пробормотал Вандриен.

— Которых мы неизбежно переживем, — негромко заметила Триана. — Они же наполовину люди по крови — а значит, должны жить намного меньше нас. А теперь они примутся скрещиваться между собой и вскорости так разбавят кровь, что станут не долговечнее обычных рабов. Если только раньше не перебьют друг друга в ходе своих свар.

— И снова вы, моя леди, удивляете и восхищаете меня, — лорд Вандриен привстал на ложе и почтительно поклонился Триане. — Я в долгу перед вами за столь рассудительные замечания.

Триана скромно потупилась:

— Спасибо.

— И все же, волшебники… Вопрос в другом: не выйдет ли так, что само их существование станет для нас угрозой — ибо они будут для рабов живым призывом к мятежу. — Киндрет приподнял бровь. — В конце концов, взбунтовались же против нас наши собственные отпрыски.

— А рабы без труда приспособятся к дикому образу жизни, — кивнул Арентьеллан. — Однако же я не знаю…

— Если вы распустите армию, чем тогда заняться лорду Киртиану? — мягко поинтересовалась Триана.

— Лично я считаю, что он должен войти в Совет! — тут же откликнулся лорд Арентьеллан. Но Триана заметила, как лорд Киндрет обменялся многозначительным взглядом с другим гостем. Триана перехватила его взгляд и слегка кивнула.

На лице лорда Киндрета отразилось удивление, потом раздумье — потом он кивнул в ответ.

Триана вольготно растянулась на ложе. Теперь она не сомневалась, что ее послание принято и понято.

В конце концов гости доели медовый виноград, обменялись последними шутками и принялись прощаться с хозяйкой дома. Лорд Киндрет отослал сына с наложницей через портал и вроде бы собрался и сам последовать за ними, но потом вдруг нашел благовидный повод задержаться — и оставался до тех пор, пока все прочие лорды не отбыли. Триана проводила всех до портала, пожелала счастливого пути и осталась, как она и рассчитывала, наедине с великим лордом.

— Итак, моя леди, — сказал Киндрет, когда устье портала последний раз подернулось легкой дымкой. — Вы, кажется, желаете что-то сказать по поводу лорда Киртиана.

— Вы, лорд Киндрет, с небывалой прямотой подходите к Делу, — промурлыкала Триана.

— Лорд Киртиан.., лорд Киртиан слегка беспокоит меня, — произнес великий лорд, переминаясь с ноги на ногу. — Возможно, я пробудил в нем дремавшее честолюбие, и если теперь он не найдет способа реализовать его, он может воспринять это.., болезненно.

— Он может воспользоваться своей новообретенной репутацией в Совете во вред другим, — подхватила Триана, переходя, по примеру лорда Киндрета, прямо к делу. — Война и политика сходны между собой. Но с другой стороны…

— Ну? — подтолкнул ее Киндрет.

— Его энергию можно направить в другое русло — если у кого-нибудь хватит ума подыскать это русло.

Триана взглянула на лорда из-под длинных ресниц и улыбнулась.

— А могу я полюбопытствовать, моя леди, во что мне обойдется это русло?

Киндрет определенно не собирался терять время.

И Триана задумалась: а что, если честолюбие Киртиана беспокоит его куда сильнее, чем она думала?

И Триана решила рискнуть.

— Я хочу место в Совете, что прежде принадлежало моему отцу.

Киндрет поджал губы, но, судя по лицу, запрошенная Трианой цена не вызвала у него особого протеста.

— Это можно устроить… Женщины в Совете — такое уже бывало.

Но он пока что не подтвердил открыто, что готов заключить такую сделку.

— А если сделка не состоится, то тот, кто сумеет проложить такое русло, наверняка сможет найти и другой выход для энергии лорда Киртиана — менее.., удачный.

Теперь лорд Киндрет иронично усмехнулся:

— Вы умеете убеждать, моя леди. Ну что ж, будем считать, что сделка заключена. Думаю, вы найдете нашего юного главнокомандующего в поместье его тети, леди Мортены.

Триана одарила гостя ослепительной улыбкой.

— Благодарю вас, мой лорд. Это все, что мне было нужно.

Киндрет поклонился ей церемонным придворным поклоном.

— И мне тоже.

Киндрет подошел к порталу — тот тут же засветился при его приближении. На пороге он остановился и оглянулся на миг.