Срывая маски или "не влюбиться" - миссия невыполнима - Татьяна Захарова

Пока я сражалась с воспоминаниями, Аллитер подошел ко мне и присел на корточки.

— И ты простила ему это? И даже не хочешь отомстить? — спросил он серьезно. Пожала плечами. — Или просто мне не говоришь, боишься, что я приму сторону кузена?

— Если Артем, действительно, влюблен в меня, как уверял множество раз, то он уже наказан. — ответила я, вновь пожимая плечами. Тратить силы и время на этого морального урода не имею ни малейшего желания. Я даже готова вернуть ему все подаренные украшения. Аллитер с минуту вглядывался в мои глаза, будто пытаясь прочесть душу.

— Хорошо. — выдохнул он. — Тогда расскажи, за что ты хочешь отомстить Доминиону? Я раньше думал, что ты переспала с ним в качестве платы за частные уроки, очень эффективные уроки. — Я криво улыбнулась: да, проблемы с построением ментальных щитов у меня были. Помню, как Лаурелия готовила меня к занятиям по ментальной магии, накладывая блоки на воспоминания о «ночах с Вериссом». Мы перестраховывались, и не зря.

— Да, уроки были эффективными, — протянула я, ядовито улыбаясь. — За пять занятий овладеть годовым курсом… — да, помню, как ребята удивились на экзамене за первый семестр, когда Доминион поставил мне годовую оценку, освободив от дальнейших занятий. И да, осторожные шепотки были, но видимо, Доминион подчистил их воспоминания или мысли на дальнейших занятиях. — Хочешь узнать о методике преподавания? Все очень просто: на первом же занятии мы занялись одной из сложнейших тем — сопротивлению ментальному внушению. То есть когда я сняла артефакт с ментальным щитом, приготовившись закрывать мысли самостоятельно, получила нехилый такой ментальный приказ. — выдохнула и перенеслась в тот день. — Раздевайся, приказал Доминион, запирая дверь. Полностью раздевайся, а теперь подойди. Ближе… Да прекрати сопротивляться, ещё не доросла до эффективной борьбы. Садись на стол… Продолжать? — спросила я, глядя в черные глаза Аллитера. Кажется, именно в тот момент у меня потекла кровь из носа, полопались сосуды, настолько сильно я сопротивлялась внушению. Впрочем, Доминиона это даже развеселило, судя по тому, как он ухмылялся, когда расстегивал ремень брюк. А я понимала, что опять близка к провалу (и молчать бы он не стал, обнаружив мою невинность, сковырнул бы блоки на памяти, а потом со смехом рассказал Вериссу о «совместных ночах»). И, наверное, от отчаяния я мысленно позвала истинное пламя в защитники. Магистр не понял, что его ментально обожгло, но контроль на миг потерял, чем я и воспользовалась. Улыбнулась самой соблазнительной улыбкой, на которую была способна, и предложила перенести наш милый междусобойчик на вечер в его коттедже. Помню, как ворковала, гладя по волосатой груди, уговаривая подождать всего пару часов, и при этом раз за разом восстанавливала слабые ментальные щиты, которые умело рвал декан ментальной магии. В итоге он сдался, но потребовал разрядки, так что опыт в общении с Вериссом за закрытыми дверями мне пригодился. О, как я бежала с того первого занятия с Доминионом, боясь, что он передумает!!! Так бежала, что оступилась на лестнице, подвернув левую ногу и пересчитав телом несколько ступенек. Именно тогда я и порвала связки, повредив хрящик и капсульно-связочную структуру. В тот же момент я быстренько наложила целебное плетение и побежала дальше, торопясь в квартал Красных фонарей (до свидания с Доминионом времени оставалось немного). Прикусила губу с внутренней стороны, заставляя вернуться в реальность. — Последующие занятия были в том же ключе, — несмотря на договоренность, Доминион каждый раз ближе к концу занятия, переходил на тренировки моего сопротивления внушению (только на крайнем занятии случайно пробив его щит, я поняла, что это была как навязчивая идея — заняться со мной сексом на преподавательском столе). Последнюю ночь перед экзаменом Милена, перепробовала различные вариации со столами и вроде удовлетворила этим Доминиона, раз он поставил мне годовую оценку.

