Логово врага - Денис Юрин

Смысл происходящего Аламез понял не сразу, а лишь когда вдруг завыла сирена, уставшие солдаты шустро разбежались от платформ, которые вдруг охватило багровое свечение. Яркая вспышка, продлившаяся не более мига, чуть было не ослепила Аламеза, ну, а когда он открыл слезящиеся глаза, то нагромождений грузов внутри периметра телепорта уже не было. Они исчезли, перенеслись, а тут же зашевелившаяся обслуга вновь вернулась к своим делам.

– Вишь, что происходит, – прошептал каким-то чудом приблизившийся к Дарку Фламмер. – Телепорты особые, грузовые, явно предназначены для бережного перемещения особо ценных, хрупких предметов на особо большие расстояния.

– Ну да, я уже понял, – кивнул Дарк, внезапно ощутивший, что также может не только находиться в подвешенном состоянии, но и слегка перемещаться. – Телепорты особые, работать постоянно не могут, а как пушки, выстреливают грузы… Пока же одни их «перезаряжают», то бишь энергией магической пополняют, другие «ядра» подкатывают. Все ясно, непонятно лишь, где наших собратьев искать? Когда их сюда приведут и приведут ли вообще? Возможно, мы уже опоздали…

– И да, и нет, – ответил уклончиво Фламмер, а затем указал рукой на один из черных цилиндров, который шестеро солдат бережно подкатывали к платформе. – Вот они где! Заключены в маленькие, тесные темницы. Вряд ли они мертвы, но, скорее всего, находятся без сознания! А в ящиках оборудование… оно нас не интересует!

– Постой, но их же всего четыре! – удивился Аламез. – А где ж остальные?!

– На начало погрузки, увы, мы не успели, – тяжко вздохнул Анри. – Делать нечего, спасем и убьем лишь тех, кого можем!

– Да что же нам делать-то? – занервничал и начал злиться от бессилия Аламез. – Прям на глазах наших собратьев увозят, а мы ничего не можем предпринять! Болтаемся здесь, как сардельки на нитях в лавке мясника!

– Эх, как жрать-то тебе, видать, охота, – рассмеялся Анри, а изумил товарища откровенным признанием: – За это не беспокойся! Это я наше перемещение в самый последний момент затормозил, чтоб не сразу в бой встревать, а сперва оглядеться да планчик составить…

– Да какой, ко псам шелудивым, планчик… – начал возмущаться Дарк, но быстро сообразил, что Анри прав. Без разведки, как местности, так и сил противника, только безумцы или поставленные в безвыходное положение начинают сражение.

– Значит, так, – сразу перешел к изложению плана Фламмер. – Как только на полу окажешься, сразу со всех ног к ученым беги! Постарайся их перебить или внеси сумятицу, в общем, сделай так, чтобы они телепорты еще раз не включили! Только будь осторожен, не повреди оборудование! Мы же не хотим, чтобы все полыхнуло ярким пламенем, чтобы и мы, и наши товарищи заодно с кровососами сгинули! Остерегайся вон тех расхаживающих в костюмчиках да мундирах господ, наверняка это «когти», а с ними ты вряд ли сладишь! Я же, пока ты учеными занимаешься, займусь солдатами да сородичами герцога! На помощь мою не рассчитывай, не до того мне будет, но и сам, коль раньше управишься, не дури! Не лезь к потомкам и сородичам мартеловским!

– Погодь чуток! – остановил Дарк уже собиравшегося материализоваться в темнице и тут же вступить в бой Фламмера. – Я вот ту парочку, кажись, знаю!

Внимание Аламеза привлекли двое стоявших возле цилиндров «когтей». Они почти одновременно повернулись к Дарку лицом, и тот, что был слева, снял шляпу. Из-под головного убора показалась копна рыжих, кучерявых волос… «Марк, рыбий потрох, опять нас с тобой судьба столкнула! – подумал Аламез, а вслух лишь проскрежетал от ненависти зубами. – Эх, жаль, что ты не возле ученых прогуливаешься!»

