Джип, ноутбук, прошлое - Константин Костинов

– Я понимаю, что вы играли. Зачем было нужно в таком виде выходить перед местной девушкой?! Как теперь объяснять ваш вид?

– Я думала, ты пришел один.

– Я, по-моему, четко сказал, что у нас ГОСТИ!

– Не кричи, – спокойно сказала Юля и встала. – Я решила, что ты имеешь в виду себя. Зачем ты вообще притащил эту девчонку к нам?

– Зачем вы взялись устраивать карнавал с переодеваниями?

Юля подошла к мужу и взяла его за пуговицу костюма:

– А чем нам вообще прикажешь заняться? Мы сидим в квартире безвылазно, без книг, без телевизора, без Интернета. Это ты носишься по городу, общаешься с разными людьми и не представляешь, как мы с Аней тут сходим с ума от безделья.

– Ну почему. – Руслан махнул рукой, указывая на их костюмы. – Представляю.

– Мы развлекаемся, как можем. Ты запретил мне вмешиваться в историю. Ладно. Ты запретил мне встречаться с интересными людьми. Пусть. Ты запретил нам с Аней выходить из квартиры. Теперь хочешь, чтобы мы целыми днями сидели, сложив руки на коленках?

Голос Юли был сух и спокоен.

– Юля, не забывай, – Руслан смотрел в глаза жены, – в городе бродит маньяк. Я беспокоюсь о вас. Я не хочу, чтобы вас убили. Я не хочу вас потерять.

– А ты не боишься, что потеряешь нас другим путем?

Руслан промолчал.

– В Америке многие так ходят? – с интересом спросила Оксана, отпивая глоток из кружки с чаем.

– Ну что вы, – рассмеялась Юля, уже одетая в соответствии с эпохой. – Это – результаты моих экспериментов в одежде. Мой муж, – она указала на хмурого Руслана, – изобретатель и конструктор автомобилей, приходится ему соответствовать.

Руслан молча кивнул. Юля умудрилась развести проблему одежды в пятнадцать минут, рассказав гостье за чаем, что любит создавать некие новшества в одежде, и то, в чем увидела ее соседская дочка, – плод ее творчества. В принципе почему бы и нет?

Правда… Не стоило, наверное, так резко отчитывать жену с дочкой. Между ними теперь как будто пробежала черная кошка. Жирнющая такая кошара, истоптавшая доверие и поцарапавшая любовь.

Аня обиделась на отца и теперь сидела надутая, шумно отхлебывая чай. Юля весело общалась с гостьей, рассказывая той о «своих» моделях одежды, периодически обращаясь к мужу. Со стороны они выглядели как счастливая семейная пара, но он-то видел и чувствовал некое отчуждение.

«Руслан, ты не прав».

А вот эта косынка…

– Бандана. – Юля с Оксаной уже сидели в соседних креслах и болтали как давние подружки. – Эта вещь называется «бандана». Знаешь, как у пиратов…

– О, пираты… – мечтательно вздохнула девушка. – Это так романтично… Каравеллы, сражения, сокровища… Морган, Дрейк, капитан Черная Борода…

– Капитан Джек Воробей, – не выдержала Юля.

– Это кто?

– Один малоизвестный пират, – улыбнулась Юля своей шутке.

Оксана не поняла юмора, но тоже улыбнулась за компанию.

– Кстати, – она опять взяла в руки бандану. – А что означает вот этот знак? Серп… Молоток…

Вот тут Юля запнулась. Она помнила, что серп и молот – символ большевиков. Но вот КОГДА этот символ появился…

– Да кто его знает, – пришел жене на помощь Руслан. – Я где-то увидел, мне понравилось… Есть в нем что-то такое, пиратское.

Он, кстати, тоже не помнил времени появления серпа и молота. Но если они уже появились как символ, то американцы не обязаны разбираться в хитросплетениях российской политики и тонкостях символики. Понравилось – нарисовали.

– А скажите, – Оксане действительно было интересно, – какие еще модели вы придумали? Можно посмотреть?

– Можно. – Юля явно что-то придумала. – В понедельник. Муж уйдет на службу – приходите.

…Вечер. Да какой вечер, ночь на дворе. Аня, молчавшая весь остаток дня, ушла спать. Руслан тоже уже лежал в постели после ванны. Только Юли не было. Что-то она…

Дверь раскрылась. В светлом прямоугольнике проема стояла Юля. В бандане. В сапогах. Все. В принципе, кроме банданы и сапог, из одежды на ней была только золотая цепочка на шее.

– Ролевые игры, говоришь? – прошептала она и, покачивая бедрами, подошла к кровати. – Ну что ж, пацан сказал – пацан сделал.

Руслан отбросил одеяло.

Кто бы отказался?

Воскресенье. Выходной день. В Санкт-Петербурге никто не станет особо следить за тем, ходишь ли ты на службу в церковь, поэтому можно поспать подольше. Если вспомнишь о том, что сегодня – воскресенье.

Руслан мрачно чистил зубы зубным порошком. Мрачно, потому что этой ночью Юля как будто задалась целью замучить мужа если не до смерти, то до полусмерти точно. Других особых поводов для мрачности вроде бы не было.

Деньги потихоньку идут: от канистр, от патентов… Потом будут еще вливания, от тех же патентов, от продажи внедорожников армии…

Руслан посмотрел на себя в зеркало, стер с носа следы порошка и улыбнулся. Вспомнился один из разговоров с Фрезе.

Они рассматривали первую модель автомобиля, еще с двигателем Пузырева, ту модель, которую Брилинг назвал «Крокодилом».

– Значит, – вздохнул Петр Александрович и пощипал бороду, – думаете назвать его «Фрезе»? А не будет это выглядеть с моей стороны нескромным?

– Помилуйте, чего же в этом нескромного? Вы создаете конструкцию, вы строите автомобиль, в чью же еще честь его называть?

– Да вот хоть в вашу.

– В мою?! – Руслан искренне поразился.

– Почему нет? В основе – ваш автомобиль… знаю, знаю, не ваш, но ведь принадлежал он вам, так? Да и Древняя Русь последнее время становится модной. Автомобиль «Еруслан Лазаревич»… Каково?

Руслан задумчиво взглянул на предполагаемого «Еруслана». Огромный двигательный отсек, маленький салон, вся конструкция нескладная и какая-то несоразмерная.

– Вы знаете, сейчас ему больше подойдет имя Евпатий Коловрат.

Фрезе уставился на машину, кашлянул, фыркнул… Не выдержал и рассмеялся в полный голос.

За спиной Руслана протиснулась к полочке Аня, зашуршала, выискивая свою щетку.

– Папа, – хмуро спросила она, – давно хочу узнать: что это за ножичек такой странный?

Дочка держала в руках опасную бритву, купленную еще в Луге и так и не пригодившуюся. Раскрыла ее, закрыла.

– Бритва, – коротко ответил Руслан, оставаясь в своих мыслях.

– Бритва… – задумчиво произнесла Аня. – Бритва…

За утренним чаем Руслан продолжал размышлять.

Деньги придут, в том числе и от лужского купца. В грядущем году будут построены автомобили для армии: при готовом двигателе – останутся мелкие частности.