Ловец человеков - Надежда Попова

– Понимаю, – после недолгого молчания кивнул наставник. – Все понимаю, и это хорошо, что ты решил так, – я могу гордиться своим воспитанником. Однако я снова повторю тебе то, что уже говорил: я последний, кто станет тебя осуждать, если ты захочешь изменить свое решение. Помни об этом, когда ты оправишься и придет время вернуться к службе. Тогда мы поговорим об этом опять, и я не хочу, чтобы ты, помня свои слова сегодня, побоялся показаться предателем снова. Впереди еще есть время, и мне бы хотелось, чтобы время это ты потратил в том числе и на то, чтобы еще раз подумать.

– Как скажете, отец, – без особенного желания отозвался Курт. – Я подумаю. Но уверен, что останусь при прежнем мнении.

– Не будем спорить, – примирительно возразил наставник, поднимаясь.

Оставшись наедине с собой, Курт еще некоторое время лежал неподвижно; он не думал о только что прошедшем разговоре, и вообще ни о чем. В голове было пусто, как и на душе, – ни мысли, ни звука, ни движения.

Спустя минуту он поднялся, презрев указание лекаря; неспешно оделся, морщась от занывших ран, и вышел в полутемный коридор. Вокруг царила пустота; в академии был самый разгар учебного дня, и майстер инквизитор стоял в полном одиночестве – неподвижно, напряженно глядя в пламя светильника на стене. Ладони сжались в кулаки, а на лбу снова выступила испарина, когда он сделал один-единственный шаг вперед, остановившись напротив чаши на длинной изогнутой ножке.

Для того чтобы протянуть руку, потребовалось невероятное усилие; на фоне пламени пальцы показались прозрачными, светящимися, горящими изнутри…

Курт отшатнулся, сделав невольно два шага назад, все так же глядя на пламя, а потом развернулся и быстрым, почти бегущим шагом вернулся в келью лазарета.