Тайна пропавшей принцессы - Лика Вансловович

В тот вечер ей показалось, что она впервые за долгое время почувствовала вкус счастья, и как-то особенно гадко стало осознавать, что сама она все это время отбирает чужое счастье, скрывая правду от Леры. Они ведь так и не примирились с Реем именно из-за нее!

Стукнувшись затылком о стену, Ада вскочила на ноги и заставила себя пойти вон из комнаты, чтобы рассказать правду своей подруге, которая, судя по ее неизменно дружелюбному и теплому взгляду, ничего не знала до сих пор.

Аделина приблизилась к покоям принцессы, но так и не открыла дверь, услышав за дверью свое имя.

- Говорю тебе, с ней что-то происходит! Столько времени прошло, а она сама не своя, словно и не она это вовсе, а ее тень! Знаешь, мне кажется, Ада еще в детстве любила Лина, а мы все вокруг этого не замечали, других объяснений у меня нет! – уверенно утверждала магичка.

- Что, еще одна любовь, длиною в десятилетие? – с явным сомнением переспросила подругу целительница.

- Вполне возможно, только Лин погиб, и теперь я волнуюсь за нее – не знаю, как помочь! – вздохнула принцесса.

Аделина почувствовала, как все похолодело в груди, и медленно шаг за шагом стала отступать.

«Лера не знает, что он ЖИВ! Все это время она просто не знала! А я винила ее в черствости! Дура, вот же дура! А как рассказать правду и объяснить причину своего молчания? Чем оправдать? Тем, что ревновала!? Глупо хотела заставить ее помучиться!? Так у меня это неплохо вышло, она и за меня умудряется волноваться! Теперь я утаила от нее уже две правды… она не простит…» - понимание того, что молчание никак ни приведет к решению проблемы не давало желаемого успеха, напротив, от этой правды хотелось лезть на стенку и выть от безысходности.

Аделина вернулась в комнату и заперла дверь, рухнула на кровать, сжавшись, словно бы от холода.

Все вдруг разом навалилось на нее и давило грузом вины и ответственности, ощущением одиночества: так хотелось поделиться наболевшим с подругой… с Лерой, и стыдно было смотреть ей в глаза.

Аделина неожиданно почувствовала себя жалкой и ненужной: «А кому, собственно, я нужна? Родителям? Пфф… они вышвырнут меня за дверь, узнав правду, и лишат наследства и титула! Лину? Но он пока скорее позволяет себя любить, терпит мое присутствие, нежели любит!»

И все же она готова бросить все и уйти с ним и этим вампиром, которого и не знает толком, да и кто вообще может знать, что твориться у этого демона в голове?

Уйти, но ведь они не будут жить среди людей: Гров говорил о границе, о черных владениях на стыке земель вампирского клана и оборотней – рядом с ней не останется ни одного человека и даже мага, она будет чем-то вроде экзотического деликатеса для местной «фауны»! И опять же она уже согласилась пойти на этот самоубийственный поступок!

- Безумие – мое второе имя! – не удержав нервного смешка, пробормотала девушка.

И все же Ада не могла отступить, не могла думать о ком-то другом: от одной этой мысли кожа покрывалась мурашками и накатывала тошнота, так хотелось прижаться к Лину, услышать его голос.

« Раньше я обходилась без него, а теперь не могу вздохнуть от мысли снова потерять этого грубияна!»

На мгновение перед глазами возник образ Норта, его она выделяла из других, была увлечена им: сероглазым блондином, который, к ее ужасу, напоминал внешне… Лина! – эта мысль ошеломила и заставила нервно рассмеяться.

Но она уже не могла представить себя с кем-то «напоминающим» ЕГО! Это казалось ей лицемерием по отношению к себе, жалкой попыткой уйти от трудностей, а Аделина привыкла быть честной хотя бы сама с собой, а следовательно, не имела другого выхода и другого шанса и должна была во что бы то ни стало добиться свободы Лина и уйти из человеческих земель вместе с ним и Гровом.