Корабль для уничтожения миров - Скотт Вестерфельд

— Да. А ваше имя? — осведомился Зай. Хоббс и вголову не приходило, что у пленницы могло быть имя.

— Херд, — ответила рикс, и это слово она, видимо,произносила на родном языке. К звучанию гласной буквы примешалось странноегортанное жужжание.

— Вы утверждаете, что у вас есть для меня сообщение?

— От Александра.

«Боже милосердный, — подумала Хоббс. — И угигантского разума тоже есть имя!» Зай только кивнул.

— Что за сообщение?

Рикс наклонила голову — так, словно попыталась к чему-топрислушаться. А потом пошевелилась, немного расправила плечи, насколькопозволяла ее «смирительная рубашка».

— Александр хочет дать вам оружие.

— Оружие? — переспросил Зай. В конце концов ему неудалось скрыть изумление, и оно прозвучало-таки в его голосе. — Этотехнология?

— Нет, капитан. Информация, — ответиларикс. — Ее можно использовать против Императора.

Фарре наставила на пленницу пульт.

— Вот видите, капитан? Она обладает секретнымисведениями.

Зай несколько секунд молчал, обескураженный тем, что сказалаему рикс. Хоббс посмотрела на рядового Бассирица. Вероятно, пленница специальнопробовала ввести всех в замешательство, чтобы затем начать атаку.Старуха-Посвященная ни за что не смогла бы ее остановить. Рядовой морской пехоты,похоже, был готов ко всему. Он и к разговору-то, судя по всему, вообще неприслушивался, а только неотрывно и свирепо пялился на боевика, словно она былакаким-то ожившим чудовищем из детской сказки. Хоббс сглотнула подступивший кгорлу ком и снова положила правую руку на запястье левой, где под краемшерстяного форменного рукава был пристегнут пистолет.

— Я — слуга Императора, — сказал Зай.

— Он боится нас, и он уничтожит нас, еслисможет, — сообщила рикс.

— "Нас"? — переспросил Зай. — Васи?..

— "Рысь" и Александра. Нас. Теперь мы связанывоедино.

Капитан Зай молитвенно соединил ладони.

— Император не ведает страха, — произнес он фразуиз катехизиса. — Даже смерть...

— Это ложь, — спокойно произнесла Херд. Фарревскрикнула так, будто ее чем-то стукнули.

— Молчать! — воскликнула Посвященная. —Капитан, это помещение следует звукоизолировать. Немедленно.

Капитан возмущенно смотрел на пленницу. На мгновение у Хоббсмелькнула мысль о том, что капитан сейчас развернется, уйдет и оставит этубезумицу в ее одинокой камере. Как бы сильно ни изменился Зай за последниемесяцы, все равно подобная хула на Императора его оскорбила.

Но Зай не подумал уходить. Он сделал глубокий вдох.

— Чего боится Император? — спросил Зай, и у негосвело скулы — так тяжело ему дались эти слова.

— У него есть тайна, — сказала Херд. — Тайна,которую Александр раскрыл на Легисе. Если эта тайна будет раскрыта, властиИмператора придет конец.

— Молчать! — взвизгнула Посвященная, и ее лицоперекосилось так, будто эти слова доставили ей физическую боль. Она сжала пультобеими руками.

Рикс дернулась, ее тело внутри «смирительной рубашки»одеревенело и, ударившись о стену, оползло на пол. Она лежала, неподвижная, какстатуя, а на ее лице застыла ужасная гримаса.

— Послушайте, Зай, — прошипела она с отчетливымриксским акцентом. — Мертвые...

Но тут ошейник все же одолел ее, и тело начало подскакиватьна полу. Так дергается труп, который пытаются оживить с помощью электрическихразрядов.

— Рядовой, — негромко проговорил капитан.

Бассириц нацелил на пленницу свой собственный пульт, идействие шокового ошейника пошло на убыль. Посвященная Фарре рухнула на колени,обхватила голову руками и так затряслась, словно ей тоже перепало от того шока,которому подвергли пленницу.

Не обращая внимания на Посвященную, Хоббс рискнула подойтиближе к пленнице. В метре от рикса она опустилась на колени и внимательноосмотрела ее лицо, уже не скованное спазмом.

Изо рта пленницы вытекала слюна. Но хотя бы она сновадышала. Хоббс бросила возмущенный взгляд на Фарре.

— Молчать! — снова взвыла представительницаПолитического Аппарата.

Бассириц наблюдал за происходящим со странным, немногоиспуганным выражением лица. Но при этом он был явно доволен, словно ему толькочто удалось прихлопнуть здоровенное ядовитое насекомое.

— Отключить аудиолинию от этой камеры, —распорядился Зай, повернувшись лицом к стене. — Впредь более никакихконтактов с пленницей.

— Сэр? — удивилась Хоббс.

— Вероятно, ей действительно известны имперские тайны,Хоббс. И мы обязаны охранять эти тайны.

Хоббс протянула руку и прикоснулась к шее рикса, чтобыпрощупать пульс.

— У них нет сердца, Хоббс, — заметил Зай. —По крайней мере такого, которое бьется.

Старший помощник кивнула. Кожа у рикса на ощупь оказаласькомнатной температуры, и Хоббс вспомнила, что боевики-риксы обычнохолоднокровны — чтобы их нельзя было заметить с помощью термальных датчиков.

Как мало в ней было человеческого!

— Уходим отсюда, — негромко распорядился Зай.Хоббс встала и отошла к двери.

Рикс шевельнулась, медленно повернула голову.

— Подождите, — прохрипела она.

— Заклинаю тебя, женщина, молчи! — умоляюще воскликнулЗай.

Херд покачала головой.

— Не тайна. Вопрос.

Капитан Зай оглянулся, посмотрел на Хоббс. Он на мгновениерастерялся. Посвященная лежала на полу, обхватив голову руками. Она, похоже,ничего не слышала. А Бассириц стоял наготове с собственным пультом.

Старший помощник вернулась и снова опустилась на коленивозле пленницы.

— В чем дело, Херд?

Рикс несколько раз вдохнула и выдохнула, потом облизнулагубы. Наконец она с явной болью произнесла свой вопрос:

— Это правда, что Рана Хартер снова жива? — Риксявно была смущена. Казалось, она заговорила о том, что давно скрывала.Помолчав, она сбивчиво добавила: — Я должна... увидеть... Рану Хартер.

Зай покачал головой.

— Почтенную Сестру нельзя беспокоить. Это никому непозволено.

Пленница кивнула.

— Но она жива.

Хоббс вдруг ощутила странное сочувствие к риксу. А укапитана выбора не было. Приказ Императора не оставлял никаких сомнений: дажеостальным почтенным мертвым не позволялось разговаривать с Раной Хартер. Вкомнатке, смежной с ее каютой, разместилась адепт из Политического Аппарата, порангу — самый главный аппаратчик на борту «Рыси».