Буря ведьмы - Джеймс Клеменс

Крал выпрямился.

— Ах, Могвид! Я и забыл.

Неожиданно старая башня застонала, и с потолка полетели тучи пыли. Потом стены начали дрожать все сильней и сильней.

— Что происходит? — прошептал Мерик.

— Это карлик! — ответил Крал, толкая всех к выходу на лестницу. — Я уже видел подобное во сне. Он ведет сюда кровожадные войска, которые когда-то осадили эту башню и перерезали всех ее защитников. Он искупал в человеческой крови все камни башни и тем самым совершил сакральный акт: все столетия башня держится только на этом. А когда он покинул ее, то ушла и магия, так что сейчас башня рухнет, и дух ее защитников сможет, наконец, отдохнуть навеки.

Крыса, закончившая свой туалет, тоже почувствовала что-то нехорошее и с писком скрылась в ближайшей дыре.

— Если не поторопимся, то тоже останемся навеки отдыхать с этими защитниками, — мудро изрек Толчук и заторопился наверх. За ним поспешил Крал, и камни уже начали осыпаться под его тяжелыми ногами.

Оба ускорили бег, а за ними в пыли и мертвой крови навсегда заканчивалось последнее сражение Рашемона.

Могвид первым почувствовал, как дрожит под ногами пол, и отнес это на счет собственного страха. Смерть дышала ему в затылок, ибо лорд Райман уже поднялся с трона и занес кинжал. В свете огромной люстры лезвие отливало маслянисто-зеленым. Могвид явственно чувствовал запах яда.

— Ты чувствуешь, брат... — вдруг прошептал Майкоф.

В ту же секунду зал наполнился грохотом и стоном, пол зашатался, и Могвид вынужден был раскинуть руки, чтобы сохранить равновесие.

— Что тут у вас происходит? — крикнул он, делая вид, что не испуган, а возмущен.

Но Райман отвернулся от оборотня и уставился на брата, словно мог найти ответ в его лице.

— Свяжись с охраной, — бросил он.

Майкоф зазвонил в серебряный колокольчик, но на зов никто не явился. Он смущенно посмотрел на своего близнеца — было неслыханно, чтобы никто не пришел на зов лорда. Он снова бешено затряс колокольчиком.

— Райман?! — крикнул он, ничего не понимая.

Но тот уже был у двери и отчаянно стучал в нее кулаками.

— Стража! Явитесь на зов хозяина!

— Стража разбежалась, — ответил тоненький голос, в котором Могвид узнал дворецкого. — А мне одному не отодвинуть засов!

— Тогда перейди к соседнему входу, там засов легче, — распорядился Райман.

— Слушаюсь, господин, сию минуту.

Пол снова закачался, наверху запрыгала люстра, и густой воск дождем потек на пол.

— Да что же это такое? — не выдержав, завизжал Майкоф.

Горячая капля обожгла щеку Могвида, и он отскочил к стене поближе к тронам.

— Ротскилдер!!!

Но из-за двери никто не откликнулся, вероятно, дворецкий уже убежал к другой двери.

Райман в гневе обернулся к Могвиду, не обращая внимания на сжавшегося в кресле брата, который держал в тонкой руке колокольчик, как последнее оружие.

— Что ты знаешь обо всем этом?!

— Я? — Могвид отступил на шаг.

Тогда лорд сбросил плащ и в третий раз поднял кинжал.

— Все эти бредни о ведьме лишь отговорка. Что ты устроил?

Могвид быстро соображал. Человек перед ним находится вне себя, в его глазах явно читается безумие. Оборотень медленно отступал к корзинам.

— Я? Я ничего. Я пришел лишь уведомить вас о ведьме.

— Лжешь!!!

Майкоф вскочил с кресла, губы его тряслись. Новая волна прошла по залу, от чего со стен посыпались украшения и канделябры, а потом рухнула тяжелая балка, проломив в двух местах мраморный пол.

— Райман! Останови же это!

— Остановлю, брат. — И кровожадный блеск в глазах Раймана не оставлял сомнений в том, что он намерен предпринять. — Остановлю, как только убью этого предателя.

— Так поспеши! Надо найти карлика, он знает, что делать! Он причастит нас и выпустит Стаю. Мы еще сможем спастись!

Могвид быстро обдумал слова Майкофа. Итак, эти двое зависят от своего хозяина в самом главном: только он способен освобождать в них зверя. И это открытие придало оборотню сил. Если их звери пока в ловушке, то у него еще есть шанс справиться с этими психами. Или даже лучше...

— Подождите, — остановил он Раймана. — Я сам помогу вам освободить ваших крыс. Нам даже не понадобится хозяин.

Райман вздрогнул, но кинжала не опустил. Могвид отчетливо видел в его глазах похоть крови, и только тонкая оболочка удерживала в человеке зверя. Но, несмотря на это, было ясно, что он привязан к таинственному карлику, как ни старался сейчас действовать самостоятельно. Ни один из братьев не мог распоряжаться собой.

— Что ты несешь? — выдохнул Райман.

— Эбонитовая чаша — далеко не все, что я взял у поверженной женщины из гвардии страха. У нее есть талисманы, которые дают возможность причащаться, когда хочешь. — Могвид полез в одну из корзин. — Сейчас я вам покажу.

Майкоф подошел поближе.

— Неужели то, то он говорит, возможно, брат?

— Я слышал о подобном. Не все гвардейцы — рабы своих искателей. — Райман, сузив глаза, посмотрел на оборотня. — Ну, покажи нам свое искусство.

— О, разумеется, — Могвид продолжал рыться в корзине, одним глазом посматривая на кинжал Раймана. Майкоф встал вплотную к брату, моля о том, чтобы все вышло так, как обещает элементал.

— К счастью, у меня нашлась даже пара, — оторвался, наконец, от корзин Могвид, держа в каждой руке по предмету. Райман немедленно потянулся к мерцавшему черным флакону, но оборотень отскочил. — Прежде поклянитесь, что отпустите меня.

— Я... Мы... клянемся! — дрожащим голосом проговорил Майкоф, и на губах его запузырилась пена, а лицо свело беспрерывной судорогой.

— Но как мы можем быть уверены в том, что это сработает? — зашипел на близнеца Райман. — Что, если это еще один трюк?

— Разве вы не видите моей эбонитовой чаши? У кого, как не у гвардейца страха, может быть такое? — Могвид очень надеялся, что последний довод будет решающим.

Райман задумался.

— Может, ты говоришь и правду, но прежде, чем тебя отпустить, мы просто проверим твою магию. Если она работает — ступай на все четыре стороны. Но если нет — ты умрешь.

Могвид неохотно кивнул. Он знал, что Райман лжет — этот выродок вообще не хочет его отпускать, несмотря ни на что. Но оборотень продолжал разыгрывать наивность и доверие. Он высоко поднял свою взятку, дразня братьев, а потом ловко спрятал ее обратно в корзину, отказываясь от обмена.

— Подождите. Мне надо еще подумать.

— Что такое? — вспылил Райман, сжимая кулаки.