Ясно, — прошипел Аллитер. Выдохнул и спросил подчеркнуто спокойным голосом.

— И последний вопрос: что натворил Вернее в конце прошлого учебного года? Какой компромат у тебя на него?

— Он… — начала я и поняла, что не смогу. Казалось бы, чего страшного в признании? Ну, совру я еще раз Аллитеру, точнее не договорю всей правды, что от этого измениться? Но язык не поворачивался сказать всего пять слов: решил поделиться мной с Теодором. Выдохнула и попробовала снова. — Вернее решил… — я отвернулась от Аллитера, обхватив голову руками. До сих пор не понимаю, как я допустила подобное?!!

— Всё-всё, успокойся, — прошептал он, ловко подхватывая меня на руки, и садясь в кресло. — Не можешь — не говори. Расскажешь позже, чтобы я устроил ему полную импотенцию. Да-да, я для этого тебя сегодня пытал. И чтобы с нами не произошло дальше, ни Доминион, ни Теодор больше ни одну девчонку не тронут. Обещаю. А насчет Артемия я ещё подумаю, что ему устроить. — Я в полном обалдении посмотрела в черные глаза Аллитера, на время даже забыв про сопротивление. Он осторожно дотронулся до моей щеки и спросил. — Откуда в твоих эмоциях появился стыд? Никак не пойму, в чем ты чувствуешь себя виноватой?… — Я повела плечами, пытаясь ненавязчиво высвободиться из его объятий. Аллитер усмехнулся и прижал меня к своей груди. — И почему ты все не можешь поверить, что я тебя люблю такой, какая ты есть? И чтобы ты мне не рассказала, моего отношения к тебе это не изменит.

— Я верю, — прошептала я, отстранившись и посмотрев в черные глаза. Говорить о том, что и он мне дорог, не буду, он эти слова может понять по-другому. А давать ложную надежду я не хотела. Поэтому сейчас нужно высвободиться из объятий Аллитера и пересесть в другое кресло. И неважно, что я чувствую себя выжатой как лимон: польза от разговора очевидна — теперь Доминион не уйдет от расплаты.

Аллитер никак не отреагировал на мои трепыхания, точнее ещё крепче прижал меня к себе.

— Я чувствую тебя сейчас, — пояснил он в ответ на мой возмущенный взгляд. Достала кольцо из кармана, но Аллитер удержал мою руку, зажав в своих ладонях.

— Не надо, Рина, я не перейду границу дозволенного. — я прикрыла глаза: чужих эмоций я не ощущаю. И его слову я, как ни странно, верю. И только сейчас я поняла, что подмерзла, так что объятия Аллитера были согревающими. И я поступила глупо и безрассудно, положив голову на его плечо. Но ведь у него была сегодня возможность разлучить меня с Аскаром навсегда, но он ей не воспользовался. Так что сейчас я себе дала на отдых несколько минут. Аллитер молча обнял меня, будто чувствуя сейчас мое состояние. Хотя почему: будто?

— Мне нужно идти, — тихо сказала я, отстраняясь. — За няней надо зайти и…

— Сначала чай с медовыми сотами, — возразил он. Хотела поспорить, но Аллитер непререкаемо заявил. — Ты сколько раз сегодня вычерпывала резерв до дна?

— Ещё один папаша по мою душу, — проворчала я, закатив глаза.

— Да нет, это просто дружеское участие. — Аллитер неохотно отпустил меня. И мы вернулись за стол. Чаепитие под ничего незначащую болтовню затянулось минут на тридцать. И вот я снова строю портал до Забалуевска.

Ники вернулась домой уже за полночь, в Садах было около десяти вечера, так что ругать не стала.