Альвиана: по зову сердца и луны - Алиса Ганова

Я отвернулась и прошла мимо, игнорируя бывшего поклонника. Теперь мне не хотелось будить в Дельрене ревность. Хочу, чтобы между нами было доверие.

Дельрен тоже сделал вид, что не заметил Маглеба.

Мы почти дошли до скаперта, когда натолкнулись на стайку моих одногруппниц. Столкнувшись с нами, они расступились и смотрели на нас, не моргая. Я не удержалась и показала им язык.

Какой чудесный день!

* * *

Перед отъездом мы зашли в храм Луции и в тихой, торжественной атмосфере обвенчались.

На нашей церемонии не было гостей, однако нам никто и не был нужен. Конечно, очень жаль, что этот радостный момент со мной не разделила моя семья. Но с таким человеком как Дельрен, я верю, что все будет хорошо.

Он тоже верил, что мы будем счастливы. Сжимая мою руку, муж вел меня по Акольму, и прохожие видели на наших локтях желтые ленты — благословении светлой Луции для новобрачной пары.

У меня на пальце красовалась звериная мордочка с голубыми глазками, у Дельрена — с желтыми. Ювелир переделал брошь, и теперь на случившуюся историю я смотрела совсем по-иному.

— Ты прав, я не знала своего счастья, — призналась ему.

— По правде, мы его еще не знаем. Ведь наш путь только начался. Но я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела, что судьба свела нас.

— В жизни всякое может быть, но я хочу, чтобы ты знал: ни Сарнар, ни Маглеб, ни кто-то иной, кроме тебя, не был в моих мыслях.

Он счастливо улыбнулся.

— Спасибо! — поцеловал руку. — Тогда и я признаюсь. В тот день, когда ты от гнева оступилась, и на лифе платья отлетели все пуговицы — все на тебя жадно пялились. Я не находил себе места и шел за тобой попятам.

— Надо же! А я-то думала, как мы три раза встретились?!

Дельрен остановился.

— А если я вдруг останусь без наследства, ты пойдешь со мной рука об руку по жизни? — спросил серьезно, глядя в глаза.

— Ты же не оставил меня, когда все было плохо. Так что, пойду, не сомневайся. Если же все будет совсем туго, открою салон для дам и буду делать особенные прически…

Дельрен красноречиво закашлял и оттянул пальцами горловину пальто.

— Давай, такой вариант мы отложим на самый крайний случай!

Видимо, я задела его мужскую гордость, зато Он теперь знает, что такое рука об руку по моим меркам, поэтому не унималась:

— А кондитерская? — спросила, заглядывая в глаза.

— Нет!

— Тогда я займусь писательством! И напишу… напишу…

— О чем же? — Дельрен заинтересованно приподнял бровь.

— Да думаю, кого из вас расхваливать, как идеального сыщика с большой харизмой: тебя или Каита?

— Сомневаешься в моей харизме?

Посмотрела на него хитро.

— Все! Решила! Пишу про Каита, а тебя впишу как брюзгу ди Совера, давно женатого на самой прекрасной женщине Акольма!

— Хороший размах, — улыбнулся он.

— Ага, скромность не для нас. Хочу покорить этот мир.

Мы переглянулись, и Дельрен вкрадчиво поинтересовался:

— Я что-то еще не знаю о своей милой женушке?

— Нет! Я просто хочу вписать наше имя в века!

— Милая, мы и так впишемся во все газеты империи с нашим браком!

— Тогда тем более напишу самую романтичную историю на свете! Она обязательно станет популярной, и мы заработаем денежек! Кстати, а Элиос не будет против, если мы заедем к нему? А?!

Дельрен задумался, а потом довольно хмыкнул:

— Хорошо, что Каит в почтенном возрасте.

— Эх ты, ревнивец! — попеняла мужу.

— Ты тоже та еще ревнивица. Чуть что — сразу когти.

— Так я любя!

— Я тебя тоже люблю, но про ловчего Совера, умного, харизматичного и талантливого, не забудь упомянуть, ладно?

— И его красавицу-супругу? — заговорщицки покосилась на Дельрена.

— Нет, давай лучше будем скромными? — искорка ревности мелькнула в его синих, таких любимых глазах.

— Давай, — мы взялись за руки и пошли гулять по городу, придумывая приключения одной пары, несомненно, талантливой, находчивой и верной.

КОНЕЦ