Банк Времени. Солар - Саша Н. Мильберт

Это он сейчас должен сидеть на троне Солара! Он, а не это ничтожное убожество!

Его семья веками пыталась доказать свои права на Трон Солара, но, увы, безуспешно. Проклятая династия Габорнов всегда оказывалась на шаг впереди и пресекала все поползновения в свою сторону.

Его опять передернуло. Подумать только, за все это время ни один из его предков так и не смог столь близко подобраться к императорской семье. Кроме него.

Ну, ничего, осталось еще чуть-чуть. Мужчина откинулся на высокие подушки и удовлетворенно засмеялся.

***

—Мило. Весьма мило.

—Ваше Величество? Вы уверены?

Патриций с трудом семенил за широкой поступью своего патрона. Как обычно, одетый в идеально сидящий костюм. В любое время суток.

—Ваше Величество?

Император на мгновение задержался возле заинтересовавшей его скульптуры и, многозначительно хмыкнув, продолжил так же стремительно шагать по Дворцу. Скептические взгляды, которые августейший спутник бросал по сторонам, заставляли Патриция тревожно втягивать голову в идеальный воротник идеального одеяния.

—Есть сомнения?

—Вы уже сорок четыре раза сказали «мило» и двадцать шесть — «весьма мило». Вам не нравится? Маги Искусства очень старались…

—Оно и видно, что старались! Как студенты, они старались! А не творили с душой, как профессионалы! Хотя, даже студенты, и то справились бы намного лучше,— фыркнул Тахеомир Третий и внезапно остановился.

Огромное зеркало на стене коридора, ведущего в Тронный зал, выглядело… необычно.

Проследив за разъяренным взглядом, Патриций съежился, прижал руки к груди и в очередной раз втянул голову, когда Император недовольно дотронулся до зеленого растения, вьюнком обвивавшего золоченую раму старинного артефакта.

—Это что за пастбище?— брезгливо приподняв двумя пальцами веточку растения, тут же ее опустил. Листья безвольно поникли.— У нас праздник Дня Смены Года, или мы чествуем победителей в конкурсе «Лучшие надои на Западном континенте»? А это что?— указал на куст роз в черной кадке, зависший в воздухе возле золоченой мраморной лестницы.— Перекус для усталых коз? Официанты, надо полагать, будут одеты в костюмы пастухов? Или фавнов?

Патриций нервно хихикнул.

—А, по-моему, весьма… мило… Ой…

—Мило. Мило! А должно быть волшебно, ошеломительно, завораживающе! Это должно быть зимней сказкой, а не весенним анекдотом! Если у Конниса проблемы с идеями, так мы ему на помощь Архимагистра ви Форо позовем! Удивлен, что он сам об этом не догадался.

—Так он же не Страж Идеи…— пролепетал Патриций.

Император изогнул бровь.

—Объясни мне, Патриций, почему я ЛИЧНО должен инспектировать подготовку к празднику?— Тахеомир Третий продолжал распекать нерадивых и, к счастью для них, отсутствующих подчиненных. После чего открыл портал и вышел уже в другой части Дворца. Патриций последовал за ним.

Боясь прервать повелителя, секретарь только согласно кивал: лучше переждать бурю и остаться живым, чем бросаться на амбразуру. Тем более, что Патриций был полностью солидарен с Его Величеством — украшение Дворца могло быть и получше! А повелитель… часто бывал вспыльчив, но также и быстро отходчив. И кому, как не ему, Патрицию, об этом не знать? Как обычно, стоит лишь немного подождать.

Секретарь стал мысленно считать до десяти.

—Потому что Вы можете, Ваше Величество!— на счете «восемь» поклонился.

В ответ устало вздохнули.

—Могу! Но не хочу. Я много чего могу, Патриций, очень много… Но это уже перебор! Я хочу чувствовать гармонию и удовлетворение от того, как украсили Дворец, а не принимать успокаивающий отвар, от того, что у меня дергается глаз! От всей этой нереальной красоты.

Еще раз критически окинув окружающую «красоту», безапелляционно припечатал словом и взглядом.— Так! Чтобы Страж Искусства и Страж Идеи через двадцать минут были у меня! А пока я позавтракаю,— добавил, уже успокоившись.

—Прикажете накрыть в кабинете или в малой столовой?— Патриций поклонился и приготовился исчезнуть, дабы исполнить любую волю Императора.

—Зачем?— отмахнулся Тахеомир Третий,— я тут поем.

И взмахнул рукой в сторону желтой двери, которая виднелась невдалеке.

—П-простите?— секретарь даже начал заикаться.— Здесь?

—Ну, да.

—На Кухне?!— еще немного, и Патриций был готов упасть в обморок.

—Именно,— развеселился Император.— Тебя удивляет, что я знаю, где у меня во Дворце находится Кухня?

Ошарашенный секретарь только молча развел руками.

—Я тут вообще-то частый гость. Еще с детства. Меня успокаивали вкусные запахи, которые здесь всегда присутствуют. Странно, я был уверен, ты в курсе,— Император с сомнением посмотрел на своего собеседника.

—Ваше Величество, если Вы этого не хотите, никто и никогда не узнает о Ваших тайнах. Мне ли этого не знать,— опечаленно откликнулся Патриций. За что получил ободряющий хлопок по плечу от Императора.

—Ну-ну, не расстраивайся. Пригласи-ка лучше Стражей!— напомнил Тахеомир Третий.

И уже на пороге Кухни обернулся.

—Взять тебе пирожков?

***

Было так ленно и немного сонливо, что я несколько раз потянулась в любимой постели. Взбодриться, хотя бы внешне. Ибо мысленно получалось лишь петь оду наслаждению и безделью.

Ах, мое благословенное пуховое одеяло, мои восхитительно пахнущие горными цветами подушки. Не хочу вставать!

Но надо…

И с грустью посмотрела на пустующее место рядом, которое еще хранило тепло Тина, втайне ото всех проведшего эту ночь со мной здесь, в родительском доме. Было весело (когда мы дурачились), информативно и полезно (когда я рассказывала Тину про Бальзатара) и очень горячо (когда Тин раз за разом доказывал мне, как сильно он по мне скучал). А я была только «за».

Пара воображаемых пинков и две оплеухи помогли бодро и с песней вскочить с кровати. Ринуться к окну в надежде полюбоваться на зимний сад… но… снежные вихри, проносящиеся по пустынным дорожкам слегка остудили эстетический пыл. Перед глазами мгновенно пронеслась такая же морозная, но солнечная аллея в Императорском парке и меня моментально обдало кипятком.

Тахир.

Странно… Странно, что за время, проведенное рядом с Тином, я ни разу не думала о музыканте, хотя до этого вспоминала о нем постоянно. Подозрительно.

И мне вдруг пришло на ум, что за все время во Дворце и особенно рядом с Тахиром, я не думала о Константине. Неужели, я такая ветреная (и когда я только успела ею стать?!) или дело тут в другом? Но, в чем?

Размышляя о непостижимом, быстро привела себя в порядок и, затягивая волосы в высокий хвост, решила («не пропадать же такой красоте?») посвятить половину дня покупке подарков, а вернувшись — пообщаться с призраками.