Не меньше эмоций вызвал у моррона и спутник его старого друга, а точнее, спутница. Одетая в мундир лейтенанта шеварийской кавалерии девушка обернулась, и, хоть шляпы с головы не сняла, Дарк тут же признал в ней Ринву. В этот миг все стало ясно и понятно! Герканская разведчица на самом деле состояла на службе у «когтей», но, скорее всего, одной из них и являлась. Теперь Аламез не сомневался, что именно она убедила фон Кервица избавиться от него по окончании дела. В поведении двуличных предателей – Марка и Ринвы – оставался лишь один непонятный момент. Почему они позволили Дарку добраться до цитадели? Почему не убили его раньше, например, в том самом бою, в котором погиб обманутый, используемый вслепую Крамберг? К сожалению, довольно часто нет времени, чтобы даже начать поиск ответов… События развиваются сами собой и увлекают тебя по течению, заставляя или думать о совершенно ином, или избирать активное действие вместо досужих размышлений.

Грезящим о равенстве да справедливости нет места на войне, тем более когда врагов в разы больше, а ты лишен возможности маневра. Противников у Дарка было более дюжины, но он не обольщался, понимая, что его вклад в общее дело не превышает и десятой части того, что двоим морронам предстояло свершить. Дюжина явно едва умевших держать оружие в руках ученых и один прохаживающийся возле них «коготь» являлись смешным войском по сравнению с отрядом, против которого суждено биться Фламмеру, и это было в высшей степени несправедливо. Однако помочь товарищу моррон не мог, не имел права, по крайней мере, до тех пор, пока не выполнит собственную задачу.

Эффектно выпрыгнув из воздуха с высоты в пару метров, Аламез весьма напугал стоявших к нему лицом исследователей, ну а крики и лязг стали, донесшиеся практически в тот же миг издалека, оттуда, где Фламмер только что начал кровавую жатву, внезапно напав на безоружных, занятых перетаскиванием и перекатыванием грузов солдат, лишь усилили страх в сердцах ученых, не привыкших к виду хлещущей из резаных ран крови. Трое из четверых, увидевших Дарка, мгновенно бросились бежать, тот же, перед кем Аламез буквально вплотную приземлился, сразу потерял сознание. И хоть угрозы он никакой не представлял, воин избавил его от пробуждения, легонько ткнув в плечо отравленным дротиком. Бежать из зала было некуда, отступать тоже, поэтому в этом сражении просто не могло быть ни дезертиров, ни пленников. Вопрос стоял просто: «Или мы, или они!» Одна из сторон непременно должна была погибнуть…

Один из беглецов по нелепой случайности убил себя сам, свалившись в чан с кипевшим раствором. Едкая темно-синяя жидкость разделась с оступившимся вампиром мгновенно: обглодав его до костей куда быстрее стайки голодных пираний. Остальных пришлось добить дротиками, дабы паника не перекинулась на пока еще занятый делом и не видящий приближавшейся сзади угрозы ученый люд. Неизвестно почему, наверное, из-за нервного напряжения, на этот раз Аламез показал чудеса меткости, жаль только, что зрителей у столь успешных бросков не нашлось. Подальше убежавшему вампиру дротик вонзился точно между лопаток, ну, а тот, который был ближе, напоследок испуганно взвизгнул, когда отравленный снаряд залетел ему между быстро сокращавшихся ягодиц. И в том и в другом случае смерть, как и ожидалось, не наступила мгновенно; обоим ученым пришлось изрядно помучиться, но только выхватившему на бегу меч Дарку, к счастью, было вовсе не до того, чтобы смотреть и в какой-то степени сопереживать.

Как ни странно, но далеко не все ученые оказались трусами. Зарубив еще двоих, даже не успевших обернуться в его сторону, моррон натолкнулся на довольно упорное сопротивление побросавшей рычаги да кнопки исследовательской братии. Семеро вампиров в белых и синих халатах напали на него сплоченно и дружно, и если бы у обслуги имелось оружие, то чужаку-диверсанту пришлось бы очень и очень туго. Отрубив первую когтистую лапу, пытавшуюся полоснуть его по горлу, Дарк принял удар второго вампира на локоть левой руки и едва приготовился покалечить третьего, а затем и четвертого нападающего мечом, как почувствовал тяжесть, мгновенно навалившуюся ему на плечи и придавливающую к полу. На моррона одновременно запрыгнули сразу два кровососа, но только они вовремя не почувствовали (обоняние молодых вампиров весьма и весьма слабо), что именную эту жертву не стоит кусать. Кровь, текущая в теле моррона, была куда страшней для вампира, чем яд на лезвии его клинка.