За горсть монет - Константин Гориненко

Работники Кротовки, конечно же, мигом запротестовали, узнав что именно им предстоит тайком провезти в город, но несколько звонких кошельков, ненароком подобранные со встречных тел солдат, неплохо расшевелили их мозги. Потому уже спустя полчаса группа, стоя у запряженной телеги, откапывала из-под горы овощей сверкающие перчатки. Тут же из тени вышла Алеанора с Гэбриэлом, что помог ей пройти врата с помощью маскировочного механизма.

После авантюристы двинули к Маркерату, где Халмонд после долгих уговоров открыл разлом и провел их внутрь через Руину. Оказавшись внутри Гэбриэл потянул Алеанору в лазарет, не дожидаясь ее согласия. Скит же, неся одну чрезмерно хорошую, и вторую, в той же мере ужасную, новости направился прямо к покоям Хастроя.

Дверь распахнулась, и демон вошел в комнату, ведя за спиной четыре величественные руки. Едва увидев их, холодные, тускнеющие глаза маркиза будто засияли с новой силой. Тем не менее он быстро вернулся к записям, начав работать самопишущим пером в разы интенсивней.

-Кимерат, полагаю, миссия увенчалась абсолютным успехом? В королевских кругах все еще не слышно ни слова о произошедшем у Дальнего Вигдриса, но ты уже здесь!

-Если игнорировать огромные потери, можно и так сказать.

-Их как раз можно игнорировать, ибо данная реликвия может заменить целую армию, что, согласись, не идет ни в какое сравнение с… Сколько, говоришь, погибло?

-Все пятьдесят человек стражи и трое из отряда: Далайла, Ро…

-Прискорбно, но не непоправимо. Скажи, ты ведь уже умеешь их контролировать?

-На базовом уровне – да.

-Не про это. Окмасан ведь говорил про наложенный на наручи запрет, из-за которого их невозможно перемещать, не надевая?

-К слову об Окмасане…

-Ты уже можешь снять этот запрет?

-Нет. К тому же рекомендую пересмотреть все слова виконта.

-Поясни.

-Он случаем не упоминал, что создатель наручей ненавидел демонов и приказал реликвии убивать любого из нас, надевшего ее? И не упоминал, что не я один мог бы надеть реликвию?

-Нет, не упоминал. – радостную улыбку малость скривилась, – Если ты сейчас попробуешь усомниться в его словах, то знай: Годелот Окмасан – доверенный и почитаемый человек в наших кругах. Ты не смеешь сваливать собственные провалы на, якобы, его недосказанность…

-Не недосказанность, а полноценное предательство, маркиз, – как только улыбка полностью сошла с лица Хастроя, Скит поспешно выпалил, – есть неопровержимые доказательства от участников…

-Кимерат! – слово за словом, словно ставя точку за точкой в доверии к наемнику, начал говорить маркиз, – Ты не понял, что я только что сказал? – попытка открыть рот была прервана взмахом руки, – Если виконт Окмасан и принял какое-то решение, то для вас оно – едино верное. Вам платят не затем, чтобы вы думали, а затем, чтобы вы делали любую работу. Если тебя так беспокоит смерть соратников, помни: смерть – так же ваша работа.

-Ладно, – пропустив весь словесный поток мимо ушей, Скит тяжело вздохнул, – виконт сейчас здесь?

-Слова закончились и приспичило применить силу?

-Нет, как раз-таки у меня найдется пара слов, что выведут его из тени. Так, он здесь?

-Виконт сейчас выполняет, не менее важную чем вашу, работу в Налгроте.

-И вам не кажется подозрительным то, что он свалил как раз после подобной подставы?!

-Выбирай выражения, наемник, – будто осознав безнадежность собеседника, Хастрой вернулся в кресло, – действия виконта не подлежат сомнениям. А сейчас избавь меня от своего присутствия. У тебя есть, можно сказать, задание – отмени заперт наручей. Если угодно, предоставлю какую-то надбавку за это. Теперь доволен?

Скеитриру еще было что добавить, но безнадежность собеседника понял и он. Единственные слова были направлены к самому себе: укорительные оскорбления той части сознания, что засияла от радости при упоминании мизерной надбавки.

Потащив за собой летающие руки, он двинул к лазарету. Алеанора лежала под действием снотворного у медицинского комплекса, что указывало на некие промашки в ее исцелении стараниями Гэба. Весьма серьезные промашки. Сам же «лекарь» сидел на табурете рядом, провожая пристальным взглядом каждое действие двоих настоящих докторов.

-Я ж тебе проигрыш простил, а сейчас вижу такое… – протянул Скит, садясь на край соседней койки, чуть позади напарника.

-Только не напоминай. И так эту подачку вспоминать тошно.

-Но вот у твоего кошелька будет иное мнение.

-Еще посмотрим, – как только врачи удалились, Гэб понизил голос, – что Хастрой сказал на счет крысы?

-Даже слушать не стал.

-Дилетант. – рука негромко хлопнула о лицо, – Когда сваливаем?

-В смысле?

-Предатель может выдать наше положение в любую секунду и начнется облава. Промежуток между заданиями – возможность уйти, технически не нарушая закон о предательстве нанимателя. После просто не станем отвечать на запросы…

-Гэб, запросов не будет. Хастрой не был обеспокоен жертвами среди наших, и приказал мне снять запрет на передачу наручей, – в глазах напарника отразилось понимание, – да, у нейтралистов есть силы помимо нас. И немалые.

-Которые они скрывали до последнего. – продолжил Гэб, – Мы им были нужны как зачинщики, а теперь, когда выкладывать все карты не страшно, нас можно выбросить.

-Тем не менее пока я… пока наручи здесь, облавы не будет. У Окмасана наверняка были помощники среди здешних, и когда они сообщат, что реликвия у нас, атака станет слишком опасной.

-Согласен. Лучше уж попользоваться местными благами еще немного, – Гэб встал и размял спину, – тогда я в мастерскую.

-Может и мне пойти? Ал, как ни как, пока не может спасать тебя от лишения конечности. Я, не идеально, но ее броню повторить смогу.

-Да не беспокойся. Сейчас не за тем.

-Как знаешь, – глаза перевелись на спящую девушку. «А с ней что делать? Тоже предупредить и заставить напарника сдерживать данное слово до самого конца войны, или же бросить ее, отдав Гэбу честно выигранные деньги. Ладно. Пока не стоит думать об этом.»

Еще с час Скит сидел в лазарете, задумчиво всматриваясь то в стены, то в летающие красные перчатки, что палитрой вскоре начали напоминать вино… Вино! Бренди! Ну и сколько же он не пил? Недели две эдак?

Воспоминание о подобной оплошности мигом привело демона в чувства. Вскочив, он, по старой памяти, двинул к складам. Уже на подходе настрой был омрачён тихим стуком стекла. Отворя дверь, Скит увидел с десяток покачивающихся на полу бутылок, вокруг сидящего в полумраке Дана. Желание избить кзарийца за опустошение столь желанных запасов уже подкатило к рукам, как вдруг тот резко указал пальцем на целый ящик бренди в углу.