Мертвый Инквизитор. Боги Фанмира - Иван Магазинников

Напомнив об оплаченном времени, Тиша покинула нас, а мы с Талирой отправились искать для меня место для ночлега в ближайшей гостинице, где я и остался, попрощавшись с девушкой до завтра.

Заперев дверь, я нацепил на шею рабский ошейник и, разложив перед собой свитки, взялся за дело, приказав самому себе копировать их по уже отработанному алгоритму. Час уходил на свитки, и еще час мы с Дохлятиной потрошили и ели всякую живность из моих запасов. К сожалению, фокус с получением параметров при съедении добычи не работал с уже убитыми животными, так что Дохля рвала и грызла дичь больше за компанию, чем для пользы…

Так мы провели время до четырех часов следующего дня, отвлекаясь лишь на то, чтобы заказать риеске — местный аналог кваса — и хлеба прямо в номер. Прервал нашу "трапезу" осторожный стук в дверь и тихий голос Талиры:

— Бес, ты здесь?

Я окинул взглядом наш пиршественный зал — повсюду валяются кости, куски мяса, глаза, потроха и прочие объедки, словно здесь побывал батальон голодных и не слишком опрятных зомби. Впрочем, почему "словно"?

— Погоди, я сейчас!

Отозвав свою питомицу, я быстро смел весь этот ужас под кровать и выскользнул за дверь, стараясь не открывать ее слишком широко.

— Мне показалось, или ты там был не один? — подмигнула девушка и протянула мне какой-то сверток, — Вот, Тиша передала. Через час ты должен явиться в замок.

Сверток оказался приглашением, завернутым в женский чулок. Гербовая бумага с золотым тиснением, уверенный размашистый почерк, печать — все, как положено.

— А успею?

— Не волнуйся, тебя уже ждет карета. А пока будем добираться, я позабочусь об этом, — она коснулась разорванного рукава, — Все же, на прием к герцогу едешь.

Забрав вещи, я спустился вниз и попрощался с хозяином предупредив его, что больше не появлюсь. Впрочем, тот был и рад, ведь комната была проплачена за два дня вперед. У гостиницы, как и обещала Талира, нас ждала карета, запряженная парой белых лошадей. Недешевое удовольствие.

— Сколько я тебе должен? — повернулся я к девушке.

— Ты уже расплатился за мной за все сполна, милый, — улыбнулась та, вталкивая меня внутрь.

Угу. Когда отсчитывал госпоже фее за проведенное с одной из ее девочек время. Впрочем, она наверняка имела в виду совсем другое…

До замка оказалось едва ли больше сорока минут, и за это время Талира привела мою одежду в порядок, хоть я и порывался сделать это сам. Но слова мои были проигнорированы, а швейный набор — возвращен назад, и никакие возражения с моей стороны не принимались.

Шторы в карете были занавешены, так что самого замка я так и не увидел. Из кареты меня бесцеремонно выволокли, так же грубо поставили на ноги и толчком в спину придали верное направление — разве что подзатыльник не отвесили. Оглянувшись, я успел заметить лишь взволнованное лицо девушки, мелькнувшее в окне отъезжавшей кареты.

— Пошевеливайся давай, его сиятельство не любит ждать, — еще один тычок в плечо, и на голову мне одели непрозрачный мешок, закрывающий обзор. И, судя по легкому жжению при вдохе, наполненный чем-то вроде жгучего перца. Странно, но мне не особо-то и нужно дышать.

— Не разговаривать. Не задавать вопросов. Не колдовать, иначе сожжешь глотку, — словно выплевывал приказы мой провожатый, — Осторожно, ступени, — он придержал меня за локоть.

Потом мы поднимались. Снова шили по извилистым коридорам, и перед каждым поворотом охранник меня останавливал и тычком придавал направление. Грубо, но эффективно.

— Стой, мертвяк.

Загремели ключи, скрипнули тугие петли открываемой двери.

— Принимайте, только осторожно, это тот самый дохляк, которого мы ждали. А ты слушай и выполняй все, что прикажут. Сейчас тебя обыщут и проверят на предмет недозволенных заклинаний.

Снова хлопнула дверь, и за ней послышался звук удаляющихся шагов.

Меня ощупали, потом раздалось бормотание — наверное, это была магическая версия обыска. Затем заставили сделать несколько шагов вперед, и незнакомый голос приказал:

— Оружие клади на стол, перед собой.

Я послушно выложил пращу.

— Все оружие!

Рядом с пращей ложится разделочный нож. Вторая праща.

— Пошевеливайся… Еще две единицы.

Хм. Две? Скипетр. И… Когда я выложил лопату, где-то в стороне раздались сдержанные смешки.

— Ты издеваешься, мертвяк?

Кто-то сунул мне назад в руку скипетр, ощутимый тычок в бок чем-то острым снял двадцать единиц здоровья. Скорее всего, они имели в виду кинжал, переданный мне заложником Фанмира. Но на него у меня были иные планы.

— У меня больше ничего нет!

— Сай, это его питомец, наверное, — пробасил кто-то.

— Хм, возможно. Значит так, слушай внимательно. В присутствии его сиятельства заговаривать можно только при прямом обращении к тебе. И чтобы никаких заклинаний или молитв, иначе охрана заткнет тебя навечно…

На вас наложен эффект "Дестабилизация", длительность 1 час.

— Теперь любой использованный свиток или магический предмет обернется против тебя, — пояснил тот, кого назвали Саем. — Разумеется, телохранители его сиятельства глаз с тебя не спустят, как и маги. И не советую соревноваться с ними в скорости или силе. Понятно?

Когда все формальности были улажены, меня снова куда-то повели. Я уже давно сбился со счета, сколько шагов сделал и сколько раз поворачивал. Не помешал бы какой-то автоматический счетчик, но его сперва написать нужно.

— Пришли. Капитан, принимай визитера, которого ждет Его сиятельство.

— Пять шагов вперед! Замри.

Сильные руки ухватили меня под локти, и кто-то грубо сорвал мешок с моей головы. Ярчайшая вспышка света заставила меня зажмуриться.

На вас наложен эффект "Ослепление", длительность 1 минута.

Издержки высокого Восприятия, да.

— Добро пожаловать в мой замок, умертвие. Меня зовут герцог Себастьян Альмерский, и теперь твоя жизнь — в моих руках, — раздался спокойный и чуточку уставший голос в десяти шагах спереди, — Мне доложили, что ты можешь достать Коготь Саламандры. Это так?

— Да. И я с радостью отдам его вам, но при одном условии.

— Вот даже как, — в голосе герцога отчетливо была слышна насмешка.

Эффект ослепления прошел, и я наконец-то смог рассмотреть своего собеседника. ИМ оказался обычный мужчина чуть старше сорока лет, худощавый, одет в дорогие, но строгие, не вычурные одежды. Лицо волевое, черты лица резкие, но не хищные, а, скорее, от усталости и легкого истощения.

За руки меня держали, судя по всему, телохранители — двое широкоплечих ребят в легких доспехах, с короткими мечами и набором метательных ножей на поясах. Еще трое их братьев-близнецов стояли за спиной и чуть по бокам от его сиятельства. По крайней мере, об их родстве можно было судить по одинаковым фигурам, а вот лица охраны скрывали серебряные маски.