Маски Черного Арлекина - Владимир Торин

Ведь не осталось ничего,

Чтоб сердце пламенем зажгло,

Забылись тени прежних дней,

Один лишь холод – так теплей.

Одна лишь воля, без надежд,

Проигран бой, и пал рубеж:

Что может в мире изменить,

Кто не умеет сам любить?

Попробуй после стольких зим

Рассвет увидеть над горами.

Свою надежду дать другим,

Надежду, что сжигает грани.

Так сможешь путь пройти измен

И бой, ведомый сам с собою,

Тропу, где слава, смерть и тлен

Желают стать твоей судьбою.

Бард замолчал, смолкла и музыка. Некоторое время в трактире царствовала тишина. Мертингер не мог произнести ни слова – он застыл, пораженный, в голове пульсировала одна-единственная мысль: откуда этот человек его знает, и что, просвети Тиена, это все значит. Гость и трактирщик молчали, затем Тагур опомнился:

– Брайан! Неужели ты сочинил новую балладу?

– Это не я, – не совсем понятно ответил менестрель и еще добавил: – Скажи этому эльфу все, что он хочет знать, Илдиз. Намерения его чисты, можешь мне поверить.

– А тебе-то почем знать? – недоверчиво покосился на него Тагур, потом вдруг лицо его вытянулось от удивления. – Эльфу? Ты сказал, эльфу?! Как это понимать, Брайан?!

– Мертингер, сын Неалиса, лорд Дома Недремлющего Дракона, – повинуясь внезапному порыву, назвал свое настоящее имя странник с черным мечом, – прошу принять мое имя под эти своды.

– Э-э-э, рад знакомству с вами, лорд Мертингер, – запнувшись, произнес Илдиз Тагур. – Брайан, ты уверен?

Трезвый (впервые за много дней) взгляд менестреля был более красноречив, чем все, что могло быть сказано вслух. Трактирщик кивнул, соглашаясь:

– Хорошо, я отвечу на ваш вопрос, эльф. Логнир Арвест отплыл на корабле «Морской Змей» Джеральда Рифа. Их путь лежал в Тириахад.

– Где это? – спросил Мертингер.

– Далеко на юге, в землях бывшей Темной Империи. Это мертвый город, засыпанный пеплом.

«Ты найдешь его там, где море гремит, где черная смерть, город мертвый лежит», – вспомнились лорду напутственные слова дриады.

Да, видимо, так оно и будет – это его судьба.

Эльф слегка поклонился, выражая признательность поочередно сначала трактирщику, затем барду:

– Благодарю вас. Да пребудут свет и тепло в вашем доме.

– И вам приятной дороги, милорд, – попрощался Илдиз.

Эльф вышел, не задерживаясь более ни секунды.

– Брайан, кто это у тебя там? Пса завел? – Проводив взглядом чужака, трактирщик неожиданно заметил, как из-под стола, за которым все так же, слегка покачиваясь, сидел менестрель, выглянула продолговатая черная мордочка. Огромные влажные глаза как будто заглянули в душу Илдиза, короткая шерстка зверя отливала лучистым серебром, хотя, возможно, это была всего лишь игра света и солнечных бликов.

– Собака? Какая еще собака? – удивился Брайан. – Налей-ка мне лучше выпить, а то что-то я совсем протрезвел...

Илдиз отвлекся, переведя взгляд на слишком странно ведущего себя сегодня барда. Когда же трактирщик еще раз посмотрел под стол, там уже никого не было...

* * *

Оставшееся до вечера время Мертингер потратил на то, чтобы приобрести коня. Для этого он отправился на площадь Тысячи Висельников, где, по слухам, торговали всем, что только можно было купить в Сар-Итиаде, в том числе, конечно же, и самыми лучшими лошадьми. Цена здесь тоже была высокая, но недостатка в средствах эльфийский лорд пока не испытывал. Из кошелька с золотом уже исчезла половина той суммы, что он взял с собой в Кайнт-Конкре, но у эльфа при себе было еще несколько золотых колец с драгоценными каменьями – так, ничего не значащие украшения, которые не жалко продать. Было и еще кое-что – фамильный перстень с печатью Дома и алым алмазом внутри, но с этой вещью Мертингер ни за что бы не расстался. Это была память об отце – единственное, что осталось.

Проходя между навесами и окидывая опытным взглядом лошадей, эльф краем глаза успевал следить и за обстановкой вокруг. В такой толпе легко можно было получить удар ножом, а угрозу со стороны разъяренного корсарского капитана нельзя было недооценивать. К тому же Мертингера в этом городе уже дважды пытались ограбить, но, хвала Тиене, проворству уличных воришек оказалось далеко до эльфийского чутья. Впрочем, мог найтись вор и похитрее, поэтому расслабляться не стоило.

– Сударь, купите! Красавец, какой красавец! – раздался впереди охрипший голос торговца.

Мертингер бросил на человека скользящий взгляд – тот оказался бородатым малым в засаленной безрукавке и широких штанах. Правый глаз щурился, левый слегка подмигивал, а обветренное лицо не покидала измученная улыбка. Чувствовалось, что стоит он тут уже давно, да без особого толку. Продавал бородач одного-единственного коня, зато какого...

Пепельно-серого цвета, со сверкающей на солнце серебристой гривой и пронзительным взглядом желтых глаз с вертикальными зрачками, этот конь был явно не из простых. Мертингер прекрасно разбирался в лошадях, справедливо считая лучшими из лучших эльфийских сфайксов, этот же был ближе всего к полумракам, но не совсем. Чувствовалась примесь иной крови, но вот какой именно, к своему немалому удивлению, эльф так и не смог определить.

– Что это за конь? – спросил он торговца. – Откуда он?

– Это сархидский полумрак, господин! – ответил торговец, поворачивая под уздцы коня мордой к покупателю.

Благородное животное негодующе фыркнуло, оно явно не привыкло к подобному бесцеремонному обращению.

– Это я и сам вижу, – сказал эльф. – Откуда он у тебя, спрашиваю?

– Достался при случае, – не пожелал вдаваться в подробности бородач. История эта явно была не для чужих ушей. – Брать будете? Красавец! Таких, как он, во всей Северной Пристани больше не сыщете! Всего сорок золотых!

Мертингер не был силен в экономике королевства, но даже ему было ясно, что сорок монет – ничтожная сумма за полумрака, пусть даже нечистокровного. Что-то здесь не так. Эльф пристально осмотрел коня, подмечая даже то, чего не было видно обычному глазу. Его обостренное чутье, дар и проклятие ледяных объятий Стрибора не подвели и на этот раз. Что-то неладное было с этим конем, словно зловещий рок, сути которого невозможно было сейчас разобрать. От него исходила опасность...

– Этот конь убил своего хозяина, так? – не то спросил, не то заявил Мертингер.

– Э-э-э... Как вы узнали?! – удивился вмиг помрачневший торговец. – Да что там скрывать, так оно и есть. Уже весь город знает...

– Как его зовут? – спросил эльф, глубоко заглянув в пронзительные янтарные зрачки.

Конь не отвел взгляда.

– Зачем вам? Все равно же не купите, – раздосадованно отмахнулся бородач.