Волшебная реликвия - Михаил Костин

Сержант удивился просьбе, но не сильно. Он задумчиво теребил свою насквозь пропитанную потом робу, а потом сказал:

– Купайтесь, парни. Я вас понимаю.

Арик и Галик запалили два факела и, радостно толкаясь, двинулись в дальнюю пещеру.

– Только вот что, – крикнул вслед сержант, – купаться по очереди. Один в воде, другой на берегу страхует. Ясно?

– Ясно! – крикнул Галик. – А почему?

– А бес его знает, что в этой черной воде! Почему она, к дьяволу, теплая?

– Я знаю! – крикнул Галик. – Там гейзер.

– Гейзер? – удивился сержант.

– Ну да, подземный горячий ключ.

– Неужели?

– На вулканических островах это сплошь и рядом. Я знаю, я читал.

«Ну и парни!», – подумал сержант, а вслух крикнул:

– Тогда тем более осторожно. Гейзер еще какой-то!

На шум голосов прибежал Валик и с ходу закричал:

– Я тоже хочу купаться. Так нечестно!

– Нет, – отрезал сержант. – Всех сразу отпустить не могу.

Прежде чем залезть в воду, ребята еще раз обошли дальнюю пещеру, но ничего особенного не обнаружили.

– Гляди-ка, – сказал Галик, наткнувшись в одном из углов на что-то ногой, – ветки какие-то.

– Ветки? Да это же хворост. – Арик нагнулся и пошевелил кучу сухих ветвей рукой. Ветки зашуршали как живые. – А вот и зола. Пепелище. Тут кто-то костер разводил.

– В глухой пещере? Костер?

– Не такая она, значит, глухая.

– Ну да. – Галик пристально следил за дымом своего факела. – Уходит вверх. Как это я раньше не замечал?

– Значит, там, наверху, есть трещины.

– Это понятно, – сказал Галик.

– Получается, что дым наших факелов курится над этой скалой. Со стороны кто-нибудь мог подумать, что проснулся маленький вулкан.

– Ну да, если бы только этот кто-нибудь здесь был.

– Но здесь никого нет, – заключил Арик.

Плескаться в черной горячей воде было блаженством. Ребята по очереди несколько раз ныряли, обшарили все дно, но ничего нового не нашли.

– Смотри, – кричал из воды Галик, – здесь вода заметно горячее.

Эхо усиливало его голос и одновременно дробило его, разнося под сводами в дальние закоулки.

«Чее, чее…», – отвечали закоулки.

– Похоже, что подводный гейзер бьет где-то тут.

«Ут, ут, ут…», – отвечало эхо.

– Возможно, – отвечал с каменного берега невозмутимый Арик, отжимая мокрые волосы.

«…ожно», – тихо повторило эхо.

Факелы их догорали, отчаянно чадя, и требовали новой заправки смолой. Пора было возвращаться. Натянув, по крестьянской привычке, одежду на мокрое тело, громко напевая, отправились они через шесть темных пещер в первую – единственную, в которую проникал сквозь вход естественный свет.

На входе в первую пещеру они замерли.

На фоне закатного солнца, проникающего через неровную арку входа, неподвижно стояли два высоких человека в незнакомой полувоенной форме с ружьями в руках. Ружья они держали на изготовку. Арик и Галик невольно проследили, куда направлены стволы. Сержант, Валик, Сэнди и Якоб Якоби сидели прямо на земле тесной кучкой и мрачно молчали.

– Руки вверх! – раздался гортанный голос с заметным акцентом.

Только сейчас Арик и Галик увидели еще двоих в такой же форме, направивших ружья прямо на них. Ребята медленно и нехотя, но все же подняли руки. Факелы их едва горели, отбрасывая тяжелый багровый отсвет. Один из направивших ружье подошел к появившимся парням, отнял у них факелы и ловко воткнул их в расселину между камням. Факелы продолжали чадить, но света уже почти не давали.

– Давай, давай, – подталкивал их человек с ружьем, – туда же, туда же.

Он подвел их к общей группе пленников и знаком приказал сесть. Арик и Галик опустились на каменистую землю. Днем сюда проникало солнце, и камень еще хранил тепло его лучей. Это был единственный приятный момент во всей ситуации.

– Они отняли у нас хрустальный шар, – шепнул Валик.

Арик и Галик не нашли, что сказать.

– Их была такая куча, – продолжал шептать Валик, словно оправдываясь, – так неожиданно… налетели… я хотел было… но не успел… просто чертова уйма… правда…

Арик и Галик пригляделись. У входа в пещеру маячили еще какие-то фигуры.

– Ну надо же, – сокрушенно бормотал сержант. – Старый я олух, чурбан беспросветный! Первый раз в жизни забыл про охранение. Не поставил ни одного часового. И кто? Я? Я не поставил!!! Пентюх! Тебе не в армии служить, тебе полы подметать… в самом завалящем трактире… Парашу выносить из лазарета… Осел!

– Не корите себя, сержант, – раздался звучный голос.

Арик и Галик подняли голову и увидели еще одного человека. Он сидел на камне в глубокой тени, заметить его сразу было трудно. Уверенный голос и головной убор, еле видный в полутьме, но смахивающий на берет с пышным пером, позволили догадаться, что перед ними командир воинов с ружьями.

– Что бы вы смогли сделать с двумя допотопными фузеями и тремя желторотыми юнцами под началом против двенадцати профессионалов, вооруженных ружьями новейшей системы? – Человек двинул рукой, и стало заметно, что в руке у него небольшая тонкая палка, не то трость, не то стек.

– Дубина ты стоеросовая, – продолжал бормотать сержант, не обращая внимания на слова командира захватчиков, – кретин безмозглый, остолоп забубенный, рядовым в роте у бездельника Роппо и то быть недостоин. Сержант нашелся! Командир вшивый! Вы видели, а? Тебе у кучи мусора с деревянным ружьем стоять… и то не заслужил!..

– А так, сержант, все у вас живы-здоровы, – продолжал человек в берете, помахивая стеком, – и хрустальный шарик ваш чудесный, к счастью, цел. Вам хорошо, и нам не обидно. Он нам очень нужен. А так… устроили бы вы бесполезную пальбу… кто бы вам сейчас раны перевязывал? И потом, сержант, умирать в этой дыре… стоит ли? Да и за что? За какой-то кусок стекла?

Кто-то из солдат зажег еще два факела. Стало светлее. Офицер в берете что-то шепнул двум солдатам, и те, взяв факелы, пошли в глубь пещеры.

– Что будет с моими парнями? С девушкой? – спросил вдруг сержант обычным твердым голосом.

Человек в берете неопределенно повел своей палкой, словно дирижер, который вдруг задумался, какую ноту он должен извлечь из оркестра.

– Не я решаю такие вопросы, сержант. Это зависит от моего начальства. А я солдат и выполняю приказы.

– И все же?

– Думаю, ничего страшного. Небольшая прогулка по морю. Тут недалеко, какая-то тысяча миль. Да нет, даже меньше. Но это не сразу. Сначала посидите в пещере. Отдохните. Расслабьтесь. Поразмышляйте о бренности этого мира. Полезно для здоровья. Разносолов не обещаю, но с голоду умереть не дадим. Мы сами на скудном пайке, сержант. Не обессудьте.