Баффер - Михаил Дулепа

На дне решета оставался только мусор и крупные комья земли, которые я аккуратно раздавил, проверив на содержимое, после чего скинул никчемную породу в сторону и снова взялся за лопату. Просеивал над ямой, оставшейся от предыдущей попытки, чтобы через два часа снова копать в этом же месте. Нелогично искать добычу там, где только что сам все перекопал, но где логика, а где магия?

– Нашли?

– Не, пусто. Принеси воды, будь добр?

Илья тут же рванул с места к нашей палатке, подпрыгивая по дороге так, что взлетал метра на три вверх. На шесте рядом с палаткой трепетали на ветру две бело-красные ленточки. Ну, типа туристы из Польши, да.

Раскопки шли своим чередом, мы третий день сидели на берегу моря. Пришли сюда почти утром, так что я успел сбегать в город, где взял пару лент у знакомых полицейских, а потом накупил всего – и лопату, и решето, которое, как мне кажется, не для просеивания песка изначально было предназначено, и еды, и палатку небольшую бэушную, явно побывавшую уже в пустыне. Заодно сдал в прачечную мешок с бельем, которое в последний момент решил не оставлять дома. Я не люблю стирать в тазу, а спать на чистом так очень даже, поэтому таскал в деревню раз в месяц, но тут наверняка должны были быть прачечные, вот и взял. Так что спим мы со всеми удобствами на чистом. Точнее Илья спит, как убитый, набегавшись по скалам и дюнам.

К вечеру первого дня я попросил Илью поднять меня как можно выше, у него получилось почти метров на сто, огляделся, а потом оттуда спланировал. Увидел горящие глаза мальчишки, повесил на него «полет», а дальше он развлекался как мог – и бегал, летая, и прыгал в высоту, жалея, что я не владею его магией и не могу его поднять. Ну да, это никакой пляжный парашют на веревочке не сравнится по ощущениям.

Потом он выдолбил в самой высокой скале на пляже ступеньки, залез по ним наверх и оттуда с разбега сиганул в море. Нырнул, повозился на невысоких волнах, наконец смог встать на поверхность, тут же найдя новое развлечение – серфинг на собственных ногах. Из моря выполз синий, водичка слишком свеженькая, это океан, а не лужица какая-то. Но дово-ольный, аж светился! Дополз до палатки, съел все, что я ему предложил, и упал на спальник, уснув еще в полете. Что с людьми море и воздух делают, на глазах поменялся!

А я продолжил копать.

Весь первый день копал. Циркулем из двух веток очертить круг в семьдесят сантиметров, то есть один аршин, выбрать грунт из круга, просеять его ситом. Почва песчаная, веточек тут, в полукилометре от моря, немного, камешки все больше мелкие, я участок выбрал не наугад, специально искал, лопатой тыкал. Пять-семь ямок за час, два часа копаю, два отдыхаю. В чем ошибка, понял не сразу – в «Сказаниях» это были «камушки», и я ожидал чего-то довольно крупного, хотя бы сантиметра два в диаметре. Жизнь показала, что надо быть скромнее.

– Вот.

– Спасибо. – Взяв протянутый чайник, напился из носика, поставил рядом, потом снова взялся за решето. Трясем, трясем, трясем, внимательно смотрим на то, что падает вниз, то, что в решете остается, можно будет проверить потом…

Отложив решето в сторону, протянул руку к кучке песка.

– Где?

– Вот.

Илья азартно начал рассматривать песок, пытаясь найти добычу.

– Не там, выше.

– Не вижу!

– Ну понятное дело, навык-то у меня, а не у тебя. Вот.

Я толкнул пальцем почти незаметную искорку, и мальчишка тут же выхватил ее, макнул в специально для этого предназначенную миску с водой, прополоскал и заявил, осмотрев:

– Красная!

Ну, тоже неплохо.

– Давай, проверь, пока засыплю. Все равно из этой ямы уже ничего не вынуть, пока не обнулится.

Лекцию по камушкам я ему прочитал после первой находки.

В «Сказаниях» градация была простой: всего шесть видов камней, плюс какой-то мусор вроде «порванных лаптей» или «окаменевшего помета». Самые простые, чаще всего попадающиеся – прозрачные. Установленные в предмет давали какой-то вид магического зрения, несколько видов, от «видеть невидимое» до «ощущать живое». Голубые увеличивали очки жизни, магии (у тех классов, которые ею обладали) или движения. Фиолетовые – повышали боевые характеристики типа шанса на попадание или на успешное прохождение заклинания. Красные – окружали персонажа светом, тьмой или вообще делали невидимым, пока носишь вещь с таким камнем. Синие позволяли получить постоянный эффект какого-то защитного заклинания. И самые популярные – золотые, увеличивавшие основные характеристики вроде силы или мудрости. Плюс три градации качества самих камней – бледный, простой и яркий.

– Яркий! И это не стекло, прочнее!

Сначала пришлось искать «опознанием» настоящий «драг», потом сравнивать его свойства со «стеклом». Наиболее заметная разница – в плотности. Драгоценный камень пробник царапал, а стекляшка сама крошилась. В игре было умение, позволявшее распознавать материалы, но у волшебников его, к сожалению, нет. Впрочем, и методы реального мира сработали.

– Кидай в банку.

Добычу складывали в поллитровую баночку, и сейчас Илья аккуратно кинул туда небольшой, миллиметров семь в длину, неправильной формы осколок. Было бы неплохо найти знающего геолога, и представить на его суд все нами найденное, что бы удалось узнать? Что это обычные минералы? Или что это какая-то форма овеществленной магии? Или что он вообще ничего в банке не видит?

– Почему их так мало?

– Один камушек в час, почему мало? Нормально. Как говорил один мудрый Гейммастер: «Халявы не будет!» И без того умелый ювелир мог создать вещь с эффектами, как у шмота из весьма сложного подземелья.

– Ну да, другим было бы обидно.

– Особенно тем, кто эту зону писал, подключал, монстров тестировал. А тут поставил бота на ночь, утром камни разобрал, вплавил… – Я вспомнил, как сам так делал, и ухмыльнулся. – Вон у нас добычи семнадцать камней. Для двух дней работы это просто отлично!

Правда, если учитывать, что эти камни исчезнут через пятнадцать дней, как и сотворенные мной световые шарики, то не так уж и много. Но если и исчезнут, что мешает вернуться и накопать еще? Работа на свой карман всегда легче, чем на чужой!

– Михалыч, а что было в Питере?

– Когда?

– Ну, тот мужик в форме что-то про Питер говорил, про ритуал какой-то?

– А, это. В Питере несколько предприимчивых ребят решили обзавестись собственной армией. Есть какая-то корейская игра, там класс «скульптор» может оживлять статуи, чтобы они за него дрались.

– Оживили?

– Почти. Медный всадник по улицам у них поскакал, а остальных не успели, я как раз мимо проходил.

– Но статуи же тупые, какая от них угроза?

– Там их несколько сотен, а то и тысячи, одни сфинксы на набережных чего стоят. Они сами тяжелые, на них доспехи повесить, оружие дать, и те еще терминаторы получились бы. Петр Первый успел БТР перевернуть и растоптать, пока его выстрелом из танка не развалило.