Князь Света - Роджер Желязны

— Пойдем со мной. Локапалам надо посовещаться.

На столе оставил Кришна свою свирель.

В эту ночь стоял Сэм на самом верхнем балконе дворца Ратри.Струи дождя, словно ледяные гвозди, протыкали насквозь ветер и рушились сверхуна него. А на левой его руке светилось изумрудным сиянием железное кольцо.

Падали, падали и падали с небес молнии — и оставались.

Он поднял руку, и загрохотал гром, загрохотал предсмертнымревом всех драконов, что обитали, быть может, где-то, когда-то…

Ночь отступила, ибо стояли перед Дворцом Камы в ту ночьогненные элементали.

Поднял Сэм обе руки, и как один поднялись они в воздух изакачались высоко в ночном небе.

Он сделал знак, и пронеслись они над Хайпуром с одного концагорода на другой.

И закружили по кругу.

Затем разлетелись во все стороны и заплясали среди грозы.

Он опустил руки.

Они вернулись и вновь вытянулись перед ним.

Он не шевелился. Он ждал.

Сотню раз ударило сердце, и из темноты пришел к нему голос:

— Кто ты, дерзнувший командовать рабами ракшасов?

— Позови ко мне Тараку, — сказал в ответ Сэм.

— Я не подчиняюсь приказам смертных.

— Тогда взгляни на пламя истинного моего существа, покая не приковал тебя к вон тому флагштоку — до скончания его века.

— Бич! Ты жив!

— Позови ко мне Тараку, — повторил он.

— Да, Сиддхартха. Будет исполнено.

Сэм хлопнул в ладоши, и элементали взмыли в небо, и сноватемна была ночь над ним.

Приняв человеческое обличье, Владыка Адова Колодезя вошел вкомнату, где в одиночестве сидел Сэм.

— В последний раз я, видел тебя в день ВеликойБитвы, — заявил он. — Потом услышал, что они нашли способ тебяуничтожить.

— Как видишь, не нашли.

— Как ты вернулся в мир?

— Господин Яма отозвал меня назад — ты знаешь, Красный.

— Велика действительно его сила.

— Ее, по крайней мере, хватило. Ну а как нынче дела уракшасов?

— Хорошо. Мы продолжаем твою борьбу.

— В самом деле? А каким образом?

— Мы помогаем твоему былому союзнику — Черному, ВладыкеНиррити — в его войне против богов.

— Я так и подозревал. Поэтому-то я и решил с тобойвстретиться.

— Ты хочешь соединиться с ним?

— Я все это тщательно продумал и, вопреки протестам ивозражениям моих товарищей, я и в самом деле хочу с ним объединиться — приусловии, что он заключит с нами соглашение. Я хочу, чтобы ты отнес ему моепослание.

— Что за послание, Сиддхартха?

— Гласящее, что локапалы — сиречь Яма, Кришна, Кубера ия — выступят вместе с ним на борьбу с богами, выступят во всеоружии, со всемисвоими силами, машинами и помощниками, если откажется он от преследованияисповедующих буддизм и индуизм — в этой форме, в какой сложились они вмире, — с целью обращения их в свою секту; и кроме того, если не будет онподавлять в отличие от богов акселеризм, коли будет победа на нашей стороне.Погляди на пламя его существа, когда даст он свой ответ, и сообщи мне, правдули он сказал.

— Ты думаешь, он согласится на это, Сэм?

— Да. Он знает, что как только боги сойдут со сцены иперестанут насаждать индуизм, за ним последуют новообращенные, он мог убедитьсяв этом на моем буддистском примере — и это при ожесточенном противодействиибогов. Ну а свой путь, свое учение считает он единственно верным, судьбоносным,и верит, что оно победит любое другое. Вот почему я думаю, что он согласится начестное соперничество. Передай ему мое послание и принеси мне его ответ.Хорошо?

Тарака заколебался. Лицо и левая рука его частичноиспарились.

— Сэм…

— Что?

— Какой же путь — истинный?

— Гм? Вот что ты у меня спрашиваешь? Откуда мне знать?

— Смертные зовут тебя Буддой.

— Только потому, что они обременены языком иневедением.

— Нет. Я смотрел на твое пламя и зову тебя КняземСвета. Ты обуздываешь их, как обуздывал нас, ты выпускаешь их на волю, каквыпустил нас. Тебе дана была власть дать им веру. Ты — тот, кем себяпровозглашал.

— Я лгал. Сам я никогда в это не верил — да и сейчас неверю. Я мог бы точно так же выбрать другой путь. Например религию Ниррити,только распятие болезненно. Я мог выбрать то, что называется исламом, но язнал, как ловко смешивается он с индуизмом. Мой выбор основывался на выкладках,а не на вдохновении, и я — ничто.

— Ты — Князь Света.

— Отправляйся же с моим посланием. На темы религии мысможем поспорить позднее.

— Локапалы, ты — говоришь, это Яма, Кришна, Кубера и тысам?

— Да.

— Значит, он и в самом деле жив. Скажи мне, Сэм, дотого, как я уйду… можешь ли ты победить в бою Господина Яму?

— Не знаю. Хотя — вряд ли. Не думаю, чтобы кто-нибудьмог.

— Ну а он может победить тебя?

— Вероятно — в честном поединке. Когда бы мы нивстречались в прошлом как враги, мне либо везло, либо удавалось его провести. Впоследнее время я фехтовал с ним, и тут ему нет равных. Уж слишком он ушл вовсем, что касается разрушения и уничтожения.

— Ясно, — сказал Тарака, и его правая рука,прихватив с собой добрую половину грудной клетки, уплыла прочь. — Нухорошо, спокойной тебе, Сиддхартха, ночи. Я ухожу с твоим посланием.

— Благодарю и — спокойной ночи и тебе.

Клуб дыма, струйка — и Тарака растворился в грозе.

Высоко над миром смерч — это Тарака.

Пусть гроза бушует вокруг него, нет ему дела до ее слепойярости.

Грохотал гром, разверзлись хляби небесные, утонул во мракеМост Богов.

Но все это его не беспокоило.

Ибо он — Тарака, вожак ракшасов, Владыка Адова Колодезя…

И он был могущественнейшим существом на свете, если несчитать Бича.

А теперь Бич объявил ему, что и он не самый могущественный…и что опять они будут биться заодно.