Свидетели Крысолова - Игорь Пронин

Дмитрий даже опешил от такой наглости. Он молчал, поигрывая пистолетом, тем самым предоставив право задавать вопросы Даниловой. Наташа осторожно протянула руку, коснулась рукава гостя и, вскрикнув, подула на пальцы.

— Это не ожог. Это нежелание твоего тела касаться чуждой ему материи, — тут же пояснил Крысолов.

— Кто вы такой?

— Слишком долго объяснять даже тем, кто умеет. Я не умею, прости.

— Но... откуда вы пришли?

— Мой путь слишком долог, я не помню его начала. Скоро я уйду, но сначала должен выполнить работу, на которую подрядился. Сейчас я попрошу вас пойти со мной на берег, чтобы убедиться в выполнении этой работы. Вы готовы?

— Крысолов, а что, если я не буду твоим свидетелем?! — выкрикнул Живец в ночную тишину, от стен домов дважды отразилось хриплое эхо. — Что, если я прямо сейчас развернусь и уйду?!

— Ты разве не хочешь возвратить себе силу? — Крысолов не вздрогнул. — Это возможно. Я же сказал, что могу оказать тебе услугу, и...

— Нет, ты сказал, что уже оказал мне услугу! В чём же она заключалась? Мне надоело слушать про услуги, которых не было и не будет!

— Тебя охватывает гнев, человек второй жизни. Успокойся. Я оказал тебе услугу, когда направил к бургомистру. Там ты не только оказался в безопасности, но и узнал правду о себе. Я предупредил тебя о скорой потере силы. Разве этого мало? Если мало — я готов оказать тебе ещё одну услугу. Последнюю.

— Что ты предложишь? — Живец с трудом справлялся с собой. — Я спокоен и готов тебя выслушать.

Прежде чем Крысолов ответил, его перебила Данилова:

— Он что, в самом деле клон?! Он не врёт?

— Успокойся и ты, первый свидетель. Живец, я могу предложить тебе другой мир. Там твоя жизнь будет не второй, а первой, настоящей. Там к тебе придёт сила, хотя и другая, не похожая на ту, с которой ты вёл игру все эти годы. Ты захочешь жить, а не играть.

— Что, если я не соглашусь? — Дмитрий перехватил пистолет в левую руку, вытер о штаны вспотевшую ладонь. — Тогда я погибну здесь, так?

— Нельзя знать наперёд. Возможно, ты доживёшь до старости... — В голосе Крысолова слышалась едва скрываемая насмешка.

— Ещё один вопрос! — Живец взмахом руки остановил Наташу. — Зачем тебе нужно моё согласие? Ты мог бы заставить меня сделать всё что угодно, я знаю!

— Это не имело бы цены в нашей... — он повернул голову к Даниловой, будто в поисках подсказки, — в нашей системе ценностей. Важно, чтобы вы хотели сами. Поэтому существует договор, поэтому свидетель должен сам пожелать поставить на нём подпись.

— Но ты покупаешь нас за свои «услуги»! А у мэра вовсе не было выбора!

— Выбор всегда есть. Я не навязываю решение. Я помог Наташе и попросил её помощи. Так полагается, я знаю. Но она могла отказаться... Это был бы скверный поступок. Я предлагаю тебе новую жизнь, но ты можешь отказаться. Это был бы глупый поступок. Но у тебя есть выбор.

Живец в волнении прошёлся немного, стискивая обеими руками «рокот». Выхода нет, придётся идти на поводу у Крысолова, довериться ему, рискуя оказаться обманутым. За его спиной тихо заговорила Наташа, она расспрашивала о происходящем в городе. Он чуть слышно фыркнул — разве можно хоть чего-то добиться от Крысолова? В любом случае, ему было жаль Наташу, слишком хорошо Живец её знал.

— У нас очень мало времени. — Крысолов встал, забросил на плечо мешок и поправил шляпу. — Вы готовы идти?

— Да! — Дмитрий широким шагом приблизился к вздрогнувшей Даниловой, взял стоявшую возле неё бутылку воды и допил в несколько глотков. — Если ты не будешь колбаски, Наташенька, то я возьму пару штук.

Она не ответила, молча встала рядом с Крысоловом. Он первым пошёл по направлению к реке, шагая, как всегда, легко и уверенно. Дмитрий догнал их через сотню метров и заметил, как трудно поспевать за длинноногим пришельцем Даниловой. Всё-таки жалко её... Странное чувство. Но себя жальче. Наташе не нужно искать себе новый дом, не нужно доверяться Крысолову. Она останется в привычном мире, пусть даже он и катится ко всем чертям. Хотя...

— Я хотел ещё спросить, — обратился Живец к Крысолову. — Про Наташу. Что будет с тем тильзитом, который...

— Моя работа заключается в избавлении города от крыс, — не поворачивая головы, сообщил он. — Работа будет выполнена.

Дмитрий скосил глаза на Наташу и в свете фонаря увидел, как она прикусила губу.

Набережная оказалась совершенно пуста. Это удивило Наташу — днём не всем хватало места на берегу, и многие старички совершали экскурсии к реке уже ночью, сбиваясь в тесные группки. Она начала догадываться, что в городе что-то изменилось. Похоже, жители Строгино наконец-то утратили ощущение безопасности.

— Смотрите, в этом доме вообще ни одного светящегося окна нет!

Живец ткнул рукой вдаль.

— Для каждого дела нужно выбирать подходящее время, — спокойно произнес Крысолов. — Нехорошо, когда мешают.

— То есть паника входила в ваш план?.. — усмехнулся Дмитрий. — Отлично сработано. Полиция сейчас или сидит в своих участках, готовясь к обороне, или охраняет городские объекты, никто не приедет даже на экстренный вызов. Войска введут утром...

— Началось... — Крысолов чуть замедлил шаг, будто к чему-то прислушиваясь, оглянулся.

— Мне говорили, что старое метро выходило на поверхность вот в той стороне, — попробовала помочь ему Наташа.

Крысолов не ответил, продолжая шагать по набережной. Ярко светилась в высоте надпись «КОППЕНБЕРГ», продолжая приглашать всех желающих на концерт заезжего флейтиста. Наташа вспомнила Сергея, чуть слышно вздохнула. Зачем он полез за ней под землю? Наверное, Мартиросян страдал какой-нибудь формой клаустрофобии, но не подозревал об этом... Совесть её почему-то совсем не мучила, но именно это и было стыдно.

— Где-нибудь здесь, — пробормотал Крысолов, останавливаясь на границе широкого бледного пятна света, падающего вниз от реклам на стене бывшего стадиона. — Не ходите за мной.

Он приблизился к зданию, осторожно потрогал его, коснулся нижнего края «Чёрного квадрата», постучал по нему пальцем. Потом быстро сбросил на траву мешок и подошёл к стоящей на набережной лавочке, покачал её.

— Немного не так вышло, как хотелось бы, — громко сказал он. — Иногда бывает ещё хуже. А теперь надо вот это перенести к стене.

Люди переглянулись.

— Помогите мне, — пояснил Крысолов. — Я могу и сам, но это отнимет больше времени. Будет не тяжело, если втроём.

Покашляв, Дмитрий приблизился, взялся для пробы за пластиковый поручень. Лавочка будто приросла к земле, и он посветил зажигалкой на опоры. Простенькое крепление, как на уличных урнах... Одну за другой отсоединив все ножки, Живец легко поднял лавку и подтолкнул её в сторону Крысолова.

— Головой надо думать, пришелец.